Слышу радио эфир прямо как сейчас:
треск, помехи, и сквозь них — тот самый момент, когда ты ловишь знакомый позывной и в микрофон спокойно, по делу, чётко выговариваеш
«CQ, CQ… UZ6HxN…»
И фонетический алфавит — чтобы ни одна буква не потерялась в шумах.
Это ведь не просто слова, это язык позывного твоего , который понимали свои радиолюбители, по всему миру.
И в этом столько настоящей мужской тишины-...сидишь вечером, лампа на трансивере чуть светится, стрелка прибора чуть дрожит, наушники плотно прижаты, чтобы не пропустить ни звука. И весь мир как будто чуть сужается до этой комнаты и эфира, а потом вдруг — щелчок, голос: «I'am - Roger, - UZ6HxN, слышу тебя хорошо yf 54…!» - И вот не просто эфир, а разговор двух людей, которые друг друга нашли среди тысяч километров и помех. А потом — журнал, запись, и позже — та самая QSL‑карточка в ящике:- тёплое «да, я тебя слышал».
Евгений Бригиневич - высказывание «Про увлечение радиоспортом на Кв - радиоволнвх в зрелости ..»
Комментарии
Но в эфире мы были рядом — каждый при своём деле, при своём.
Разные страны, разные часовые пояса, разные языки,
А общий у нас был только эфир — и эти простые позывные.
Кто‑то крутил ручку настройки, кто‑то писал в журнале строку,
Кто‑то ждал ответа в тишине, не сводя взгляда с прибора.
И когда сквозь треск пробивался голос: «Roger, слышу тебя»,
Это было как тихий праздник — без фанфар, но до самого дна.
А потом — карточки, дипломы, аккуратные записи в блокноте,
Как отметки на карте мира: «Здесь меня услышали. Здесь я был».
Не про завоевания, не про рекорды, а про простое тепло:
Среди тысяч километров — кто‑то протянул руку через эфир.