Счастье общенья ь -почаще- встречать;
Любящих легче нам всем привечать...
Таких как есть , - и принимать!?)
Комментарии пользователя «Евгений Бригиневич» - 8.
Комментарии
Сексуальная свобода может быть рабством.
__________
La liberté sexuelle peut être un esclavage.
© Марселла Оклер
__________
La liberté sexuelle peut être un esclavage.
© Марселла Оклер
Лев Толстой..
***
Любовь не знает логики,
она выше разума.
Любовь пребывает на вершинах,
над долинами разума.
Это существованье
возвышенное, венец бытия,
и редкому человеку
она даётся..-)?
***
Любовь не знает логики,
она выше разума.
Любовь пребывает на вершинах,
над долинами разума.
Это существованье
возвышенное, венец бытия,
и редкому человеку
она даётся..-)?
Антуан де
Сент-Экзюпери..
------------
" Человеческая жизнь тянется слишком
долго для одной любви.
Просто слишком долго.
Любовь чудесна.
Но кому-то из двух всегда становится скучно.
А другой остаётся ни с чем.
Застынет и чего-то ждёт…
Ждёт, как безумный"-)?
Сент-Экзюпери..
------------
" Человеческая жизнь тянется слишком
долго для одной любви.
Просто слишком долго.
Любовь чудесна.
Но кому-то из двух всегда становится скучно.
А другой остаётся ни с чем.
Застынет и чего-то ждёт…
Ждёт, как безумный"-)?
Но над злобой рассвет поднимается вновь,
В глазах добрых детишек жива чистая вера.
Пусть не гаснет в нас тихая, добрая новь —
Как река, что течёт сквозь любые преграды,
Неся мир и покой, не считая награды.
В глазах добрых детишек жива чистая вера.
Пусть не гаснет в нас тихая, добрая новь —
Как река, что течёт сквозь любые преграды,
Неся мир и покой, не считая награды.
Мужчины по сути - режиссеры,
а редкие актрисы -
это мудрые женщины..))
Мужчина влюбляется, он любит
намного искренней, чем женщина?!)) .
А женщина держит в голове
еще десяток разных
версий партнеров
по своей жизни.
а редкие актрисы -
это мудрые женщины..))
Мужчина влюбляется, он любит
намного искренней, чем женщина?!)) .
А женщина держит в голове
еще десяток разных
версий партнеров
по своей жизни.
Мало добрых — средь своих, средь чужих?
«Не судите и не судимы будете!»
В мире нет ни народов, ни наций плохих —
Есть негодники, злющие «люди».
...
Но над злобой рассвет поднимается вновь,
В глазах добрых детишек — жива чистая вера.
Пусть не гаснет в нас тихая, добрая новь:
Мы спасаемся словом, а не чуждым примером.?
«Не судите и не судимы будете!»
В мире нет ни народов, ни наций плохих —
Есть негодники, злющие «люди».
...
Но над злобой рассвет поднимается вновь,
В глазах добрых детишек — жива чистая вера.
Пусть не гаснет в нас тихая, добрая новь:
Мы спасаемся словом, а не чуждым примером.?
Сергей Атмож
Мои мысли и мои любимые: заметки, фразы, афоризмы.
Счастье - оно есть! - его не может не быть!
Просто, его надо взять и съесть!
***
Афоризм афоризму - не помеха.
Лёгкость афоризма - его душа.
Прикоснёшься -
Выдержит ли тело?
Мои мысли и мои любимые: заметки, фразы, афоризмы.
Счастье - оно есть! - его не может не быть!
Просто, его надо взять и съесть!
***
Афоризм афоризму - не помеха.
Лёгкость афоризма - его душа.
Прикоснёшься -
Выдержит ли тело?
В одном мгновении умещается целая жизнь,
в другом — пустота, что длится вечность.
Горы знают: время не слуга и не враг,
оно — как река:
просто течёт,
а мы выбираем, бежать ли рядом
или сесть на камень и слушать.
в другом — пустота, что длится вечность.
Горы знают: время не слуга и не враг,
оно — как река:
просто течёт,
а мы выбираем, бежать ли рядом
или сесть на камень и слушать.
в горении чувств духовных
.........
А важная мысль —
как шаг по тропе,-где
добрый образ —
как
вспышка солнца
на скале.!?)
Часы и минуты станут
лёгкими,
дни —
быстрыми и яркими,
будто горы подсказывают:
«Не стой, иди —
и время пойдёт
с тобой в ногу».
Евгений Бригиневич
о главный мыслях постовых
Исток счастья?!
.........
А важная мысль —
как шаг по тропе,-где
добрый образ —
как
вспышка солнца
на скале.!?)
Часы и минуты станут
лёгкими,
дни —
быстрыми и яркими,
будто горы подсказывают:
«Не стой, иди —
и время пойдёт
с тобой в ногу».
Евгений Бригиневич
о главный мыслях постовых
Исток счастья?!
Забота у нас простая,
Забота наша такая:
Жила бы страна родная,
И нету других забот!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт.
Забота наша такая:
Жила бы страна родная,
И нету других забот!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт.
Забота у нас простая,
Забота наша такая:
Жила бы страна родная,
И нету других забот!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт.
Забота наша такая:
Жила бы страна родная,
И нету других забот!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт.
Пишем в заметках: «Не забыть, не упустить!»
Держим время в кулаке, как искру, боясь, что погаснет.
А река течёт, не спрашивая расписания,
и камни слушают её, как старую песню.
И вдруг становится ясно: не в галочках правда,
не в списке дел прячется вечность.
Она здесь — в том, как свет ложится на мокрый камень,
в том, как тишина обнимает ущелье,
будто говорит: «Стой. Дыши. Смотри».
Мы столько лет бежали, чтобы успеть,
а горы всё это время просто были —
и ждали, ?!)
Держим время в кулаке, как искру, боясь, что погаснет.
А река течёт, не спрашивая расписания,
и камни слушают её, как старую песню.
И вдруг становится ясно: не в галочках правда,
не в списке дел прячется вечность.
Она здесь — в том, как свет ложится на мокрый камень,
в том, как тишина обнимает ущелье,
будто говорит: «Стой. Дыши. Смотри».
Мы столько лет бежали, чтобы успеть,
а горы всё это время просто были —
и ждали, ?!)
Пишем в заметках: «Не забыть, не упустить!»
Держим время в кулаке, как искру, боясь, что погаснет.
А река течёт, не спрашивая расписания,
и камни слушают её, как старую песню.
Держим время в кулаке, как искру, боясь, что погаснет.
А река течёт, не спрашивая расписания,
и камни слушают её, как старую песню.
Мы носим с собой календари и таймеры,
будто время можно упаковать в рюкзак.
А гора просто стоит, не глядя на циферблат,
и знает: миг не измеряется минутами.
будто время можно упаковать в рюкзак.
А гора просто стоит, не глядя на циферблат,
и знает: миг не измеряется минутами.
Считаем секунды, как монеты в горсти,
боимся потерять хоть одну из них.
А горы знают цену мгновенью иначе:
не в цифрах, а в том, как свет ложится на склон.
боимся потерять хоть одну из них.
А горы знают цену мгновенью иначе:
не в цифрах, а в том, как свет ложится на склон.
Думаем: время — это рычаг, инструмент,
будто можем его подкрутить, как часы.
А скалы слушают ветер и не спорят:
им достаточно просто быть.
будто можем его подкрутить, как часы.
А скалы слушают ветер и не спорят:
им достаточно просто быть.
Пишем в блокнотах: «Успеть, успеть!»
Ставим галочки, гоним минуты вперёд.
А река в ущелье смеётся без слов:
«Здесь время не бежит — оно здесь живёт».
Ставим галочки, гоним минуты вперёд.
А река в ущелье смеётся без слов:
«Здесь время не бежит — оно здесь живёт».
Мы торопимся, будто
время — тропа,
которую можно пройти
быстрее других.
А горы стоят,
не считая шагов,
и знают: вечность
не в скорости,
а в тишине.?!)
время — тропа,
которую можно пройти
быстрее других.
А горы стоят,
не считая шагов,
и знают: вечность
не в скорости,
а в тишине.?!)
Мы торопимся, будто
время — тропа,
которую можно пройти
быстрее других.
А горы стоят,
не считая шагов,
и знают: вечность
не в скорости,
а в тишине.?!)
время — тропа,
которую можно пройти
быстрее других.
А горы стоят,
не считая шагов,
и знают: вечность
не в скорости,
а в тишине.?!)
Мы торопимся, время сжимаем в кулак,
будто можем его удержать хоть на миг.
А гора лишь вздыхает спокойно и тихо:
«Я стояла здесь вечность — и буду стоять».
будто можем его удержать хоть на миг.
А гора лишь вздыхает спокойно и тихо:
«Я стояла здесь вечность — и буду стоять».
«Мы владеем минутой!» — кричим мы с тропы,
размахивая планами, списками, сроками.
Горы кивают едва — и молчат:
им не нужно доказывать, что они вечны.
размахивая планами, списками, сроками.
Горы кивают едва — и молчат:
им не нужно доказывать, что они вечны.
Мы думаем: время
в руках у нас крепко,
берём и крутим его,
как заводную игрушку.
А горы смеются
беззвучно и тонко:
«Оно тут было задолго
до вашей прогулки».?!)
в руках у нас крепко,
берём и крутим его,
как заводную игрушку.
А горы смеются
беззвучно и тонко:
«Оно тут было задолго
до вашей прогулки».?!)
Сколько крика надо для шёпота…
Сколько горечи — для печали…
Сколько надо позднего опыта, чтобы жизнь была как в начале…
Сколько, сколько всего, что хочется, когда хочется так немного…
Сколько надо иметь одиночества, чтобы не было так одиноко…
автор Феликс Кривин
Сколько горечи — для печали…
Сколько надо позднего опыта, чтобы жизнь была как в начале…
Сколько, сколько всего, что хочется, когда хочется так немного…
Сколько надо иметь одиночества, чтобы не было так одиноко…
автор Феликс Кривин
Эльвира Экелекян
Не все умеют радоваться за других,
Чужое счастье, для кого-то поражение
И если чей-то праздник- радость для одних
Другой воспримет, как своё падение.
По-настоящему счастливый, кто умеет
Порадоваться за других, как за себя
Кто сердце доброе и чуткое имеет,
И у кого внутри любовь а не борьба
Не все умеют радоваться за других,
Чужое счастье, для кого-то поражение
И если чей-то праздник- радость для одних
Другой воспримет, как своё падение.
По-настоящему счастливый, кто умеет
Порадоваться за других, как за себя
Кто сердце доброе и чуткое имеет,
И у кого внутри любовь а не борьба
...Река не спорит, она обтачивает камни,
и учит: сила — не в том, чтобы кричать,
а в том, чтобы держаться и течь.
А я сижу у костра, смотрю, как угли тлеют,
и понимаю: хорошая строка не торопится.
Она приходит, когда стихает мира ... шум.?!)
и учит: сила — не в том, чтобы кричать,
а в том, чтобы держаться и течь.
А я сижу у костра, смотрю, как угли тлеют,
и понимаю: хорошая строка не торопится.
Она приходит, когда стихает мира ... шум.?!)
Горы не спрашивают: «А ты успеваешь?»
Они просто стоят.
И в этом их урок:
быть — важнее, чем казаться.
Держаться — важнее, чем мелькать.
И когда ты возвращаешься оттуда,
в тебе остаётся не усталость,
а тишина, которая умеет держать.
Они просто стоят.
И в этом их урок:
быть — важнее, чем казаться.
Держаться — важнее, чем мелькать.
И когда ты возвращаешься оттуда,
в тебе остаётся не усталость,
а тишина, которая умеет держать.
Река говорит без пауз, без точек,
и в этом шуме слышится ритм,
который не найдёшь в подборках
«лучших строк».
Здесь слово — как камень:
его не копируют,
его любя шлифуют.
Коль повезёт —
оно немыслимо светится изнутри.
Не за один проход, не за один рассвет,
а слой за слоем, как складки гор.
И если строка держится, как камень,
значит, её не зря искали.
и в этом шуме слышится ритм,
который не найдёшь в подборках
«лучших строк».
Здесь слово — как камень:
его не копируют,
его любя шлифуют.
Коль повезёт —
оно немыслимо светится изнутри.
Не за один проход, не за один рассвет,
а слой за слоем, как складки гор.
И если строка держится, как камень,
значит, её не зря искали.
...............
Не примут ,- не прочтут стих тот ,
Что словно жгучий перец мыслью жжет,
Такой простой Росси - наш народ..
.Ему дай - Дыньку иль арбуз, что сладки -
Не любит он играть с судьбою в .. прятки?!)