Цитаты великих людей - Страница 238

Благодеяния, оказанные недостойному, я считаю злодеяниями.

Любовь становится моральным грехом, когда она делается главным занятием. Она расслабляет тогда ум и заставляет деградировать душу.

Не расставайся ни с кем, не сказав ему чего-нибудь поучительного или приятного!

Добро есть вечная, высшая цель нашей жизни. Как бы мы ни понимали добро, жизнь наша есть не что иное, как стремление к добру.

Если бы то, чего человеку достаточно, удовлетворяло его, он был бы вполне обеспечен.

Только когда сердце очищено от скверны, можно браться за чтение книг и изучение древности. Иначе, узнав про один добрый поступок, захочешь извлечь из него пользу для себя, а услыхав одно умное слово, захочешь оправдать им свои пороки. Учиться с такими мыслями в голове — все равно что «дарить оружие врагу и посылать провиант разбойникам».

Мы говорим мало — если не говорим о себе.

Последнее слово всегда остается за общественным мнением.

То, что мы испытываем, когда бываем влюблены, быть может, есть нормальное состояние. Влюбленность указывает человеку, каким он должен быть.

Все индивиды заключаются в Едином великом Единстве чистого Духа, пусть это будет то последнее слово, которым я вверяю себя вашей памяти; и пусть это будет именно та память обо мне, которой я себя вверяю.

Все мы рождаемся для любви, это принцип существования и единственная цель его.

Когда женщина выбирает себе любовника, ей не так важно, нравится ли он ей, как — нравится ли он другим женщинам.

Если я ненавижу, я отнимаю у себя нечто; если я люблю, я обогащаю себя тем, что я люблю. Человеконенавистничество — медленное самоубийство; себялюбие — величайшая нищета живого создания.

Ум выше храбрости.

Да, Бог — это Любовь. Но что за дьявольская затея эта любовь!

Человек — создание по меньшей мере недальновидное, особенно когда сам берется утверждать, что счастлив, или полагает, что может жить своим умом.

Что прилично, то достойно уважения, а что достойно уважения, то всегда прилично.

Тот, кто щеголяет эрудицией или ученостью, не имеет ни того, ни другого.

Дело не в том, чтобы научиться рисовать, а в том, чтобы научиться мыслить.

Старый художник сказал ученику, нарисовавшему богато разукрашенную Елену: «Ты не мог изобразить ее прекрасной, поэтому ты изобразил ее богатой».

Человеческое сердце обладает досадной склонностью именовать судьбой только то, что его сокрушает.

Наши философы стремятся быть не столько умными, как мудрыми, не столько мыслителями, как мудрецами. Русский ли характер, исторические ли условия влияли тут — не берусь решать. Но несомненно, что философии «головной» у нас не повезло. Стародумовское: «ум, коли он только ум, — сущая безделица», — находит отклик, кажется, во всяком русском.

Я знаю, что я подвержен погрешностям и часто ошибаюсь, и не буду на того сердиться, кто захочет меня в таких случаях остерегать и показывать мне мои ошибки.

Не откладывайте на завтра то, что можно сделать сегодня.

Слишком близкое сходство с жизнью убийственно для искусства.

Перед человеком к разуму три пути: путь размышления — это самый благородный; путь подражания — это самый легкий; путь личного опыта — самый тяжелый путь.

Закон достойных — творить добро и не ссориться.

В каждом человеке есть мир подлинного. В нем не слышишь звуков свирелей и струн, но всегда царит радость. В нем не обоняешь ароматы курительных свеч и чая, но всегда разлито благоухание. Очисть разум и отрешись от вещей, забудь о мыслях и предоставь телу свободу— тогда сможешь туда проникнуть.

Все исследуй, давай разуму первое место.

Не знать истории — значит всегда быть ребенком.