Юрий Колчак - стихотворение «я пилигрим.»

Я — пилигрим, и путь мой не прямой, сквозь ветры, грозы и туман густой, тропа петляет меж камней и скал, где каждый шаг тревогою звучал.
Я столько раз встречал в дороге зло, оно, как тень, ступало вслед и душу жгло, шипело, било, ставило капкан, путь уводила, в ядовитый туман.
Но в сердце, вопреки глухой тревоге, не остыло людское во мне в хаосе дороги: как уголёк, укрытый от ветров, хранил я свет средь ледяных миров.
Хочу свой путь пройти, не потеряв лица, чтоб не чернела от обид душа. простить врагов — не значит стать слабей, а это значит — стать светлее и мудрей.

Во мне менялся мир от шага к шагу, смывало зло дождём, как старую бумагу. на месте пепла — стебли добрых слов, так и рождалась вера среди холодных льдов.
И если тьма опять закроет горизонт, я вспомню: даже в самый лютый холод тепло живёт не только в языках огня — оно и в том, что никогда не предал я себя.
Простить врагов — не значит позабыть, а значит — цепь обид в себе разбить. грехи чужие пусть останутся во мгле, пусть истлеет вся горечь дотла. я с открытой душой иду по земле.
И если вновь накроет шторм и мрак, я вспомню, что сила — не в том, чтобы сжал ты кулак, а в том, чтобы смог ты дойти до самого конца, не потерять в дороге человеческого лица.

Я — пилигрим, и путь мой — как река: то тихая, то бурная, то потечёт через года, сквозь шквалы дней, сквозь сумрак и печаль, ведёт меня в безоблачную даль.
Встречал я зло, что маскируется под свет, то оставляло шрамы, то засыпало след: но душа моя не забыла, в ней людское всё-таки не остыло и жило.
Судьба шепчет: «Сдайся, путь твой далёк, каждый камень — это горький урок». а я ей в ответ: «Пусть опустился мрак, я не отступлю, в сердце вера — живой маяк».
Порой мой каждый шаг зло разрезАло, сбивало больно с ног, казалось, мир устал среди тревог, где доброта сгорает без следа. Но в сердце не остынет людское во мне никогда.

Во мне менялся мир от шага к шагу, смывало зло дождём, как старую бумагу. на месте пепла — стебли добрых слов, так и рождалась вера среди холодных льдов.
И если тьма опять закроет горизонт, я вспомню: даже в самый лютый холод тепло живёт не только в языках огня — оно и в том, что никогда не предал я себя.
Простить врагов — не значит позабыть, а значит — цепь обид в себе разбить. грехи чужие пусть останутся во мгле, пусть истлеет вся горечь дотла. я с открытой душой иду по земле.
И если вновь накроет шторм и мрак, я вспомню, что сила — не в том, чтобы сжал ты кулак, а в том, чтобы смог ты дойти до самого конца, не потерять в дороге человеческого лица.