Цитаты великих людей - Страница 108

Воздавайте равным за равное.

Кто достигнет старости, тот почувствует болезни от роскошей, бывших в юности, следовательно, в молодых летах должно от роскошей удаляться.

Если ждать минуты, когда все, решительно все будет готово, — никогда не придется начинать.

Уж таков ее обычай: красота всегда права.

Хочешь мира — готовь его, готовь, не щадя своих сил. Каждый день твоей жизни. Каждый час твоих дней.

Нет такого закона, который удовлетворял бы всех.

Никогда не спеши и не горячись. Научись властвовать собой, тогда будешь властвовать другими.

Все, что соответствует нашим желаниям, кажется правильным. Все, что противоречит им, приводит нас в ярость.

Лизоблюдов и продажных не считай за людей.

Любимцы общества те, кого называют душа-человек, — это люди, лишенные стеснительного эгоизма: где бы они ни оказались, они не испытывают неудобства и помогают не испытывать его всем прочим.

Это ужасно тяжелая работа — ничего не делать.

Всяк, кто желает иметь верных друзей, должен быть добрым и терпимым, проявляя внимание к чужим нуждам. Почет и уважение добываются не силой, а великодушием и готовностью поделиться с нуждающимся последним куском.

На узкой тропе придержи шаг и дай пройти путнику, идущему навстречу. За едой возьми себе третью часть, а остальное отдай ближнему. Вот секрет того, как всегда быть счастливым в этом мире.

Если хочешь, чтобы у тебя было мало времени, ничего не делай.

Чтение делает человека знающим, беседа — находчивым, а привычка записывать — точным.

Когда ты постигнешь все тайны жизни, то будешь стремиться к смерти, ибо она не что иное, как еще одна тайна жизни.

Лучшая приправа к пище — голод.

Любите книгу, она облегчает вам жизнь, дружески поможет разобраться в пестрой и бурной путанице мыслей, чувств, событий, она научит вас уважать человека и самих себя, она окрыляет ум и сердце чувством любви к миру, к человечеству.

Выискивать недостатки у других — легко, а себя сдерживать — трудно. Тот же, кто забывает о том и мнит о себе много, одних — умаляет, других — поносит, обнаруживает лишь собственную мелочность.

Никто не может избежать смерти.

Если боль мучительна, она непродолжительна, а если продолжительна, то не мучительна.

Книгой следовало бы, собственно, называть лишь ту, которая содержит нечто новое, все прочие — лишь средство быстро узнать, что уже сделано в той или иной области.

Ученый по преимуществу предназначен для общества: он, поскольку он ученый, больше, чем представитель какого-либо другого сословия, существует только благодаря обществу и для общества.

Тот, кто поносит порядочного человека, поносит этим самого себя.

Труд как бы создает некую мозолистую преграду против боли.

Как далеко простираются лучи крохотной свечки! Так же сияет и доброе дело в мире ненастья.

В мои лета не должно сметь Свои суждения иметь.

В наших делах сказывается, что мы такое в действительности; в словах же — только то, чем должны были бы быть.

Чем ближе государство к падению, тем многочисленнее его законы.

Кто глуп и понял это, тот уже не глуп.