Любимые статусы пользователя Пётр Цезаревич Квятковский - 23.

Дождь

Опять нас дождь выводит на эмоции,
Так холодно, возьму укрыться плед.
И что за бесконечные симфонии —
То снег, то дождь, то дождь, то снег?

Пришёл к нам дождь, и солнце вмиг пропало,
И будто не было весеннего тепла.
Мелодий разных много прозвучало,
Их дождь выводит с ночи до утра.

Солнышко исправит ярким светом краски,
Тепло настанет, дождь уйдёт за горизонт.
И можно будет выйти из дома без опаски,
Не надо будет брать с собою зонт.

Волонтерам

Роль в вашей жизни нелегка,
Но очень важная, мы знаем.
Всегда находится минута для добра,
Стране и фронту волонтёры помогают.

Волонтёр всегда тревогой переполнен,
Он — трудяга, и ценен его труд.
Посылки собраны, транспорт весь заполнен,
И снова отправляться ему в путь.

В жару и в снег, в любую непогоду
За «ленточку» спешит наш волонтёр.
Ему не страшно, какая там погода,
Вперёд к ребятам, заводи мотор!

Пути-дороги вам давно знакомы,
Идёте вы на риск в который раз.
Спасибо вам за помощь, волонтёры!
Удача пусть сопровождает вас!

Посвящается сообществу Волонтерского движения
«Своих не бросаем», г. Серпухов-Подольск.

После дождя

Когда нам дождь даёт концерт,
Он грань с реальностью стирает.
Нас погружая в мир, где солнца нет,
И в мир волшебных грёз нас приглашает.

Дождь прошёл, и стало тихо.
Вокруг нет ни одной души.
Как отплясывал по улицам он лихо,
И всю природу освежил!

Конечно, солнце больше нам по нраву,
С ним хорошо, всегда светло, тепло.
Но в природе дождик тоже входит в планы.
Земле без влаги очень нелегко.

Любимый образ

Ты знаешь, я хочу тебе сказать,
Что так устала от разлуки.
Хочу я образ твой нарисовать,
За кисти, краски мои берутся руки.

Я нарисую твои светлые глаза
И утону в этой бездонной шири.
В них неба голубого закралась синева,
Нет их любимее во всём огромном мире.

Твой взгляд искрится нежностью и счастьем,
Тепло твоё с портрета я ловлю.
Прибавлю красок нежности и страсти.
Знай, мой любимый, я тебя люблю!

В потаённом уголке израненной души
Чуть слышно только сердце трепетало.
Оно свой стон и боль пыталось донести
До тех, кому так сильно доверяло.
До тех, кто так бездушно растоптал
Всю веру в доброту и человечность.
До тех, кто, острый с рукояткою кинжал
Без жалости вонзая, душу искалечил...
И вот итог: оно теперь кричит от боли,
Забившись тихо в дальний уголок.
И, закрывая дверцу, прячась за паролем,
Чтоб к нему проникнуть уж никто не мог...
Ведь удар был точен в сердце напрямую,
И шанса увернуться не было совсем.
Родные ж бьют без промаха вслепую,
В десятку попадая без каких проблем.

08.12.2018 г.

© Copyright: Ксения Филянова, 2018

Контрабас

В оркестре бытия, где альты
Льют сладкий и спасительный дурман,
Он портит геометрию мечты,
Не помещаясь ни в один карман.

С ним в тамбур не зайдёшь, не скроешь с глаз,
За ним не видно сцены и кулис.
Толпе всегда мешает контрабас,
Тянущий мысли с праздничных реприз.

Ведь всем милей пикколо и свирель,
Порханье птиц, не трогающих дно,
Чтоб жизнь текла, как вешняя капель,
И было в ней уютно и смешно.

А он густой рождает резонанс,
Вибрируя от пола до костей,
Уничтожая светский декаданс
Масштабом наступающих страстей.

Он — символ тяжести. Он — время и предел.
Ковчег из древа, в коем спит печаль.
Он говорит о том, что ты не смел,
О том, с чего становится нам жаль.

Он портит вечер лёгкости пустой,
Взрезая правдой глянец тишины,
Нависнув экзистенцией густой
Над трепетом натянутой струны.

Но оборвите этот низкий звук,
И в тот же миг рассыпется весь фарс.
Исчезнет ось пустопорожних мук,
Оставив жить один лишь диссонанс.

Да, он неловок. Сгорбленный атлант,
Срывающий с иллюзий пелену.
Но сложноповоротливый гигант
Один способен выдержать вину

За весь оркестр. За каждый лживый час.

13.04.2026 г.
… показать весь текст …

Ласточка-разведчица

Немыслимо чудо - Сын Божий Воскрес!
Не знал мир доселе подобных чудес.
Он, снятый с креста, в той пещере лежал,
И холодом мрак его тело сковал.

Кто с вечной любовью добро создавал,
За нас кто, за грешных за всех, пострадал -
Тебя воспеваем в дни славных торжеств:
Промолвив, "воскресну!", ты правду воскрес!

Рассеялась адова сила,
Порочное зло отступило.
Ликуя, земля с небесами поют,
Как ты победил непроглядную тьму.

Спасенье от смерти Христос подарил,
Морока завесу навек победил!
И солнце бросает улыбку с небес,
Оно торжествует: "Господь наш Воскрес!"
****
Ласточка-разведчица летала,
Солнце улыбалось ей с небес.
С неба она радостно вещала:
"Иисус Христос воскрес!"

Смелым перелётом восхищаясь:
"Скоро будет их не перечесть!"
Про себя шепчу я, улыбаясь:
"Да! Христос воистину воскрес!"

Весна была

Весна была.
С ней слякоть и капель.
На пятки марту наступал апрель.
Светило солнышко,
дожди шли временами,
а май не опоздал
с "черёмуховыми холодами".
Ни ветры, ни мороз,
её "не брали" -
они черёмуху мою
на прочность проверяли.
Стояла и стоит
во всём величии,
красавица кудрявая
у дома, по обычаю.
Тот дивный фимиам
не уловить,- нет,
невозможно!
пригоршня конфетти
опустится в ладоши,
пока ты ветки
склонишь осторожно,
а если их легонько потрясти,
цветы и вовсе
станут осыпаться -
так, что букеты мастерить,
не стоит и пытаться!

Не из конфет...

Не из конфет, пирожных и варенья -
Из слов плету узоры-кружева.
И приторной из тех соображений
Навряд ли буду! Я - не пахлава.

Инъекцией глюкозной растворяться
В безликости - едва ли соглашусь.
Но лучше, чем я есть, не рвусь казаться.
Быть при пикОвом интересе не стыжусь!

Не опасаюсь глупой быть, наивной,
И непонятливою быть не побоюсь,
Непонятою быть демонстративно...
Но я из минуса умею сделать плюс!

Высший пилотаж... наив

- Вместо неба - купол "Шапито"...
- Штору отодвинуть каждый прыткий.
- Хоть бы не заметил нас никто.
В городе завистников в избытке.

- Это нам заменит "Шевроле",
Где опять подвеска отказала.
Мне сейчас намного веселей -
В жизни всё чего-то не хватало.

Вот где наивысший пилотаж!
- Не трещи, как глупенький кузнечик!
Нервный аппарат не будоражь -
Счастью мы уносимся навстречу.

- Буду вальс мурлыкать "про себя"!
Полагаю, он не помешает...
- Да, мурлыкай. Громкости добавь.
Можно хором. Музыка сближает.


Художник Валентин Губарев.

Я сегодня похожа на море...

Я сегодня похожа на море,
С беззащитной и чистой душой,
Я могла быть твоим Вдохновением,
Только мы незнакомы с тобой...

Я сегодня похожа на горы,
Что в величии гордом стоят,
Я могла быть твоим Озарением,
Только ты не умел выбирать.

Я сегодня похожа на ветер,
Что шумит у окна твоего..
Я могла быть твоим Откровением,
Только ты не заметил его...

Порой...

Порой бывает очень плохо,
Ну, или - слишком хорошо.
Но до последнего все, вздоха,
Не знают, что их ждёт ещё.

Всегда начало – неизвестность,
Да и прошедшее не факт.
Такая редкость нынче честность,
Как впрочем, и простейший такт.

Порой случаются прорывы,
Но тут, же и не чужд застой.
В тумане невидны обрывы,
Иль дым когда, вокруг густой.

А повороты, да изгибы,
Ненужный хлам – чужой пример.
Чуть что так сразу перегибы,
И путь жестоких крайних мер.

Порой приходиться бить первым,
Наперекор идя судьбе.
Сжигая без остатка нервы,
За жизнь в безжалостной борьбе.

Пускай не всё идёт как надо,
И на земле чуть что - война.
Нельзя чтоб все основы лада,
Сменил своими - сатана.

Порой бывает очень худо,
Ну, или - просто благодать.
Когда надеетесь на чудо,
Самим всё ж лучше не плошать.

2026 г.

Время мальчишек...

Время мальчишек - не мирные пашни,
Как не прискорбно, их время война.
Разных политиков грязные шашни,
Свет опускают до жуткого дна.

Ну, а уж там - утопает мир в распрях,
Прочно увязнув в трясине обид.
Не разбираясь особо в деталях,
Каждый, другого в грехах всех винит.

Но, а за это - огромную цену,
Платят обычно мальчишки сполна,
Их без разбора кидают на сцену,
Где режиссируют – смерть и война.

Кто-то вдруг скажет – такая планида.
Но - ведь не с неба приходит злой рок.
Здесь на земле вдруг отыщется гнида,
Что начинает - бед новый виток.

Пламя войны разгорается ярко,
Светом чумным, ослепляя людей.
Даже вдали от огня очень жарко,
И с каждым днём он становится злей.

Вот и уходят мальчишки из дома,
Чтоб защитить, вольный мир от врагов.
Просто не могут они по-другому,
Это в Душе их – основа основ.

Время мальчишек - не мирные пашни,
Как не прискорбно, их время война.
Пусть зачастую их вид бесшабашный,
Но - сила духа мальчишек мощна.

2026 г.

Очищение

Наполнит чашу ночь туманом
Между дыханием воды и небом,
Так тают облака. Обвив тюрбаном
Темень - туман, обхватом цепким,
Правит воздух набело́,
Соединяя с озером на скрепку.
В него заглянешь - увидишь не лицо,
А тысячи разных, измученных лиц
Уставших от пройдох и лжецов...
Туман разомкнётся выпустив птиц,
Несущих память давно...никому
Ненужных лиц...
Здесь призраки ходят белые-
Собирают с травы тишину
И сосны устало-древние
Медленно растут на ветру...
На бессонницы канапе
Я прилягу у впалого озера
И тёмную душу увижу на дне.
Стану слушать, как до́синя
Трещит огонь в купине́...
Горюя в расцветке утрат,
Капли озёрной черни-
Ночь повторяя стократ-
Отмолят слезами от скверны...
Зерно уронив звезды
И пепел роняя на травы-
Туман долетит до Луны
И вставит её в неба оправу.
Рассвет не придёт, просто вырастет
Из мокрой травы, из воды,
Из сна потихоньку выплывет,
Откусит ломтик Луны...
Рядом призраки ходят не белые,
А цветом земли после ливня.
И ночь падая низко, опьянелая,
Угостится утренним сбитнем...

Каждое доброе слово, сказанное мне в минуту горя, — бесценная бусинка на нити оберега моей души.

Ночь в небесах.

Ночь в небесах зажгла луну, и звёзды из;под купола во тьме, как свечи, мерцают,
А в душу мне закралась тенью тёмной грусть, и в памяти тебя мне воскрешает.
Случилось вдруг, что разлучила нас суровая судьба на эти долгие и длинные года,
И спим с тобой, любовь моя, в тревожных долгих снах, в холодных замерзаем мы постелях.

Разлука — как мост подвесной над пропастью печали, но каждый шаг по нему — к тебе сквозь все дороги и дали.
Я верю: миг придёт, когда сомкнутся руки вновь, исчезнет эта даль, и вспыхнет в сердце вновь любовь.
Дождь — это твои письма, что падают с высоты ко мне в ладонь, гроза зажигает в сердце огонь
К тебе мой долгий путь, где звёзды как маяк, где каждый шаг — к тебе сквозь времени мрак,

Между нами — не просто путь, а целая вечность легла, словно тень, как сталь клинка тверда.
Я слышу шёпот ветра — а в нём голос твой, он шепчет мне: «я жду тебя, я до конца с тобой».
А пока — я жду. в каждом вздохе, в шуме дождя я чувствую твой свет, что греет вдалеке.
Пусть годы мчатся, как будто река, моя любовь — как вечный огонь: не погаснет никогда.

Разлука — как мост подвесной над пропастью печали, но каждый шаг по нему — к тебе сквозь все дороги и дали.
Я верю: миг придёт, когда сомкнутся руки вновь, исчезнет эта даль, и вспыхнет в сердце вновь любовь.
Дождь — это твои письма, что падают с высоты ко мне в ладонь, гроза зажигает в сердце огонь
К тебе мой долгий путь, где звёзды как маяк, где каждый шаг — к тебе сквозь времени мрак,

И даже если мир вокруг замрёт, застынет на века, ты — мой компас, что меня в пути ведёт.
Мы встретимся, когда придёт назначенный судьбой черёд, и разлука бесследно пропадёт.
Ты — как рассвет за лесом, что не виден, но горит, как свет маяка во мгле, что путь во мне хранит.
Я собираю сны, а наяву — лишь эхо прошлых дней, а сердце, как птица в клетке, рвётся к тебе скорей.

Разлука — как мост подвесной над пропастью печали, но каждый шаг по нему — к тебе сквозь все дороги и дали.
Я верю: миг придёт, когда сомкнутся руки вновь, исчезнет эта даль, и вспыхнет в сердце вновь любовь.
Дождь — это твои письма, что падают с высоты ко мне в ладонь, гроза зажигает в сердце огонь
К тебе мой долгий путь, где звёзды как маяк, где каждый шаг — к тебе сквозь времени мрак,
… показать весь текст …

Парк победы.

В окопах глубоких, где грохот и разрывы боевые, солдат вспоминает саратов и улицы родные,
Волгу широкую, набережную в мае, где он всей семьёй гулял, — и сердце в разлуке так скучает.
В парке липы шепчет листьями во сне, свято-троицкий собор словно задремал в вечерней тишине.
Вернусь к тебе, мой город любимый, на заре, к своей семье, к знакомым улицам, к родной реке.

Парк Победы на Соколовой горе хранит дедов боевой путь, а журавли курлычут в вышине.
Ты стой крепко. держись. за дом, за Россию, за семью без страха борись. тебя очень ждут живым ты вернись.
Рассвет алеет над донбасской землёй, солдат он твёрд встаёт — за Русь, за саратов, за свой дом смело в бой идёт.
Наступит день, вернётся с победой в город родной, распахнув объятья, обнимет близких, закончив путь боевой.

В тёмных ночах, где не стихает бой, где сталь и пламя спорят меж собой, солдат саратовский хранит наш покой.
Он видит в памяти мысленно сквозь дым и мрак волгу широкую, набережную — ласковый закат.
Там в мае с дочкой запускал он змея в небеса, жена смеялась — солнце отражалось в любимых глазах.
Теперь в груди, как огонёк свечей, горит, согреет в стужу, даст сил, в боях спасёт и сохранит.

Парк Победы на Соколовой горе хранит дедов боевой путь, а журавли курлычут в вышине.
Ты стой крепко. держись. за дом, за Россию, за семью без страха борись. тебя очень ждут живым ты вернись.
Рассвет алеет над донбасской землёй, солдат он твёрд встаёт — за Русь, за саратов, за свой дом смело в бой идёт.
Наступит день, вернётся с победой в город родной, распахнув объятья, обнимет близких, закончив путь боевой.

В рюкзаке солдатском — фото: взгляд жены, улыбка дочки, он знает, что его ждут и любят, и эти чувства в бою отвагой будут.
Закроет глаза — набережная в утренней росе, и город родной, волги ширь, где парус вдали качает волной.
Липы шепчут в парке — в ветвях: вернись, солдат, в свой саратов живой. к жене и дочке любимой, к улице родной.
Пусть рвутся мины, пусть свинец летит, но в храмах люди молятся: пусть тебя в бою Господь хранит.

Парк Победы на Соколовой горе хранит дедов боевой путь, а журавли курлычут в вышине.
Ты стой крепко. Держись. За дом, за Россию, за семью без страха борись. тебя очень ждут живым ты вернись.
Рассвет алеет над донбасской землёй, солдат он твёрд встаёт — за Русь, за саратов, за свой дом смело в бой идёт.
Наступит день, вернётся с победой в город родной, распахнув объятья, обнимет близких, закончив путь боевой.
… показать весь текст …

Разлука с мамой.

Судьба ты горькая моя, дорогой трудною меня ты повела, и в том пути метель кружила и мела,
И на клочки седой буран рвал и резал мою душу. но верил, что не сойду с дороги и не струшу.
Страх жалом змеиным в сердце так больно впивался, но я не сдался, сжал кулаки, с колен я всё-таки поднялся.
И продолжил шагать, где ждёт меня, я знаю, счастье, туда, где в доме старом ждёт меня родная мать.

Я сквозь бури и сквозь холода шагаю, хоть душа — в огне. ветер шепчет: «Держись, браток, скоро увидишь свет в родном окне».
И вот уже ближе знакомый пейзаж, калитка, двор, дымок над крышей вьётся. Я слышу, как сердце в груди бешено бьётся.
«Мама!» — кричу, и срывается снег, она поднимает глаза, в них слеза. все годы разлуки — как давний бред, теперь я дома. и нет больше бед.
Теперь я рядом. мама, и больше не будет разлуки, ни вьюги, ни тьмы. лишь свет в окне и тепло души, закончились наши муки.

Сердце всё помнит, года, как листья, опадают с ветвей, как мама встречала улыбкой меня, где в детстве рассвет был светлей и теплей,
Вдали от родного дома, в чужом краю, я ношусь, словно лист, по ветру судьбы. в сердце — образ, святую мечту таю.
Туманы, метели крутые, это — лишь тени на долгом пути. а в памяти — руки мамы, что могут меня спасти.
Она там, в доме, где свечи горят у икон, молится тихо, к небу взывает средь тревог: «Верни его, Боже, пусть ступит на родной порог».

Я сквозь бури и сквозь холода шагаю, хоть душа — в огне. ветер шепчет: «Держись, браток, скоро увидишь свет в родном окне».
И вот уже ближе знакомый пейзаж, калитка, двор, дымок над крышей вьётся. я слышу, как сердце в груди бешено бьётся.
«Мама!» — кричу, и срывается снег, она поднимает глаза, в них слеза. все годы разлуки — как давний бред, теперь я дома. и нет больше бед.
Теперь я рядом. мама, и больше не будет разлуки, ни вьюги, ни тьмы. лишь свет в окне и тепло души, закончились наши муки.
… показать весь текст …

Груз добра

Привычна боль, понятен вкус обид,
И крест нести — знакомая работа.
Под гнетом бед душа порой молчит,
Но в пораженьи есть своя свобода.

Свобода быть обиженным на свет,
Кляня судьбу за горести и муки.
Но если вдруг спасение в ответ
Приходит от чужого, прямо в руки,

Над слабым обретает злую власть
Та помощь, превращаясь тихо в пытку.
Ему казалось: легче вовсе пасть,
Чем за добро остаться вдруг в убытку.

Для хрупкой, неуверенной души
Нет ноши тяжелее в белом свете:
Хоть благодарность — сущие гроши,
За боль свою так сладко быть в ответе.

12.04.2026 г.

Никакое ласковое слово не вернёт ушедшего за грань жизни.

Наблюдатель

Я — наблюдатель. Перо моё — не меч.
Я не пишу указ: кем быть, кем надо стать.
Я здесь затем, чтоб в формулах беречь
Способность нашу падать — и летать.

Когда герой споткнулся у черты,
Я не ввожу штрафной коэффициент.
Ошибка — не позор. Для высоты
Необходим сей жизненный момент.

Здесь нет цепей, что тянут слово «должен»,
Взамен него «могу» преподаю.
Твой путь не в наказание проложен,
А в дар, что познаётся на краю.

Удар судьбы не делает дыру,
А лишь рождает новую структуру.
Мы превращаем в золото кору,
Меняя мира хмурую фактуру.

В моих стихах ты не «обязан» жить,
Тебе «дано» творить миры из праха.
Благодарить, а значит — не служить,
Перерасти условия для страха.

Реальность сжалась. Выбор совершён.
Ты — в лучшей из своих интерпретаций.
Вся боль прошла. Ты ею не сожжён.
Ты стал светлей от пройденных дистанций.

18.02.2026 г.

Волшебство чувств

Часы бегут, как серые стада,
Секунды, дни — безликие моменты…
Мы тратим жизнь неведомо куда,
Отбросив в спешке жизни сантименты.

Но стоит искре вспыхнуть в глубине —
От нежности, тоски или азарта —
Как мир застынет в звонкой тишине,
Смешав каноны, графики и карты.

В касании рук, в беспамятстве и в дрожи,
В прощальном взгляде у двери вагона,
Секунда вдруг на вечность станет схожей,
Остановив движение фотона.

Неважно, боль то или торжество,
Законы физики — небесным кратны.
Есть в этом мире только волшебство:
Стирают чувства все координаты.

2026 г.

Шаг внутрь

Мы привыкли бежать, разбивая колени и лбы,
От теней за спиной, от событий, что стали золою.
Мы летим по прямой траектории вечной судьбы,
Оставляя «вчера» за чертой, за незримой стеною.

Но закон скоростей беспощаден, как выстрел в упор:
Чем быстрее бежишь от того, что уже отболело,
Тем стремительней время выносит тебе приговор,
Загоняя в грядущее — в новое, чуждое тело.

Как же выиграть гонку, не сделав и шага вперёд?
Как оставить минувшее, не приближая финала?
Есть единственный выход: прервать этот вечный полёт,
Чтоб стрела на часах в абсолютном покое упала.

Обогнать — не значит умчаться за горизонт.
Обогнать — это значит шагнуть не «туда», а «вовнутрь».
Раскрывая над разумом плотный, безвременный зонт,
Раствориться в моменте, ненужное перечёркнуть.

В этой точке — в «сейчас» — не имеет значения стаж,
Здесь нет места надеждам, тревогам и планам на ужин.
Прошлое здесь исчезает, как блёклый мираж,
Ведь никто ему больше как память сегодня не нужен.

Так, застыв на краю, между вдохом и выдохом дня,
Ты выходишь из гонки, где время сжигает мосты.
Прошлое мчится вперёд, догоняя уже не тебя,
А того, кем когда‑то, до Вечности, числился ты.

2026 г
… показать весь текст …

Капля

Срываясь вниз с небесной высоты,
Летит она, прозрачна и легка.
Боясь утратить прежние черты,
Дрожит в потоке вечной пустоты.

«Я пропаду, я разобьюсь о дно!» —
Шептала капля, падая во тьму.
Ей быть собой лишь миг разрешено,
Подвластна року только своему.

Удар… и тишина. Границы нет.
Разбилась форма, кончился полет.
Но вдруг пролился изнутри рассвет,
Сиянье звезд, что в глубине живёт.

Нет больше страха, сжатого в комок,
Нет тесных рамок: туча и туман.
Был сделан в вечность роковой прыжок:
Исчезла капля — здравствуй, Океан!

Теперь она — шторма и тишина,
Глубинный мрак и пена на песке.
Она во всем, и в ней — вся глубина,
Что прежде спала каплею в тоске.

24.02.2026 г.

Гул

В моей коробке черепной — не храм,
Не библиотека и не тихий сад.
Там механизм грохочет по утрам,
Скрипит и плавит каждый киловатт.

Моя глава — приёмник без антенны,
Глотающий помехи всех частот.
Дрожат виски, вибрируют и стены,
Внутри — гудящий, раскалённый гнёт.

Здесь белый шум — густой, как слой бетона,
Здесь дизель‑генератор жжёт ресурс.
Обрывки песен, чей‑то плач с балкона,
Звонки, долги, валютный шаткий курс,

Вчерашний стыд и завтрашние сметы,
И разговор, что не был завершён…
Всё перемолото в единые куплеты,
В один сплошной звенящий микрофон.

Нащупать бы заветный выключатель
И, дёрнув тумблер, обесточить сеть.
Но мозг мой, словно водонагреватель,
Всё продолжает истово кипеть.

Я — станция, забытая в эфире,
Где диктор вышел, но идёт сигнал.
Я самый шумный в молчаливом мире,
Который просто‑напросто устал.

24.02.2026 г.

Слово

В начале был не хаос, но Закон,
Незримая, кристальная структура.
Пока молчал вселенский лексикон,
Писалась в тайне мира партитура.

Здесь Логика возводит строгий храм,
Где чувствам нет ни места, ни приюта.
Скользя по силлогизмам и мирам,
Она точна, как стрелка и минута.

Где связь причин и следствий неизбежна,
Там истина иль ложь решают спор.
Система в своих выводах надёжна,
Вплетая факты в каменный узор.

Но в этой сетке, жёсткой и сухой,
Вдруг вспыхнет Логос — замысел сакральный.
Огонь, что дышит в формуле глухой,
Связующий порядок идеальный.

И Логос, переполнив чашу дум,
Срывается с вершины в бездну, вниз.
Чтоб обрести звучание и шум,
Исполнить свой божественный каприз.

Так рождено сияющее Слово,
Одежда мысли, звук и резонанс.
Оно творит материю — и снова
Вступает с вечной тишиной в альянс.

Единый точный ритм:
Сначала — мысль,
Затем — закон,
И, наконец, — глагол.
Чтоб смысл незримый с плотью вмиг срослись,
И мир расцвёл, и в бытие вошёл.

2026 г.

Ужель весна

Ужель весна? Ещё белеют крыши,
И ветер зол, и наст колюч с утра.
Но голос птичий стал как будто выше,
И шепчут сны: «Проснуться уж пора».

Застывший мир тревожит звон капели,
Хрустальный плач ломает тишину.
Вчера метели грозные гудели,
А нынче луч ласкает вышину.

Ужель весна? Не верится, и всё же
По венам жизнь бежит, сгоняя тень.
И каждый миг становится дороже,
И светом полн новорождённый день.

28.02.2026 г.

Интуиция

Она летит быстрее, чем сознанье,
Как тень, опередившая предмет.
Предтеча точного познанья,
Незримый, но уверенный ответ.

Пока наш ум, в сомнениях блуждая,
Выстраивает логики каркас,
Догадка, словно вспышка золотая,
Огнём мгновенно озаряет нас.

В мозгу, где дремлют мириады клеток,
Чувствительных, как струны в тишине,
Рождается сигнал — без карт и меток,
Как истина пришедшая извне.

Там, где бессильны синус с интегралом
И где рассудок ищет свой причал,
Нейронный ток, пронизанный сигналом,
Уже почуял то, что мир скрывал.

И пусть пока нет строгих вычислений,
И доказательств цепь не сплетена —
Мы знаем всё без лишних размышлений,
Ведь истина, как жизнь, одна дана.

03.03.2026 г.

Ода Внутреннему Слову

Посвящается поэзии как высшему акту самопознания и воплощения человеческого духа.

I. Источник
Не просто слог, начертанный пером,
Не вязь чернил на мёртвой белизне —
Поэзия рождается не в том,
Что видно глазу в явной новизне.
Она течёт из тёмных, тихих вод,
Где дремлет Сущность, скрытая от всех,
Она есть духа прерванный полёт,
Вмещающий, как святость, так и грех.
В ней «Я» глубинный обретает звук,
Чтоб разорвать собой порочный круг.

II. Зеркало Бездны
Мы носим маски в суете мирской,
Скрывая страх, восторг и тихий плач,
Но стих, рождённый искренней рукой, —
Наш исповедник, лекарь и палач.
Зерцало истины, где нет кривых углов,
Где подсознанья вскрыты тайники:
Там хаос мыслей, вырвавшись из слов,
Становится течением реки.
Всё то, что разум запереть спешил,
Поэзия выводит из души.

III. Алхимия Чувства
Смотри, как боль становится строкой,
Как ярость застывает в ритме ямба,
Как обретает вечный, злой покой
Огонь страстей под светом мудрых ламп.
Великая алхимия творца:
Преобразить страдание в кристалл,
Чтоб, не теряя своего лица,
Ты красоту из хаоса создал.
Не просто чувствовать, но форму дать огню —
Вот высший смысл, что предан бытию.

IV. Эстетика Жизни
Мир не скопление всех атомов слепых,
Но полотно, где каждый штрих — живой.
Поэт есть тот, кто видит в днях простых
Эстетику, начертанную мглой.
В обычном камне, в шелесте травы
Он слышит музыку небесных сфер.
В его глазах, что вечностью правы,
Весь мир — искусство, замкнутый в размер.
Жить поэтично — значит созерцать,
Как в каждом миге светит благодать.

V. Язык Символов
Где логика бессильна и суха,
Где разум упирается в предел,
Там расцветает образность стиха,
Сшиваясь нитью разнесённых тел.
Она мосты над пропастью кладёт
Меж тем, что «здесь», и тем, что далеко.
Метафора — таинственный полёт,
Дающий нам дышать совсем легко.
Сквозь символы, сквозь призрачный туман,
Мы постигаем истин океан.

VI. Свобода и Поиск
Оков здесь нет. Здесь формы — лишь сосуд,
Который волен ты разбить иль слить.
Здесь нет закона, есть лишь страшный суд —
Суд совести и права говорить.
Через ума игру, через намёк,
Как лабиринт изысканнейших рифм,
Поэт находит собственный исток,
Свой уникальный, сокровенный ритм.
Писать — не значит буквы подбирать,
Писать — себя по крохам собирать.

VII. Финал
Так пой же, Дух! Твори свой мир из снов,
Пусть жизнь твоя звучит как вечный стих.
Освободись от тяжести оков,
От серых будней, пошлых и пустых.
Ведь цель судьбы — не тлен и не покой,
А выражение того, кто ты внутри.
Стань сам поэмой, сложной и простой,
И в каждой строчке истиной гори.
В гармонии с собой, в ладу с мирами,
Своими пишем вечность именами.

03.03.2026 г.
… показать весь текст …

Прорыв

Замкнут в окружность радиусом боли,
Я вижу внешний, недоступный свет.
Но выйти за пределы не позволит
Мне мой геометрический запрет.

Здесь нет начала, и конца здесь нет,
Лишь ровная, холодная дуга.
И сколько б ни прошло тревожных лет,
Я сам себе и жертва, и слуга.

Коль смысл жизни — только поиск грёз,
Всё сжалось в центре с криком: «кто же я?».
Здесь нет углов, чтоб спрятаться от слёз,
И циркулем очерчена земля.

Пусть формула судьбы тверда, как сталь,
Я искривлю пространственный масштаб.
Разбив стекло, я устремлюсь в ту даль,
Где я — творец, а не послушный раб.

04.03.2026 г.