Цитаты великих людей - Страница 133

Стыди себя сам, тогда другой тебя не пристыдит.

Кто слишком часто оглядывается назад, легко может споткнуться и упасть.

Судьба подчас чересчур уж сильно замахивается, когда хочет легонько стукнуть нас. Казалось, она вот-вот нас раздавит, а на самом-то деле она всего лишь комара у нас на лбу прихлопнула.

Мысль меняется в зависимости от слов, которые ее выражают.

Женщины очень участливы, добросердечны и сострадательны, прекрасное они предпочитают полезному.

Недаром говорят: в любви и власти
Никто охотно не уступит части.

Сколько можно показывай постоянно веселое лицо! Нет ничего привлекательнее и любезнее, как веселый нрав, происходящий из источника беспорочного, а не из сердца, обуреваемого страстями.

Правда — точно горькое питье, неприятное на вкус, но зато восстанавливающее здоровье.

Быть крылатым от рожденья лучше всех на свете благ.

Всякий, кто серьезно задумается над религией и ее сверхъестественной моралью, кто трезво взвесит все ее преимущества и недостатки, сможет убедиться, что религия и ее мораль вредны человечеству и, во всяком случае, противоречат природе человека.

Наслаждаться общением — главный признак дружбы.

Корыстолюбие отнимает самые заветные чувства — любовь к отечеству, любовь семейную, любовь к добродетели и чистоте.

Не на приданое, не на знатность, не на красоту свою следует полагаться жене, а на то, чем по-настоящему можно привязать к себе мужа: на любезность, добронравие и уступчивость, — и качества эти проявлять каждодневно не через силу, как бы нехотя, но с готовностью, радостно и охотно.

Для государства полезно, чтобы знатные люди были достойны своих предков.

По своим природным задаткам люди друг другу близки, а по своим привычкам друг от друга далеки.

Если человек в состоянии существовать без пугала, значит, он по-настоящему благовоспитан и умен.

Только педанты во всем ищут авторитета.

Когда книга сталкивается с головою и при этом раздается глухой пустой звук, разве всегда виновата книга?

Суеверия, в которых мы выросли, не теряют своей власти над нами даже и тогда, когда мы познали их.

Честь — это внешняя совесть, а совесть — это внутренняя честь.

В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: быть рядом и молчать. И на их чувства, на их дружбу, на их благородные поступки я всегда смотрю как на настоящее чудо — как на дар Божий.

К числу непреложных истин относится та, согласно которой человек, сколь бы высоко он ни поднимался по лестнице Жизни, всегда видит со своего места того, кто ближе к вершине, чем он. И сколь бы низко ни опускался человек и ни отступал, он никогда не встанет на последнюю ступень, ниже которой не стоял бы никто.

О силе одной страсти надо судить по силе другой, которой для нее пожертвовали.

Всякая экономия в конечном счете сводится к экономии времени.

Сила совести судьи велика.

Я больше, чем сделал, сделать не могу.

Иногда надо рассмешить людей, чтобы отвлечь их от намерения вас повесить.

Насмешка — детище удовлетворенного презрения.

Веления разума гораздо более властны, чем приказания любого повелителя: неповиновение последнему делает человека несчастным, неповиновение же первому — глупцом.

Выбирай друга не спеша, еще меньше торопись променять его.