Статусы про разное (Страница 112)

Что бы историк ни сочинял, как сменится власть – все его построения рухнут.

Историк в наборе фактов находит такие связи, которые и самый отчаянный шизофреник не найдет.

За истину выдают все не пережитое и пустое.

Рухнула туча в яму

Рухнула в яму туча,
выбросив кучу пыли,
злых междометий кучу
выплюнув в русском стиле.
Вижу - смурнее Небо,
вижу - бледнее ночи;
слышу, как просят хлеба...
Зрелищ? Нет, хлеба, точно.
Руки я заплетаю
хитрым узлом самурая,
зная, что дней трамваи
нас удаляют от рая,
помня, что за забором
колокол-мир всё глуше...
Но глаз искрит задором
и на макушке уши.
Выпили. Выбили зубы
мне и тому, другому.
Вилкой четырёхзубой
скребу по пустому тефлону.
Кончилась в хате водка -
спать, иль в ночной за счастьем?
Девочка в метеосводке
нам обещает ненастье.
Как дальше жить - не знаем.
Знать - так с тоски загнуться.
В новый день вновь по краю -
в ноль выйти, не споткнуться
о мёртвых грёз поребрик,
о синеву без меры,
да средь крестов, как в дебрях
не растерять бы веру.
Не комильфо снаружи,
да и внутрях непорядки.
Зная, что будет хуже,
с Небом играем в прятки,
жизнь исчисляем в лямах,
про чистоту забыли...
Рухнула туча в яму,
нас припорошив пылью.
_ _ _

Первый не тот, кто это придумал, а тот, кто первым об этом сказал.

~*~

The first is not the one who invented it, but the one who first said about it.

Стирая границы, или проваливаешься в пропасть, или оказываешься на небывалой вышине.

История – это список нерешенных проблем и решенных лжепроблем.

Начало

Лиха беда - начало, лишь было бы желанье и сердце отвечало, пока хватает жару...

Дивный берег

Берег дивный дразнит
Кружевами лун...
Старый мир в маразме,
Обновленный - юн.

Слишком юн - уменьем
Ошибаться и
Тверди об колени
Разбивать... Гляди!

Мир на перемене
На руках ветров.
Пере, пере, пере...
Многоточье - про.

Клятая удача -
Всё не до людей
Стал ли ты богаче?
Стал ли он добрей?

Я? Как все...
Навечен,
Пере-кручен-ный,
Пыльным вздохом встречен,
Перекован в мы.

Пятится былое
За нутром другим,
Платит старой болью
Вдавленных грудин.

Что - не идеален
Прирожденный свет?
Юным снова - мало,
Старикам - смотреть...

Дивный берег манит...
Переманит, а?
Окна алы...
Камни,
А вчера - дома...

Кто ходит в лес просто погулять, тому грибов не видать.

3.8.2024

Куда бы кривая не вывела, лишь бы не попасть в заколдованный круг.

Сны фракийца

Тишина во мраке душном
вдоль стен каменных крадётся.
Здесь никто не шевельнётся.
Посредь спящих тел ей скучно.

Лампы маслом начадили,
закоптили всё тревогой,
их фитильный срок недолгий,
догорели и остыли.

___Сны во тьме сплелись в клубок.
___Тишина в них заблудилась.
___Время тут остановилось;
___и не сыплется песок
___в колбе треснувшей часов.

___Заострила смерть таран,
___ждёт зари, в ворота дышит.
___И всем телом лёг на крышу,
___липкой патокой, туман -
___враг сквозь сон саднящих ран.

Ночь - за днём, за ночью - день...
Жизнь трепать ему не жалко,
помня прищур злой гадалки:
лавры славы - смерти тень.

Путь к свободе не свободен.
Он привык к тому, что дико:
людус тут, не базилика
и богам он не угоден.

___Но судьба его домчит! -
___вера бьётся пленной пташкой -
___на собачьих ли упряжках,
___вплавь, бегом, под стук копыт...
___Кровью пыл в висках стучит.

___Днём станет за него болеть
___всей Капуи народ голодный.
___Вот тут он в выборе свободный -
___под ретиария лечь сеть
___иль гладий врежет в рёбра смерть.

Вновь приходит ночь за днём.
Снова каменные стены.
Остывают громко вены.
Вкус побед запит вином.

Полумёртвым и больным -
к солнцу, в мысленном полёте.
Счёт всем лестничным пролётам
потеряет. И чёрт с ним!

Бабка старая с ключом
на табличку у ворот
тычет пальцем, то, что вход
посторонним воспрещён.

___- Не кричи и не сердись.
___Посторонним? Что за бред?
___Ты свобода? Я к тебе!
___Правды нет в ногах, садись...

Сон короткий,
как и жизнь.
_ _ _
… показать весь текст …

Дважды в одну и ту же воду войти нельзя, а в одну и ту же лужу можно.

Из двух маяков выбирай тот, который ярче, а не тот, к которому плывет больше кораблей.

Если ты актер, то, уйдя со сцены, на сцене окажешься опять.

Даже, если дать курице крылья орла, на душе у нее все-равно будет нелетная погода.

Не дожидайся остановки, выпрыгивай! Везет тем, кто вовремя сходит с поездов.

Если орел окружит себя курицами, он разучится летать.

Торт и Кот

Боль, печаль, обиды, слёзы.
Позади разбиты грёзы.
Грусть, тоска, и снова плачь:
Полетел на тортик мяч.

Опускаюсь на колени,
Видят все мои мучения.
"Кто испортил наслаждение
В мой прекрасный день рождения?"

Я смотрю на торт с печалью,
Вдруг встаю и понимаю...
Рядом с тортом и с мячом
Кот сидит. Он слез прыжком.

"Вот, кто бросил мяч, зараза!
Что же я рыдаю сразу?
Котика люблю я сильно,
Злость таить я непосильна".

Он

Из ниоткуда мирно шёл он в никуда,
друзьям на зависть,
с врагами знаясь,
ошибки, деньги не считая и года,
богам не плачась,
не приклоняясь.

Законы чужды, деньги - пыль, года - вода...
Он знал секреты
с другой планеты,
а также тайны антарктического льда,
том Кастанеды
сменял на веды.

Он предвкушал вкус завтра, помнил цвет вчера
и блеск зеркальный
знал не по спальням.
Все буквы чтил в законах чести и добра,
а не в кабальных
и ритуальных.

Он ощущал насколько ценен каждый миг,
он видел диво,
он был счастливым,
хоть и подписан на Шнура и Литл Биг
и вкус текилы
любил нехило.

Нащупав суть, он близким раздавал покой
в парах эфира
без балансира.
Широким шагом и с распахнутой душой
он шёл по миру
под сердца лиру.
_ _ _

Когда до результата остался один шаг – сделай тысячу шагов и получи сверхрезультат.

Чтобы подняться на вершину, надо побывать в большом количестве ям.

Перед тем, как запрыгнуть в последний вагон, проверь, не является ли этот вагон товарным.

Оптимист

Я жду тебя, моя судьба-салют!
Я чую - скоро нужная погода.
Пусть злы морозы, до костей проймут...
Вынослив я, как старый маламут,
спешу к весне с упрямством снегохода.

Я жду тебя, моя судьба-пожар!
Когда калоши к наледи прилипли,
пририсовал к ноздрям декабрь пар...
Мёд, стужа и покой - унылый взвар
на связки колоколен, чтоб не сипли.

Судьба-солист, мне сингл подари.
От вяленых хитов в печёнке худо
и от осенне-зимних попурри...
Кессонная болезнь пусть изнутри
в лохмотья разорвёт мои сосуды.

Апрель я угадаю с семи нот!
Могу и с двух, но больше - веселее!
Берёт планета солнце в оборот,
накручивает день себе длиннее.
Варенье съедено и выпит весь компот.
Я жду тебя, моя судьба-джекпот!
Не дай застрять в промозглом мавзолее.
_ _ _

Что бы ты ни делал - в следующем году ты сделаешь это лучше.

Приглашай только тех, кто придёт.

Взаимоуважение основано на взаимоподчинении.

Не спеши просолиться, если ты не огурчик.

Реверс

Проснулся я. Был сон наивен.
Назло ночИ текла свеча.
Коснулся Бог демонстративно
пером малиновым плеча.
Искрилась тьма лишь. Всё застыло.
Хмельно и счастливо спал я.
Светилась нежностью унылость,
окно скребла печаль ничья.
Грешит Морфей и мы грешим.
Разбились вдребезги тревоги, -
тиши ночной гнёт тяжек им.
Скривились фонари убого.

- наоборот -

* * *
Убого фонари скривились,
им тяжек гнёт ночной тиши.
Тревоги вдребезги разбились.
Грешим мы и Морфей грешит.
Ничья печаль скребла окно,
унылость нежностью светилась.
Я спал счастлИво и хмельно.
Застыло всё. Лишь тьма искрилась.
Плеча малиновым пером
демонстративно Бог коснулся.
Свеча текла ночИ назло.
Наивен сон был. Я проснулся.

Алёша во мне

Разбились одежды,
сносились надежды,
невежа с невеждой
во мне спят, как прежде.
Как прежде зима. Как всегда - понедельник.
Бездельник,
проснувшись, нырнул в старый тельник.

Им всем (кто во мне) нужно много и сразу;
в меня, как на базу,
любую заразу
притащут в зубах, будто дауны-дети;
тот рад сигарете,
а этот - конфете...
Но все эпикризы мы держим в секрете,
пока в нараспашку окне в предрассветье
дрожит в паутине баллада о лете.

Гвоздём вбито в мозг и намотано на нос,
что Алексей - имя, Алёша - диагноз.

Хватил если лишку,
то Лёшку-мальчишку
с устатку - в остаток, из фишки - в излишки
сольют без зазрения бес и Всевышний,
в тьму, в тартарары с пьедесталов и вышек,
о чём и депешу синхронно подпишут.
И вот тогда папка с тиснением "Шишкин"
под будничные судмедэксперта вспышки
огнём горит синим без дна и покрышки.

Но чуть за ум взялся,
похмельем взорвался,
с утра по квартире вписался
на галсах
в крутой поворот, так, что сам испугался.
Кондратий обнял,
как украл, пока крался
от серой зимы до сырого матраса.
Нет пива разлива. Я б спасся и с кваса.
Алёша во мне в расчленёнке сознался.
И хочется крикнуть: Зе энд! Хватит! Баста!
Пора на работу. Носки. Чайник. Паста.
Но дастер хрустит,
недосмотренный мастером
и койка грустит
без таблички в диспАнсере.

Никто не увидит, никак не узнают,
как из ничего мне за гланды бывает,
как социум и алкоголь
помножут Алёшу на ноль
уверенно и без остатка,
бедняге не дав дать по тапкам.

Из букв Б.Л.А.Г.О.Д.А.Т.Ь. снова сложится "скверна".
И в личку
прилично не пишет, наверно,
никто,
лет сто.
А все, кто напишут - не те.
И не то.
Чертей всех мастей
узнаЮ по пальто.

В сукно жребий брошен Алёшей.
Алёша во мне. Он хороший.
_ _ _
… показать весь текст …