Лучшие стихи - Страница 659

Хорошо, что ты родилась...

Хорошо, что ты родилась
В день тринадцатый месяца мая.
Мы встречались с тобою не раз,
Но что станешь родной мне, не знал я.

О такой я всегда и мечтал,
Хоть и не были в детстве знакомы.
Я надеялся, верил и знал,
Что сведёт нас судьба по-любому.

Этот город для нас с тобой
Выбирал сам Господь, похоже.
И что ты родилась весной,
Неслучайно, наверно, тоже.

Сколько праздников было у нас.
Пусть не будет конца никогда им.
Нашу книгу жизни сейчас
Мы с тобою вдвоём листаем.

Два десятка лет пронеслось
Незаметно в нашей берлоге.
Мне ни разу жалеть не пришлось,
Что сошлись вмести наши дороги.

13.05.2023

Николай Хмеленок

Было всё непривычно вначале...

Было всё непривычно вначале.
Даже мы удивлялись потом,
Как все в городе нас обсуждали,
Когда мы появлялись вдвоём.

Будто мы на всей этой планете.
Не имели права любить.
У тебя были взрослые дети.
Но как мог без тебя я прожить?

Я люблю и твой голос, и руки,
И души твоей ангельской храм.
Вот уже у нас выросли внуки.
Вот дождаться бы правнуков нам.

Мы заботою старость украсим,
Чтоб продлить наш совместный дуэт.
И чтоб снова все в городе нашем
С удивленьем смотрели нам вслед.

9.02.2026

Николай Хмеленок

Пусть мирными всегда будут рассветы...

* * *
Пусть мирными всегда будут рассветы
И не горят пусть города в огне.
Я не желаю никому на свете
Свой день рожденья встретить на войне.

Я не хочу, чтоб хлеба не хватало,
Чтоб замерзали дети без тепла.
Я не хочу, чтоб прятались в подвалах
И улицы чтоб накрывала мгла.

Я не хочу, чтобы мосты взрывали
И чтобы бомбы падали на вас.
Я не хочу, чтоб женщины страдали,
Оплакивая каждого из нас.

Пусть будут распри навсегда в запрете
И будет много солнца во дворе.
Чтобы войны не знали на планете
И чтоб исчезло это слово в словаре.

Звезда коснулась гибкой ивы

Звезда коснулась гибкой ивы,
Оставив на ветвях свой свет,
И в тишине неторопливой
Родился серебристый след.

Он лёг на сонную речушку,
На травы в капельках росы,
И на далёкую церквушку
Среди задумчивой красы.

А ива ветви наклонила,
Храня небесный тихий дар,
И до рассвета сторожила
Её мерцающий пожар.

И ветер, странник запоздалый,
Боясь ту сказку расплескать,
Лишь осторожно и устало
Касался веток невзначай.

А в небе звёздные дороги
Тянулись в вечность над землёй,
И месяц, замерев в тревоге,
Берёг её ночной покой.

Когда ж заря взошла над лугом,
Смывая сумрак без следа,
На иве светлым полукругом
Ещё дрожала та звезда.


© Copyright: Созинова Луиза, 2026
Свидетельство о публикации №126062201216

Всё понимал наив

Всё понимал, "зачем рубить с плеча?":
С ней неуместны пафос и бравада.
И вот, в активном поиске сейчас,
Да, горе. Но сочувствовать не надо!

Теперь на репутации пятно...
И строгача дадут на партсобранье.
Сам виноват, играючи с огнём.
На что рассчитывал? На пониманье!

Ну, флиртовал... А кто не без греха?
Семья-то всё равно, на первом месте.
Набегами не в счёт!... И впопыхах.
Особенно, зимой в сквозном подъезде.

Я верность до последнего хранил.
Берёг её на самый крайний случай.
Обидно. Из-за праздной болтовни
И вас постигнуть может эта участь.


Художник Валерий Кузьминов

От мартовского первого денька...

От мартовского снежного денька
До буйного цветения в финале!...
"Ну, почему весна так коротка?"-
Засело в голове прочней скрижали.

Проснулось всё. Прервался зимний сон.
Душа желает вечного цветенья!
Готова отслужить весне поклон,
Чтоб не кончался праздник воскресенья.

Черёмухи, сирени первый цвет.
Благоуханье яблоней и вишен -
Весь сад в наряд парадный разодет,
Не шелохнётся, замер неподвижно.

Необъяснимой радости полны
Его сияние теней и света,
Обыденные, будничные дни -
Всё ожиданьем счастья подогрето.

Жизнь на пороге нового витка:
Утратил свежесть ландыш серебристый.
И променад давно без пиджака,
И первый гром, и воздух чистый-чистый.

С дурманящих акаций свысока
Рулады соловьиные слышнее.
Ну, почему весна так коротка
И на дворе теплее и теплее?

Сомнение

Я днем и ночью по тебе тоскую,
Ищу к тебе подходы и пути.
Нет, я тебя нисколько не ревную,
Но отчего костер горит в груди?

Твой образ мне ночами снится:
Неужто, впрямь, не в глас, а в бровь
Попала мне сверхмощная частица
С бесхитростным названием «Любовь»?

Неужто, вправду, я тобой болею,
Неужто все с годами не пройдет?
И я вскочить со всеми не успею
В вагон попутный или самолет.

Нет, образ твой со временем растает,
Развеется как пепел или дым;
Костер в душе моей не запылает,
И мне не быть с годами молодым

А НАМ БЫ НАУЧИТЬСЯ ПРОСТО ЖИТЬ

Как часто мы себя жалеем
И всё нам в этой жизни мало,
И слезно маету свою лелеем
В уныние впадая регулярно.

А нам бы научиться просто жить
Не ждать от жизни очень много,
И Бога каждый день благодарить
Что посылает вовремя подмогу.

И научиться не жалеть себя
Есть те, кому намного хуже,
И новый день свой проживать не зря
И не тащить своё уныние наружу.

На город опустился вечер

На город опустился вечер.
Размеры каждого авто
Он засветло ещё отметил
огнями поперёк и вдоль.

На окна насупонил шторы,
зажёг неясно фонари,
Туда-сюда пустил моторы -
без поводка поводыри.

"Зелёным шашкам" голосую:
любимый транспорт мой - такси!
Услугу эту дорогую
отвергнуть - Боже упаси!

Вот счётчик Гейгера включился,
мелькают люди и дома,
Настрой тотчас - преобразился,
вдохнув уюта аромат.

Невнятно рация бормочет,
в ответ ей "дворники" скрипят.
Патруль на трассе у обочин
в "неоне" с головы до пят.

Тепло и на душе спокойно
в сезон, когда идут дожди.
Минута, две - я снова дома
и... целый вечер впереди!

Алгайские степи.

В краю, где алгайские степи, где ветер вольный свищет, под луной шагает волк-одиночка, ему не нужен кров чужой.
Его постель — родная степь, родной приют, звёзды в ночи — его свечи, рассвет — будильник, зорькой алой заблещет.
Псы — за ним, но им его не догнать, он знает тропы, где нужно ступать, он рождён сражаться и выживать.
Он не продаст свободу за беспечность, за тёплый уют, в нём дух мятежный и огонь свободы живут.

В алгайских степях шагает волк, где ковыль седой, он хранитель троп, шепчет тайны ветру в час ночной.
Глаза — два угля, в них пламя живёт, не ищет он стаи, награды не ждёт, его воля — кремень, дух никто не согнёт.
Луна — его лампа в небесах холодная, степь — его храм без стен и замков, где каждый холм ему помочь готов.
Он не бежит — он стелется по травам, как дымка, ветер ему шепчет: «Держись пути, тропы знают, куда идти», ты будешь невидимка.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.

Не купит уют его, не заманит тепло, он — отзвук воли, он — голос тьмы, в груди — огонь, он хозяин ночи, властитель судьбы.
Пусть воет буря и блещет гроза, не сломит голод, не страх, а смотрит прямо, глядя в глаза. Он — дух свободы в алгайских степях.
И если встанет враг на пути, он — сын ветров, волк-одиночка — клыки у него остры, взгляд его твердый сверкает, как заточка.
Он — шёпот ветра по краю ночи, в тишине седой, он хозяин судьбы, где туман по травам ложится густой.

Враг встанет на пути — услышит рык глухой, но в сердце — воля, в крови — рассвет. Шаг — и земля дрожит под лапой боевой.
Его глаза — два уголька, не знают страха в тёмной ночи, в них отблеск звёзд в небесах, и они как пламя горячи.
Клыки — как сталь, веками отточены, он чует путь сквозь мглу и снегопад, взгляд — как будто нож заточенный.
Он не тоскует по теплу костра, его греет свобода, ночь — его плащ, его постель — земля, что всегда тверда.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.

Под серебряной луной, где туман в степи клубится, шагает волк, он не ищет приюта, в глазах его воля искрится.
Я — волк, что бродит по краю по грани земли, где ветер играет, поёт, а рассветы в степях бескрайних светлы.
Лучше жить голодным, но под вечной луной, где простор без границ, где мир мой родной.
Он один — свобода его щит, но дух — его сильней, а воля — клыки, в нём кровь веков и зов родных алгайских степей.

В лощине степной, где эхо от ветра в травах поёт, волк раненый поднимает голову в небо и воет на восход.
Это не жалоба — а гимн, не крик — а души откровение: «Я выбрал волю. В ней — мой путь и предназначение».
Волк стоит на холме, псы устали, сбился их строй, — силуэт в тени, лай утих, и туман стал густой.
Он вправе идти, куда хочется, во мгле. Он смотрит вдаль, где горизонт горит, где ему путь сулит новый день на заре.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.
… показать весь текст …

Выдержка.

Когда идёшь ты вёрстами судьбы, умей терпеть её невзгоды, однажды не избежать тебе борьбы.
Как парусник в пучине тёмной, сквозь бури и грозы ты мчишься сквозь шторм и сквозь невзгоды,
Пусть скалы грозные как стены, где волны встают ледяные, в тумане горькой перемены,
Терпение — твой верный якорь, что держит в бурю у земли. Не падай духом, в конце пути горят огни!

Как буревестник сквозь бури и дожди ты летишь над пучиной океана к своей свободе она в дали туманной,
Пусть скалы мощные, как стены крепостные, грозятся тебе путь закрыть, а волны встают ледяные, но дух твой страху не укротить.
В тумане горькой перемены, где горизонт едва виден вдали, ты помни: в сердце — огонь нетленный, он вспыхнет, чтобы путь найти.
Упорство — парус, что ловит надежду, когда вокруг лишь тьма и гром, оно поднимет тебя над бездной и озарит путь огнём.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

Твои мечты рассвет найдут, а трудности они — как будто перевалы, что к горным высям возведут.
И каждый камень на дороге, что больно ранит босый след, становится ступенью к Богу, к вершинам праведных побед.
Умей читать следы на тропах — они расскажут про былое: кто падал и вставал в потопах, тот обретал своё живое.
Так шагай, не опуская взора, сквозь мрак и холод, сквозь года, ведь даже в самой тёмной ночи горят звёзды в небе всегда!

Когда идёшь дорогою судьбы, и вьётся тропка через годы, не избежать тебе борьбы, умей терпеть её невзгоды,
Она петляет средь густых лесов, где тени тихо шепчут за спиной, иди смелей, Господь в сердце с тобой.
Судьба — как горная река: то тишь зеркальная, то — пропасть сквозь валуны и облака, то, как птица, вдаль уносится.
Терпение — твой крепкий щит, а мудрость — меч в руке надёжный. Пусть гром гремит, ты знай: за бурей свет возможен.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

Преграды — словно перевалы, что к солнцу возносят шаг. Там, где орлы кружат устало, ты обретёшь свой Божий знак.
А боль — как дождь в степи сухой: что хлещет резко, но питает. Из трещин — росток молодой, из слёз — мечта засияет!
Следы на тропке — не случай, в них опыт, выжженный огнём. Кто падал, но вставал ночами, тот стал закалённым клинком.
И даже в самой чёрной мгле, где звёзды спрятались от боли, есть тихий свет на земле, росток надежды, полный воли.

Так шагай, не опуская глаз, сквозь холод, ветер, гул времён, дорога — как лабиринт без света, ты разожги огонь.
Судьба — как горная река: то тишь, то буйство пенных вод. Сквозь камни, скалы ведёт путь вперёд,
Терпение — как крепкий щит, что не пробьёт стрела беды. А вера — как факел, горит сквозь мрак и холод пустоты.
Преграды — словно стены гор, что к солнцу вознесли хребты. Но знай: за каждым поворотом тебя ждут новые версты.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм, отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

… показать весь текст …

ПОСЛУШАЙ

Я тебе расскажу про любовь –
Это дивное чувство природы.
Только ты подожди, не злословь:
У семян полноценные всходы.

Я тебе подарю не звезду,
А душевную звучную гамму,
И две жизни я рядом сведу:
Я люблю тебя больше, чем маму.

Проживу мне отмеченный срок,
Расплескаю ль душевную чашу…
Но любовь – это все же порок,
Только жизнь украшающий нашу.

В повседневном труде ль, на войне
Для меня – это лучшее средство.
Ах, сложить бы его нам вдвойне
Да и детям оставить в наследство.

БЛАГОСЛОВЕНИЕ

Ты одел мне на палец кольцо,
Я от радости вся онемела.
И горело зарею лицо,
Нужных слов я сказать не сумела.

А священник крестом и водой
Делал легкие пассы и жесты,
Говорил: «Перед всякой бедой
Я желаю всегда вам быть вместе.

В жизни много соблазнов, утех,
Только счастья вы в них не ищите.
И совсем непростительный грех,
Если мать и отца вы не чтите.

Вам в согласии жить и добре,
Ловить счастье, хотя б на мгновенье,
И в веселой своей детворе
Постоянно искать вдохновенье.

Как бы жизнь ни была хороша.
Но на все существуют причины…
Я хочу, чтобы ваша душа
Была доброй до самой кончины».

ЛЮБОВЬ

Писали многие поэты
О ней в былые времена,
До нас дошли ее приметы,
И среди нас живет она.

Но я не верил тем приметам,
И чувств душевных не имел,
И говорил еще при этом,
Что для нее я не созрел.

Но годы бешено летели,
И сердцу чудилась весна,
И мне в какой – то день недели
Вдруг повстречалася она.

Она ничем не привлекала,
О ней я в жизни не мечтал.
Но что – то сердце волновало
И обжигало как металл.

И все во мне переменилось.
С тех пор покоя я не знал,
И понял я, что – то случилось,
Что в жизни каждый испытал.

МЫСЛИ О ВЕЧНОМ

Я не ищу себе пророка,
Живу не мыслию одной.
Возможно я по воле рока
Шагну когда – то в мир иной

Но я не верю в неудачу
На скользком тернистом пути.
И если падаю, не плачу,
Мне все равно надо идти.

И путь мой - вечная отрада,
В нем есть начало и конец.
Пусть грешник я, но мне наградой
Терновый будет все ж венец.

А в жизни многое сравнимо -
Своя, чужая ли беда,
Но не горит костер без дыма,
Не греет яркая звезда.

Свою имеет счастье цену,
Культура – зеркало души,
Иной с трибуны «гонит пену»
И с перестройкой не спешит.

А кто – то просто выжидает,
Авось наступит звездный час,
Когда – то ж буря затихает –
Такое было уж не раз.

Но в массе бурного потока
Случалось всякое не раз,
Возможно в нем по воле рока
Пробьет и мой последний час.

ПОСВЯЩАЕТСЯ N. N

Я расстался с тобой, дорогая,
Но не знаю, по чьей уж вине.
Может, жизнь наступила другая
Или жребий такой выпал мне?

Я люблю, но теперь уж не женщин,
Видно, стал я для них грубоват,
Хотя чувств моих вовсе не меньше
И они возросли во сто крат.

Я люблю эту весну и осень,
Синевою, что дышат во мгле.
Я люблю тебя, Родина, очень,
Что растишь ты меня на земле.

И остался мне в жизни наградой
Милый образ, тоскою гоним.
Но мне личного счастья не надо,
Лишь жилось бы счастливо другим.

РУКИ МАТЕРИ

Милые добрые руки,
В них столько любви и огня!
При встрече и при разлуке
Они обнимают меня.

Суровые годы, как муки,
Чуть – чуть вспоминаются мне –
Вот эти с мозолями руки
Трудились в любимой стране.

Пахали и сеяли в поле,
Солдатское шили белье
Чтоб страшных войн не было боле,
Чтоб дружное стало житье.

Их руки - могучая сила,
Опора в решающий час,
Поэтому так они милы
И дороги в жизни для нас.

И я, пребывая в разлуке,
Смотрю на вечерню зарю,
Но чувствую матери руки.
Которые благодарю.

Мне звёзды.

Пусть не вознёсся я до облаков, не коснулся звёзд рукой, но в сердцах, как отблеск рассвета, остался след мой живой.
В чьих-то снах — мой тихий свет, что согрел в холодный час, словно искра у костра, что не гаснет в поздний час.
Я шагал по глухим тропам, где туман клубится в тени, где дорога шепчет тайны и упрямо вела через дни.
Каждый шаг — как борозда в земле, где семя правды легло, где усталость — лишь преграда, а надежда — крыло.

Бывали тропы, где камни остры, как слова, что режут душу, но учат быть тверже, уверенней всегда.
Я видел долины, где травы поют о былом, где реки, как судьбы людские, текут за далёким холмом.
Сквозь чащи, где ветви — как руки, что путь преграждают во мгле, где эхо минувших шагов замирает в холодной земле.
Я в сердце нёс пламя, что ветры не смогут задуть, сквозь дожди и грозы, сквозь долгую злую жуть.


Мне звёзды, как знаки, указывали верный маршрут не к славе, не к власти, а к людям, что в сердце живут.
Где путь становился тропинкой едва заметной, где каждый шаг — испытание во тьме беспросветной.
Теперь смотрю на багряный закат, опускается над землёй, я вижу, что мой путь был непростой,
Как узор из мгновений, ветров и дождей полос, из встреч, расставаний, надежд и солёных слёз.

Как росток сквозь камень тянется к свету и небесам, так и я сквозь вьюги, бури стремился к своим мечтам.
Не сломили меня ветры, не сковал мороз мою душу, я нёс в своём сердце огонь и верил, что пройду сквозь лютую стужу.
В пыли дорог остались следы моих ног, в них отметины решений, поворотов, вехи тревожных шагов.
Где-то боль была компасом, где-то радость — маяком, где-то надежда, как опора, стала крепким мостом.

И теперь, когда закат окрасил небеса в пурпур и медь, я могу сказать без страха: мне есть что беречь.
Не в высоте — моя сила, не в блеске дальних звёзд, а в том свете, что в пути оставил, в тех сердцах, что нёс.
Пусть не стал я солнцем — но горел свечой в темноте, пускай не летел — а шёл, но остался мой след в мечте.
И пускай дорога долгая — я иду, не торопясь, зная: путь не измеряется далью, он — в том, что остаётся в нас.

Мне звёзды, как знаки, указывали верный маршрут не к славе, не к власти, а к людям, что в сердце живут.
Где путь становился тропинкой едва заметной, где каждый шаг — испытание во тьме беспросветной.
Теперь смотрю на багряный закат, опускается над землёй, я вижу, что мой путь был непростой,
Как узор из мгновений, ветров и дождей полос, из встреч, расставаний, надежд и солёных слёз.


И каждый миг был дорог, полон добрых слов, мне — трепетный, живой, когда рассвет меня касался, в нём живёт огонь основ.
В чьём-то дыхании останется светлый дымок, если кто-то улыбнётся без повода моих мечтаний тайный огонёк.
Я встретил мост, когда шагнул меж берегом и тьмой, свой страх преодолев, я по нему прошёл за своей мечтой.
Моя судьба — не мраморный гранит, она как ветер, что колышет облака, и тёплый след, что в памяти хранит.

В каждом шаге суть моя скрыта, в изгибах русла, в игре света и тени, где каждый камень как урок, ведёт к новой ступени.
Как речка, что меж камней петляет, не стремится стать морем — но жажду путнику утоляет, каплями росы цветы наполняет,
Я как будто свеча в полутёмном доме, согрел чьи-то руки, блеснул в глазах, но не уберёгся от горькой разлуки.
Я — след весла на глади голубой, мимолётный, но полный значения, он исчезает — но несёт с собой волну надежды, полёт вдохновения.

Мне звёзды, как знаки, указывали верный маршрут не к славе, не к власти, а к людям, что в сердце живут.
Где путь становился тропинкой едва заметной, где каждый шаг — испытание во тьме беспросветной.
Теперь смотрю на багряный закат, опускается над землёй, я вижу, что мой путь был непростой,
Как узор из мгновений, ветров и дождей полос, из встреч, расставаний, надежд и солёных слёз.

… показать весь текст …

Месяц купается в росах

Месяц купается в росах,
Блеск его- грусть серебра.
Шёпот волны в тихих плёсах
Ветер несёт до утра.

Искры алмазов мерцают,
В глади росистой реки.
Звезды вокруг расцветают,
Словно лучей маяки.

Ночь свою сказку раскрыла,
В дымке тумана и снов.
Душу любовью обмыла,
Негой чаруя без слов.

Сон, что лучами осыпан,
Тихо спешит на покров.
Нежностью воздух пропитан,
Словно из райских садов.

Мир – зачарованный замок,
Тихо откроет врата,
Сказочной сенью укроет
Вечности красота.


© Copyright: Созинова Луиза, 2026
Свидетельство о публикации №126032402244

Стол называли Божья Длань

Шла жизнь в деревни по другому,
Пришёл рассвет, настала рань.
С любовью относились к дому,
Стол называли Божья Длань.

Была семья, а не потреба,
Дела хвалили, не слова
И точно знали цену хлеба,
И что всему он голова.

С утра до вечера пахали,
Своя земля, чужой не трожь.
Зерна за Лето запасали,
Как ароматно пахла рожь.

Сейчас всё стало по другому,
Рассвет к концу, да это рань.
Ты относись с любовью к дому,
Накормит вдоволь Божья Длань…

Щурится блаженно солнышко весной

Щурится блаженно
Солнышко весной,
Лучик вдохновенный
Льётся новизной.

В юность приглашает
Яркий, озорной
И преображает
Этот мир земной.

Мёдом первоцвета
Угощая нас,
И ключи от лета
Нам вручая враз.

Дав благословение
Радужным мечтам
И, проникновенно,
Рай даруя нам.

И весны желанной
Ощутим мы вкус,
В красоте туманной
Усыпляя грусть.

Где уже витают
Запахи весны,
Радостно вдыхая
Сладостные сны.

И аккордом счастья
Запоёт душа,
На волнах нирваны
Нежась неспеша.

© Copyright: Созинова Луиза, 2026
Свидетельство о публикации №126032501651

Первая измена

В горле ком, на щёчках сырость.
Тело юное дрожит.
Счастье хрупкое разбилось
О бетон дорожных плит.

Ускакал дружочек милый,
Про Алёнку позабыл.
Страсть в душе его остыла.
Распалить не хватит сил.

Нет ни радости, ни смысла
Жить под небом голубым.
В голове мелькают мысли
О жестокости судьбы.

Разлюбил Орешкин Вася,
Принц соседнего двора.
Он большой. В четвёртом классе.
Он с ровесницей, Настасьей
Ходит с самого утра.

Лес

Это мой добрый, уютный лес.
Бескрайний и необъятный.
Он был в заголовках дурацких пресс,
Сварливых и непонятных.
Он был элементом красивых пьес,
Провокациями манящих.
Он кому-то нужен был позарез,
Но вот более бы изящным.
А это просто обычный лес,
Могучий и очень скромный.
Не проведёт он в страну чудес...
Он трескучий и слишком укромный.

Я здесь живу... И нет лучше мест,
Ни за околицей, ни на отшибе.
Сюда не ходит никто. Я для них бес.
Рогатый, чудной и паршивый.
И каждый из них спустился с небес,
А я топчу древнюю землю.
У них инновации и прогресс,
А я их прогресс не приемлю.
Они проявят вдруг интерес,
Как выдастся только минутка.
Красива в одежде, но лучше же без...
Без совести и без рассудка.

А лес всё шумит и плывут облака,
И хвоя пахнет до жути.
Начинаю слишком издалека,
И не дохожу до сути.
У меня зато рядом тут мох растёт,
Значит север близко... А толку?!
У меня здесь уютно и есть костёр,
И вокруг собираются волки.
Мы болтаем о разном, и даже порой
Сочиняем грустные песни.
Я совсем не одна, мы огромной толпой.
Хорошо ведь, когда все вместе.

Да нам звёзды – компас, нам месяц — фонарь,
У нас здесь и сосны, и ели.
Пережили октябрь и осилим январь.
Только пальцы бы не онемели.
Только выдалась тёплой бы эта зима,
А так мы в общем не горды.
Не чокнуться бы, не сойти с ума,
Смотря на серые эти морды,
Ночами слушая тошный их вой,
И наблюдая прищур и оскал...
Я невозможно хочу домой...
И чтобы там меня кто-то ждал.
… показать весь текст …

Иди вперёд.

Иди вперёд и не сдавайся. сожги мосты, что позади. надейся, верь в свою дорогу. любовь и счастье встретишь ты.
Первый шаг всегда тревожный, но назад пути уж нет. путь вперёд такой возможный, словно солнца яркий свет.
А в ночи горит звезда, манит нас идти туда, где мечты сбываются, а все тревоги и невзгоды забываются.
Делай шаг, не бойся смело, пусть пыль стелиться за спиной, ведь жизнь зовёт идти умело. Пройти сумеешь ты путь свой.

Путь твой — как горная тропа петляет, где туман — сомнения, но солнца луч пробивается светом сквозь тернии.
Шаг за шагом — скалы острые и обрывы ждут, но в сердце — компас, в нём верный твой маршрут.
Надежда — как мощный ветер, что спину толкает. Вера — как будто полярная звезда, что путь освещает.
Сожги мосты, что оставил за собой — не жалей о былом, пусть ветер пепел развеет над синим холмом.

Делай шаг — не бойся, смело, гордо, пусть пыль стелется за спиной твоей. это — след пути, что стал опорой, знак того, что ты уже сильней.
Через бури, через тишину и туман жизнь зовёт идти умело, стойко, где каждый поворот — урок, а в нём глубокий шрам.
Пройти сумеешь ты однажды свой путь земной, он был опасный и коварный и вёл тебя сквозь лютый холод и жаркий зной.
И когда ты вернёшься на свой родной долгожданный порог, ты вдруг поймёшь: он стоил всех дорог.

Прошлое — как хрупкая тень, что скользит у ступней, а будущее — мир свободный, простор без цепей.
В час, когда липкий страх вдруг холодит твою ладонь, вспомни: в груди твоей горит яростный огонь.
Он проведёт тебя через все ловушки и стальные капканы, сквозь холод и зной, сквозь седые туманы.
Пусть пыль стелется следом за спиной — это знак твоего пути, чтобы ты не стоял, а умел идти.

Иди вперёд — не дрогни, не сдавайся, сожги мосты, что к прошлому ведут. пусть пепел их, как птицы, разлетается, там вдали мечты тебя ждут.
Не смотри назад с тоскою, делай шаг, ступай вперёд, пусть жизнь течёт большой рекою, к счастью новому ведёт.
Не считай свои шаги, ты просто верь, иди, твори в этом танце бытия вся жизнь прекрасная твоя.
Надейся, верь в свою дорогу дальнюю, она, как лента, вьётся сквозь туман. любовь и счастье ждут тебя на станции с зарёю алой раннею.

Делай шаг — не бойся, смело, гордо, пусть пыль стелется за спиной твоей. это — след пути, что стал опорой, знак того, что ты уже сильней.
Через бури, через тишину и туман жизнь зовёт идти умело, стойко, где каждый поворот — урок, а в нём глубокий шрам.
Пройти сумеешь ты однажды свой путь земной, он был опасный и коварный и вёл тебя сквозь лютый холод и жаркий зной.
И когда ты вернёшься на свой родной долгожданный порог, ты вдруг поймёшь: он стоил всех дорог.

… показать весь текст …

Вечер

Спой о том, как прекрасны  земли Нанцзяна.
‎По струнам циня проведи своей нежной рукой.
‎И сыграй мелодию,что раньше играл мне,
‎Коль услышу твой голос, вмиг душа запоёт.
‎
‎А когда закончишь,подойди,сядь рядом.
‎И позволь свою ладонь на твою положить.
‎Ты поверь,для счастья мне больше не надо.
‎Твой голос,ты рядом, и красная нить*.

История одного генерала

‎"Одет уж в белые одежды
‎И благовония зажёг.
‎И на коленях пред могилой
‎Сижу,тоска меня гнетет.
‎
‎Раскол небес остановил
‎Как генерал - вознагражден.
‎Но что мне дело до награды?
‎Любимый более не ждёт.
‎
‎Я не прощу себе безбрежность,
‎Позволил яшме потускнеть..
‎А я ведь обещал пред битвой
‎Что не позволю умереть!"
‎
‎А далее гласит легенда:
‎Одетый в белый цвет жених
‎Не выдержал тоску и боль,
‎Уйдя вослед в загробный  мир.

Наверное

Среди категоричных «Да» и «Нет»,
Чей приговор звучит, как лязг металла,
Живёт один спасительный ответ,
В котором бьётся пульс всего начала.

Оно не судит, не вершит расправ,
Не ставит точку, обрывая строки.
С ним даже тот, кто в корне был неправ,
Ещё, быть может, выучит уроки.

Ода тебе, «Наверное», — ты мост
Над пропастью догматики жестокой!
Ты бережёшь святую пустоту,
Где дышат варианты стать эпохой.

Когда всё стопроцентно — жизнь мертва.
Определённость — это скорбь в покое.
Но стоит выдохнуть с тобой слова,
Как время пробуждается живое.

Абсолютизм кичлив, упрям и слеп,
Он требует маршировать бесспорно.
А ты сквозь монолитный, мрачный склеп
Проводишь свет живительного зёрна.

Когда мудрец предвидит бездну бед,
А рок сулит одни лишь пораженья,
«Наверное» — как нить, как амулет,
Смягчает вектор ледяной Вселенной.

Так славься, слово робкой красоты!
Убежище для мыслей и сомнений.
Пока средь слов сияешь эхом ты —
Есть право на ошибку и прозренье.

28.03.2026 г.

Нытики

Словно в зале ожиданья,
День за днём чего-то ждут.
Бесконечны их страданья,
Бесконечен неуют.

Беды, горести и страхи,
Грусть, отчаянье и боль.
Но растут при этом ряха
И на заднице мозоль.

Круглый год ручьями слёзы,
Вопли, стоны и скулёж.
Но всё больше водки доза
И масштабнее кутёж.

Ночь льётся

Ночь льётся по земле кофейной гущей.
над нею - галактический простор...
А месяц, всех влюблённых стерегущий,
ведёт сосредоточенный дозор.
Работы много. Даже беглым взглядом
окинуть нашу Землю не дано.
А он сканирует одним захватом
рельефное подлунное панно.
Весёлое со скучным не мешая -
(наш личный список "там" наперечёт!)
таинственно за тучи исчезая,
он каждому игриво подмигнёт...
Сквозь шторы пробирается дорожка,
Белёсым тая во тьме.
Царица ночи, яркою обложкой
своё не нарушает реноме...

Серебристо-белые комочки

Серебристо-белые комочки
Утром возле берега реки:
Ветки вербы, словно маму-квочку,
Облепили деточки-цветки.

Их так много - нежных и пахучих,
В шубках бархатистых у воды,
Стынувших на ивах у излучин,
От мирской подальше суеты.