Стихи - Страница 1229

Разбитая любовь

Пронизано сердце разбитой любовью.
Точнее диагноза нет.
Бесчувственной мумией замуровано
С душой моей наедине.

Её вопрошаю - она, как оракул -
На лестный прогноз не скупа!
Бессильна опять отзеркалить атаку:
"Амур-пострелёнок! Я - пас!"

Неймётся, чтоб два сапога были парой:
Двоим веселее всегда!
От лука стрела, чтобы аксессуаром,
И поступи детской орда.

Себя подставляю - стреляй поточнее!
Не в силах удар отразить!
Реакции нету на свете "цепнее",
Чем вместе любовь искусить.

Любым языком разъясни мне попроще:
Чего от дальнейшего ждать?
Кротом подземельным, иду я наощупь.
За мною - одна борозда.

Вопросы...Вопросы. И пара ответов.
Мне их никогда не забыть.
Рецепт этот действует лучше таблеток:
"Любить!...И ещё раз - любить!"

Тюльпанов стрелы

Тюльпанов стрелы чернозём пробили:
Теплом разгорячённые торчат.
Как пробуждающим звонком в мобильном,
Скворцы за окнами с утра кричат.

Я этим птичьим гамом наслаждаюсь,
И нет на свете радостней его!
Включить, конечно, можно фонограмму,
Но пение в неволе так мертво...

Вдруг незаметно вылезли серёжки
У старых придорожных тополей.
Дворовый кот доказывает кошке,
Насколько он соперника сильней!

День уравнялся с ночью наконец-то,
И скоро станет он преобладать!
Начнётся праздник ультрафиолета!
Весны начнётся праздник! Благодать!

Алгайские степи.

В краю, где алгайские степи, где ветер вольный свищет, под луной шагает волк-одиночка, ему не нужен кров чужой.
Его постель — родная степь, родной приют, звёзды в ночи — его свечи, рассвет — будильник, зорькой алой заблещет.
Псы — за ним, но им его не догнать, он знает тропы, где нужно ступать, он рождён сражаться и выживать.
Он не продаст свободу за беспечность, за тёплый уют, в нём дух мятежный и огонь свободы живут.

В алгайских степях шагает волк, где ковыль седой, он хранитель троп, шепчет тайны ветру в час ночной.
Глаза — два угля, в них пламя живёт, не ищет он стаи, награды не ждёт, его воля — кремень, дух никто не согнёт.
Луна — его лампа в небесах холодная, степь — его храм без стен и замков, где каждый холм ему помочь готов.
Он не бежит — он стелется по травам, как дымка, ветер ему шепчет: «Держись пути, тропы знают, куда идти», ты будешь невидимка.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.

Не купит уют его, не заманит тепло, он — отзвук воли, он — голос тьмы, в груди — огонь, он хозяин ночи, властитель судьбы.
Пусть воет буря и блещет гроза, не сломит голод, не страх, а смотрит прямо, глядя в глаза. Он — дух свободы в алгайских степях.
И если встанет враг на пути, он — сын ветров, волк-одиночка — клыки у него остры, взгляд его твердый сверкает, как заточка.
Он — шёпот ветра по краю ночи, в тишине седой, он хозяин судьбы, где туман по травам ложится густой.

Враг встанет на пути — услышит рык глухой, но в сердце — воля, в крови — рассвет. Шаг — и земля дрожит под лапой боевой.
Его глаза — два уголька, не знают страха в тёмной ночи, в них отблеск звёзд в небесах, и они как пламя горячи.
Клыки — как сталь, веками отточены, он чует путь сквозь мглу и снегопад, взгляд — как будто нож заточенный.
Он не тоскует по теплу костра, его греет свобода, ночь — его плащ, его постель — земля, что всегда тверда.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.

Под серебряной луной, где туман в степи клубится, шагает волк, он не ищет приюта, в глазах его воля искрится.
Я — волк, что бродит по краю по грани земли, где ветер играет, поёт, а рассветы в степях бескрайних светлы.
Лучше жить голодным, но под вечной луной, где простор без границ, где мир мой родной.
Он один — свобода его щит, но дух — его сильней, а воля — клыки, в нём кровь веков и зов родных алгайских степей.

В лощине степной, где эхо от ветра в травах поёт, волк раненый поднимает голову в небо и воет на восход.
Это не жалоба — а гимн, не крик — а души откровение: «Я выбрал волю. В ней — мой путь и предназначение».
Волк стоит на холме, псы устали, сбился их строй, — силуэт в тени, лай утих, и туман стал густой.
Он вправе идти, куда хочется, во мгле. Он смотрит вдаль, где горизонт горит, где ему путь сулит новый день на заре.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.
… показать весь текст …

Удачный выбор

Проникают в душу
Ласковые волны.
Пасмурно на небе.
Солнечно внутри.

Беды все снаружи.
А с меня довольно.
Я для чувств не мебель.
Мир хандрой сорит.

И обиды душат.
Давит гнев безмолвный.
Страхов злая небыль
Где-то там горит.

Только я не трушу.
Разум мой спокойно
Выбрал новый жребий –
Счастья колорит.

Зазвучали облака

Зазвучали облака
Нежностью апрельской,
И коснулась их рука
Красоты вселенской.

Долгожданная Весна
Пробуждением дышит
Капля света,капля сна
Пролилась на крыши.

Зазвенели синевой,
Всюду акварели
Над проснувшейся землёй
Звонкие капели.

В каждой капле - перезвон,
Ручейки, как песня.
Мир, как будто, обновлён,
Стал ещё чудесней.

И под этот тихий звук,
Чистый и хрустальный,
Мир очнулся, сбросив вдруг
Свой наряд печальный.

Эту Божью благодать,
Ни на что не сетуя,
Будем глубоко вдыхать,
Радоваться свету.

И на ангельском крыле
Прилетит Надежда,
Время Рая на земле
Прикоснётся нежно.


© Copyright: Созинова Луиза, 2026
Свидетельство о публикации №126031901975

Возвращение

Хорошо под плакучими ивами
Вспоминать на траве у пруда:
Ах, какими мы были счастливыми,
Беззаботными в детстве тогда.

Родниковой водицею чистою
Пруд манил нас к себе иногда…
До чего же мы были ершистыми
В подростковые наши года.

Гладь его с голубыми отливами,
По утрам – чуть туманила мгла.
Мы, наверное, были красивыми, -
Юность наша здесь тенью легла.

Ликовали, мечтами охвачены…
Пруд покинут, как отчий порог;
Наша молодость где – то растрачена
На ухабах житейских дорог.

Хорошо, что мы были счастливыми,
А теперь – то болезнь, то нужда…
Я сижу под плакучими ивами
У любимого с детства пруда.

МЫ ПОМНИМ

Мы помним дни побед России,
Они в истории легли
И их знамена боевые
Все поколенья пронесли.

Герои в бронзе и граните –
Из века в век пройдут они.
Вы им колени преклоните,
Живущие все в наши дни.

К Курганам Славы и Победы –
Не иссушить людей любовь.
На них и прадеды и деды
Пролили молодости кровь.

Горит у братских обелисков
Огонь, не меркнущих побед.
Они и в памяти нам близки –
Герои огненных всех лет.

Врагам известна наша сила.
И мощный щит всех рубежей.
Живи в веках моя Россия!
Горды мы славою твоей!

Для завсегдатаев

"ДК". Для завсегдатаев - "Cat Club".
На слух и без транскрипции понятно.
Вход - в автомат поломаный пятак.
Вам дорого? По-честному, досадно!

Оркестр и солистка - рок-звезда.
Не хуже этих "долиных-шаманов".
Убранство - роскошь! Климат и среда
Не день недели. Всё - для меломанов.

Запрет на водку, кофе и табак -
Намёка нет на запах перегарный.
Подальше и Набоков, и Бальзак.
Кирпич - пижонства знак репертуарный.

Туземный диск-жокей за главаря.
Его аккорд в антракте вместо фона.
Реклама рая, проще говоря.
В глазах, аж до сих пор анфас знакомый...

КАК НАЙТИ…

Как найти мне такие слова,
Чтобы песней они прозвучали,
Не болела б моя ни о чем голова,
Чтоб не знать ни тоски, ни печали?

Как найти мне такие слова,
Чтобы черствые души согрели,
Чтоб шумела вокруг молодая листва
И с годами что б мы не старели?

Как найти мне такие слова,
Чтобы звали людей к примиренью,
И людская, лихая, дурная молва
Предались бы земле и забвенью?

Как найти мне такие слова,
Чтобы мудрость была в них святая,
Не болела б моя ни о чем голова,
О былом иногда вспоминая? -
Где найти мне такие слова?

Этой ночкой по траве
Сизый стелется дымок.
На опушке, в чёрн-избе,
Паренёк навек умолк.

Маму звал и всё кричал,
Да с похмелья маялся.
Волны бились о причал.
А он Богу каялся.

Бог молчал, не отвечал,
Тишина устроилась.
Волны бились о причал,
И сороки ссорились.

Так проходит благодать...
А на небе две звезды.
Мне под утро умирать.
- Матушка, налей воды...

18 марта 2026 г.

Коряво-узловатый почерк

Нва пошлость - сарказмом!


Коряво-узловатый почерк
Сродни застойному прыщу.
Затычкой служит каждой бочке
Тот хитроумный пальцещуп.

Парфорс ему, ошейник строгий,
На всякий случай закупи:
Гниющий осьминог двуногий -
Источник споров и обид.

Его оскал - металла скрежет,
Душа - етишкин козырёк!
А хавальник привычно брешет,
Смолкая в интервале "Жрёт!"

Уродик, думкой богатея,
Захряснул в глупости и лжи.
Поверив что, в борьбе за рейтинг,
Любые средства хороши

Выдержка.

Когда идёшь ты вёрстами судьбы, умей терпеть её невзгоды, однажды не избежать тебе борьбы.
Как парусник в пучине тёмной, сквозь бури и грозы ты мчишься сквозь шторм и сквозь невзгоды,
Пусть скалы грозные как стены, где волны встают ледяные, в тумане горькой перемены,
Терпение — твой верный якорь, что держит в бурю у земли. Не падай духом, в конце пути горят огни!

Как буревестник сквозь бури и дожди ты летишь над пучиной океана к своей свободе она в дали туманной,
Пусть скалы мощные, как стены крепостные, грозятся тебе путь закрыть, а волны встают ледяные, но дух твой страху не укротить.
В тумане горькой перемены, где горизонт едва виден вдали, ты помни: в сердце — огонь нетленный, он вспыхнет, чтобы путь найти.
Упорство — парус, что ловит надежду, когда вокруг лишь тьма и гром, оно поднимет тебя над бездной и озарит путь огнём.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

Твои мечты рассвет найдут, а трудности они — как будто перевалы, что к горным высям возведут.
И каждый камень на дороге, что больно ранит босый след, становится ступенью к Богу, к вершинам праведных побед.
Умей читать следы на тропах — они расскажут про былое: кто падал и вставал в потопах, тот обретал своё живое.
Так шагай, не опуская взора, сквозь мрак и холод, сквозь года, ведь даже в самой тёмной ночи горят звёзды в небе всегда!

Когда идёшь дорогою судьбы, и вьётся тропка через годы, не избежать тебе борьбы, умей терпеть её невзгоды,
Она петляет средь густых лесов, где тени тихо шепчут за спиной, иди смелей, Господь в сердце с тобой.
Судьба — как горная река: то тишь зеркальная, то — пропасть сквозь валуны и облака, то, как птица, вдаль уносится.
Терпение — твой крепкий щит, а мудрость — меч в руке надёжный. Пусть гром гремит, ты знай: за бурей свет возможен.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

Преграды — словно перевалы, что к солнцу возносят шаг. Там, где орлы кружат устало, ты обретёшь свой Божий знак.
А боль — как дождь в степи сухой: что хлещет резко, но питает. Из трещин — росток молодой, из слёз — мечта засияет!
Следы на тропке — не случай, в них опыт, выжженный огнём. Кто падал, но вставал ночами, тот стал закалённым клинком.
И даже в самой чёрной мгле, где звёзды спрятались от боли, есть тихий свет на земле, росток надежды, полный воли.

Так шагай, не опуская глаз, сквозь холод, ветер, гул времён, дорога — как лабиринт без света, ты разожги огонь.
Судьба — как горная река: то тишь, то буйство пенных вод. Сквозь камни, скалы ведёт путь вперёд,
Терпение — как крепкий щит, что не пробьёт стрела беды. А вера — как факел, горит сквозь мрак и холод пустоты.
Преграды — словно стены гор, что к солнцу вознесли хребты. Но знай: за каждым поворотом тебя ждут новые версты.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм, отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

… показать весь текст …

ЗЕМЛЯ ДЕДОВ И ПРАДЕДОВ

Священных мест на свете много –
Вблизи они или вдали.
Я ухожу от отчего порога
И может быть на краешек земли.

Куда судьба меня забросит?
Какой мне жребий на роду?
И кто меня за совесть спросит,
Коль я к нему уж больше не приду.

Со мною может всякое случиться.
Возможно, жить в неведомой дали.
А мне б к родному дому возвратиться
И взять с ссобою горсточку земли.

Земля дедов и прадедов, родная,
Милей её нигде мне не найти.
Пройду весь свет от края и до края,
Но сохраню у сердца на груди.

На ней росли березы и осины,
Её поили русские снега.
Земля моя, моей России,
Навек мне с детства дорога.

В МИНУТЫ РАДОСТИ ЛЬ, ПЕЧАЛИ (романс)

В минуты радости ль, печали
Я вспомнил образ твой
Ах, как мы в юности мечтали.
Гонимы тайною судьбой.

Грустили, весело ль шутили,
Казалось ясным бытие.
Ах, как мы в юности любили,
Не зная таинств, всех ее.

В томленье тягостном ли были,
Считали дружбу навсегда.
Надеждой мы в те годы жили –
Она светилась как звезда.

Надежда радость и тревога
Промчались общей чередой…
Лишь неизменна вера в Бога –
Она в душе всегда со мной.

ЖИЗНЬ

Ах, какая ты все ж переменчивая,
Я привыкнуть к тебе не могу.
Ты, как дева, со мною обвенчанная,
Но стоишь на другом берегу.

Ты такая скупая, таинственная,
Не могу я тебя разгадать.
Для меня, как любовь ты единственная,
Несказанной мечты благодать.

И мечтами своими развенчанный
Все пытаюсь тебя я понять.
Я такой же, как ты переменчивый, -
Не могу свои страсти унять.

Потому как своими ручищами
Я тянусь постоянно к тебе.
И, как Ангел, душою очищенный,
Отдаю свои силы борьбе.

ПОРОКИ

Ничто не вечно в этом мире:
Всему началу есть конец.
И я, живя в своей квартире,
Несу терновый свой венец.

Несу и в радости, и в муке,
Всему подвержен в мире я…
Жизнь открывает мне науки
И тайны вечной бытия.

Живу делами я земными,
Их не отложишь на потом,
Я как цепями скован с ними,
И остаюсь я их рабом.

Я раб надежд всех и стремлений,
Тревог, пленительных страстей…
Быть может злой таится гений
И рвет мне душу до костей.

И я, как путник иль прохожий,
Премудрость жизни познаю:
Возможно чьи – то судьбы схожи,
Но не похожи на мою.

Я не соперник всем порокам,
Они, и вправду, не легки
И своего всегда ждут срока,
Как пауки иль сорняки.

Они живут со мной в квартире,
Терзают душу иногда.
Жаль, что пороки вечны в мире
И неизменны никогда.

ГОДЫ КАТЯТСЯ…

Годы катятся словно камешки,
Время точит нас как вода.
Вот уж нет моей родной матушки,
Но моя еще светит звезда.

Будь мы мудрые или гордые –
Не уйдем от житейских потерь.
Не спешите вы люди добрые, -
Все войдете в печальную дверь.

Жизнь, как реченька, по проталинкам
Моет в наших висках серебро…
В деле праведном, самом маленьком
Вы сумеете сделать добро.

На какой меже или версточке
Оборвется житейский наш глас?
Не горюйте о нас наши деточки, -
Наша жизнь продолжается в вас.

Годы катятся словно саночки,
Жизнь торопит нас как всегда.
Чьей – то нет уже родной мамочки,
Но зажглась молодая звезда.

КАКОЕ ОБЩЕСТВО БУДЕТ?

Я познавал жизнь не в романах,
Как все, о многом я мечтал.
Я не бывал в заморских странах,
Зато осилил “Капитал”.

Познать я Ленина стремился,
Как будто в этом мой удел,
И так прилежно я учился,
Что полысел и поседел.

Читал я Сталина, Хрущева,
А Брежнев в речи был мастак,
И вот в эпоху Горбачева
Я узнаю, что все не так.

Что мы не так все годы жили:
Какой позор, какой Пассаж!
Тому ль нас классики учили?
Иль все то блеф, или мираж?

Во всем спокойно разобраться,
Отвергнув догмы и запрет,
Не надо нам сражаться, драться
За то, к чему возврата нет.

Какое общество все ж будет -
Никто не знает наперед,
Чтоб в нем жилось получьше людям, -
Названье ж кто - то подберёт.

ДЕНЬ ВОЗНЕСЕНЬЯ

В день святого вознесенья
Ранним утром поднимусь,
В светлый час благодаренья
Я тихонько помолюсь.

В Вознесение Христово
Светла радость снизойдет;
Я прочту молитвы слово –
Сердце и душа поет!

Утреннее величанье –
В храмах праведно поют.
Призывают к покаянью,
Службу Ангелы несут!

В день Христова Вознесенья
Взором к небу устремлюсь,
В день Великого Спасенья
Я за предков помолюсь.

С Ангелами успокоит
Души бог на небесах.
Тайну бытия откроет
С покаянием в сердцах.

КОЛОКОЛА

В душе моей звонят колокола,
Звенят они тревожным перезвоном,
Звонят, когда не клеятся дела
И жизнь идет причудливым законом.

И никому – то дела вовсе нет,
Как я живу и чем я в жизни занят,
И сколько б мне не выпало всех бед.
Они со мной останутся, как память.

Я утешаюсь тем, что не один
Хватил с лихвою тяготы всей жизни.
Но я как сын, отец и гражданин
Всегда служил народу и Отчизне.

Мне говорят: «Высокие слова
У нас сегодня не в почете…»
Но боль в душе у каждого жива –
Кто испытал падение на взлете.

Я никогда пред жизнью не робел,
Да и сейчас не отступлю, не струшу,
Каким бы трудным ни был мой удел,
Не закричу: «Спасите мою душу».

А в ней всегда звонят колокола,
Натягивают нервы, словно струны,
Особенно, когда нейдут дела,
А в них мы - не кудесники – Перуны.

И так всегда, с началом всех начал
Живем мы по причудливым законам.
Но где – то свой у каждого причал
С неколокольным – медным перезвоном.

ВРЕМЯ

Время облаком нынче клубится,
Как весенний туманный рассвет
Я не знаю со мной, что случится
Через пять иль одиннадцать лет.

Время мысли сжимает до боли,
Ставит массу житейских проблем,
Будто впрямь я в какой – то неволе
Иль живу я стране теорем.

Время давит мне сердце и тело,
Старит душу с годами мою.
Неужель моя жизнь отшумела
Иль стою я у ней на краю?

Нужель меня время поглотит,
Растворит среди белого дня?
Иль сгнию я, как мох, на болоте,
Не дав людям тепла и огня?

Нужель так уж все отшумело:
Жил иль не жил земной человек…
Заглянуть мне бы очень хотелось
В двадцать первый по времени век.

РАЗДУМЬЯ ПЕРЕД СТРАДОЙ

Надо мной шумят тополя,
В небе кружится птичья стая,
А вдали - все поля и поля,
И не видно конца им и края.

Время птицей летит на ветру,
Не дает отоспаться мне вволю.
Разбуди меня, мать, поутру,
Я хочу разгуляться по полю.

Оседлаю я «Дон», как коня,
И направлюсь к пшеничному полю
(Оно нежно так манит меня)
Разделить хлеборобскую долю.

Ветер, солнце, колосья и пыль –
Это все мне до боли знакомо,
И роса, как слеза, и ковыль,
И в рядках золотистых солома.

Знаю я, что упорным трудом
В жизни много можно добиться.
Счастья нет – не стоит под окном,
И богатство - не райская птица.

Ночь глухая легла за селом,
А мне все от раздумий не спится.
В хлебе завтра за каждым столом
Моего труда будет частица.

Пассия моя наив

Счастье - неосознанный альянс
Риск, удача... Что-то в этом стиле.
Счастье - это просто "ты" и "я"
Вместе за несчастье отомстили.

Где шажочком, где за шагом шаг -
Есть созвучье в маленьком оркестре.
Принцип - ненавязчивость и такт!
Деликатность, да! На первом месте.

Пассия моя и протеже.
Просто так. Без всякой предоплаты
Музыкой и в сердце, и в душе -
Там и там - с рассвета до заката.


Художник Владимир Румянцев

ПИСЬМО ОТЦА

Моя добрая доченька Лена,
Мой Андрюша, сынок дорогой,
Где бы я в отдалении не был.
Отыщу я дорогу домой.
Я приеду, возможно, под вечер,
Вы навстречу броситесь мне;
Подниму я вас выше на плечи
И прижму крепко – крепко к себе.
И мы будем шутить и смеяться,
Рассуждать о серьезных делах,
Станет мама нам улыбаться,
Говоря о своих пирогах.
И под нашей семейною крышей
Будет радость, дружба и свет,
И с вами я рядом услышу
Песни счастья, любви и побед.

ПИСЬМО ЖЕНЕ

Моя милая Валя, напрасно
Не терзайся злодейской – тоской
В нашей жизни все будет прекрасно,
И к тебе я вернусь вновь домой.
Я прижмусь к долгожданному телу,
Соберу с губ тепло твоих жар,
И в тот вечер, чтоб я ни делал,
Заглушу буйной крови пожар.
И никто в нашей жизни не сможет
Омрачить дружбу прожитых лет;
И с тобой я вновь приумножу
Наше счастье и радость побед.
А, сейчас из сторонки далекой
Ты пришли поцелуй и привет:
Без тебя я совсем одинокий…
Буду ждать от тебя я ответ.

ПОСЛУШАЙ

Я тебе расскажу про любовь –
Это дивное чувство природы.
Только ты подожди, не злословь:
У семян полноценные всходы.

Я тебе подарю не звезду,
А душевную звучную гамму,
И две жизни я рядом сведу:
Я люблю тебя больше, чем маму.

Проживу мне отмеченный срок,
Расплескаю ль душевную чашу…
Но любовь – это все же порок,
Только жизнь украшающий нашу.

В повседневном труде ль, на войне
Для меня – это лучшее средство.
Ах, сложить бы его нам вдвойне
Да и детям оставить в наследство.

БЛАГОСЛОВЕНИЕ

Ты одел мне на палец кольцо,
Я от радости вся онемела.
И горело зарею лицо,
Нужных слов я сказать не сумела.

А священник крестом и водой
Делал легкие пассы и жесты,
Говорил: «Перед всякой бедой
Я желаю всегда вам быть вместе.

В жизни много соблазнов, утех,
Только счастья вы в них не ищите.
И совсем непростительный грех,
Если мать и отца вы не чтите.

Вам в согласии жить и добре,
Ловить счастье, хотя б на мгновенье,
И в веселой своей детворе
Постоянно искать вдохновенье.

Как бы жизнь ни была хороша.
Но на все существуют причины…
Я хочу, чтобы ваша душа
Была доброй до самой кончины».

ПЕСНЯ

Где же вы, те годы молодые,
Юности задорная пора.
Для меня теперь уж вы иные,
Да и я не тот, что был вчера.

К вам любовь еще я не утратил,
Дорогое в памяти храню,
И своею песнею, как дятел,
Я к себе друзей своих маню.

Эта песнь о юности прохожей,
О местах мне близких и родных,
О любви «с хорошей песней схожей»
О друзьях и сверстниках моих.

Все сильней она меня тревожит
И к себе прохожего зовет.
Кто – нибудь другую песню сложит,
Но и эта песня не умрет

С ней прошел тропинки я крутые,
Все пути я повторил бы вновь,
Лишь вернуть бы годы молодые
И свою чудесную любовь.

ЛЮБОВЬ

Писали многие поэты
О ней в былые времена,
До нас дошли ее приметы,
И среди нас живет она.

Но я не верил тем приметам,
И чувств душевных не имел,
И говорил еще при этом,
Что для нее я не созрел.

Но годы бешено летели,
И сердцу чудилась весна,
И мне в какой – то день недели
Вдруг повстречалася она.

Она ничем не привлекала,
О ней я в жизни не мечтал.
Но что – то сердце волновало
И обжигало как металл.

И все во мне переменилось.
С тех пор покоя я не знал,
И понял я, что – то случилось,
Что в жизни каждый испытал.

Способ согреться

Нет тепла и мало света.
Я у озера один.
Не пришло на север лето.
Тьма и холод впереди.

Раздеваюсь и ныряю
Прямо в омут с головой.
Здравствуй, бездна ледяная!
Принимай! Теперь я твой.

Пять минут. И снова берег.
Ах, какая благодать!
Здесь теплей. И я уверен –
Можно даже загорать.