Пётр Цезаревич Квятковский - стихотворение «За каждый грех приходится платить.…»

Разочарование

Из истории родной страны
(1987 г. – 1996 г.)

Разочарованье, словно снежный ком,
Нас бедой накрыло: разорён наш дом!
Жаль, не все смогли мы подружиться в нём,
А теперь дом этот опалён огнём!

Были идеалы, песен дружный хор,
Родиной гордились, всем наперекор,
Нынче, как в разводе, сидим по углам,
Разве, добры люди, легче стало нам?

Сын на Украине, а в Грузии – мать,
Ему не поехать, её не обнять!
Каждый уцепился за свой регион,
Кому – неизвестно, делает заслон.

Вот, была большая, дружная семья,
Теперь – эгоисты, кричим: моё, я!
Ну, а коль случится худшая беда,
В дверь какую будем мы стучать тогда?

Заголовок

Теперь, когда не голос за чертой,
Тебе не шелеста, не отклика, не смеха,
А в прошлом - жест - с протянутой рукой -
В глуби души раскатистое эхо.
Когда не взор теряет прежний свет,
А блеск очей таит в себе проклятье
И на устах, как явь, или запрет,
Чужая тень прибоя или платья.
Дрожанье век за скобками - плечами;
С самим собой не прений, не преград.
Уже не боли, страха, не печали,
Не громких слов, не пламенных тирад.
Не сожалений, страсти, постоянства,
Не наших чувств затерянный компас;
Глухие стоны в замкнутом пространстве -
Ничто уже не связывает нас.
Моя ладонь разглаживает память
И, как иглой, ведёт кровавый след:
Последний раз стучусь в твой мрачный замок,
В окне завидев прежний силуэт.

Мари 2

Мари затаила в дальнем углу обиду,
она улыбалась и жаждала плута в глазах.
сердце Мари уже век, как было разбито,
и теперь она не видела тормоза.

проливала нежность, но лишь условно,
порода её не терпела характер-хрусталь.
она стала убийственно хладнокровна,
перестала уважать чужую скрижаль.

её глупая жизнь развалена на цитаты,
оставаясь в нетрезвых глазах примечательной.
на хрупкой спине кровоточат стигматы,
но Мари сошла с ума окончательно.

вдребезги ваза, пионы безжизненно живи,
заперты двери, в кране шумит вода,
чувства Мари, как и прежде, жестоки, паршивы,
она снова, снова осталась одна.

одобрив идею, допила бокал платонизма,
как никогда готовая дать реванш,
приняла последствия алкоголизма,
и объявила себе карт-бланш.

выбор её обошел дух клофелина
и взор уронил на серебряный револьвер.
месть – уважительная причина,
любовь – непоколебимый барьер.

в собранном из осколков, неполноценном,
потрёпанном сердце потухла искра.
Мари жутко горда, она себе знает цену,
и счёты сводит беспрекословно сама.