Стихи - Страница 937

Остаться иль забыть?

Остаться иль забыть?
Двух мнений быть не может.
Уйти, чтобы не быть
Заложницей окошек.

Впечатаюсь в стекло,
Ладони остужая.
Светящимся табло,
Довольствуясь, скучая.

Красиво как уйти,
Молчанья не нарушив:
Есть абонент в сети.
Есть рот, глаза и уши.

Старается апрель
Развеять первоцветом:
Устала быть твоей
Разменною монетой.

Стук дверцы от такси:
"Не стоит волноваться!"
Боюсь не хватит сил,
Чтоб быть, а не казаться.

Надменно...

Надменно и, не удостоив взгляда,
Возлюбленный твой мимо проскользнёт.
И вновь он полон для тебя загадок
И недоступен, словно самолёт.

Ты любишь, милый "цену набивает".
Ты просто жить не можешь без него,
А он в упор тебя не замечает,
Хоть между вами несколько шагов.

Мученье через край переполняет:
Его случайный взгляд - уже экстрим.
Куда же может вывести прямая,
Когда не будет он вовек твоим.

Нам от рождения дана свобода,
Но не дано всё сразу и сейчас.
И кто-то, зная, что в огне нет брода,
Предвосхитил беду и в этот раз...

Любовь без берега...

Любовь без берега и рая -
Простите, это баловство!
В любви себя мы открываем.
Любовь - надежды рождество!
Она - неверие и вера
Без гири долга и оплат.
Любовь - скандальная афера:
Неважно - беден ты, богат.

Её не выпросить у Бога.
Ту, что является с небес.
Подчас, на время, некрологом,
Зарезервировав абсцесс.
До самой-самой нашей смерти
Готова преданно служить.
Бывает и любовь в конверте -
Без права тот конверт открыть.

Она - расчётливость и дурость,
Успех которой нулевой.
Порою, это авантюра,
Обычный торг и даже - бой.
Любовь - решительности сгусток,
Где КПД ничтожно мал.
Любовь - работа и искусство.
Она - свобода и тюрьма.

Мечта и явь. И романтичность.
Зато в работе - дрейф и крен.
Любовь - барьер и беззащитность.
В любви признаться - сдасться в плен!
Плен добровльный. Как он сладок!
Магнитом он влечёт к себе,
Оставив грусти отпечаток
И радости хмельной напев.

Тишиной осенней

Тишиной осенней
мир земной объят,
Оттого надменней
с головы до пят
Поступь у сезона,
что всего "мертвей":
Он почти у трона,
тот сезон дождей!

Тополь пожелтевший.
Полумрак. Туман.
Двор осиротевший.
Столб, как истукан.
Конусом белёсым
свет от фонаря.
Ржавых листьев россыпь -
метка октября.

Не успеет утро
цвет придать холсту
Исполином-спрутом
вечер тут как тут.
К сырости все будем
приговорены
И на перепутье
сникнет полстраны.

Но уйдёт безверье.
Звезды заблестят.
Месяц в дальнем сквере
бросит стылый взгляд.
Отблеском свинцовым
заискрится свет,
И Вивальди снова
зазвучит сонет...

Художник Алекс Черри

Я не делюсь на клетки, как амёба...

На клетки не делюсь я, как амёба -
Чтоб мёд - на языке, а в сердце - лёд...
О, как же хочется любви до гроба!
Не той, что время у тебя крадёт...

Не плыть мне без неё по морю жизни!
И, как без солнца - без любви не жить.
Навеки, навсегда, до самой тризны
Хочу, чтоб не рвалась той связи нить.

Довериться любви рискнуть готова -
Серьёзно чтобы всё! Не "как-нибудь".
А если рухнет оберег-подкова,
Любовь подскажет самый верный путь.

Пытаюсь снова удлинить страданья:
"Быть может он устал держать штурвал"
И не по мне - платить такой же данью:
Не стоит шквалом отвечать на шквал.

Крушение! Надежда лишь на Бога!
Неужто всё?...пришёл любви конец?..
Но нет у нас с тобой пути иного:
Не зря однажды шли мы под венец!

Я слепо верую: моя душа больная,
Смягчится и не превратится в лёд.
Ни на какие ссоры невзирая,
Последнею Надежда пусть умрёт!

Мне остаётся только ждать

Мне остаётся только ждать,
Когда,покинув стены дома
И, взбаламутив жизни гладь,
Пристпнешь к берегу другому.

Нагнав огромную волну,
Как сёрфингист, взлетишь над бездной.
А для чего и почему,
мне это вовсе неизвестно.

Волна несёт тебя вперёд
Со скоростью неодолимой.
Подальше от моих забот
Ты гордо пролетаешь мимо.

...Ракушка упадет к ногам,
Я к уху поднесу, волнуясь.
Сквозь моря шум, услышу там.
"Прости.Я полюбил другую."

...на волосок от чуда!!

По мотивам "На пути к себе" Елены Шелковкиной


Судьба готовила внезапный взрыв
Под сто в тротиловом эквиваленте
Главенствовал ведущий лейтмотив -
Пройти почти на волосок от смерти.

Осела пыли радужная взвесь
Неброским хламом на обрывки сплетен.
Событий, мантр причудливая смесь -
Абсурд в тротиловом эквиваленте.

Своим перстом тринитротолуол,
Кривясь , Судьба подсунула нахально,
Творя вдоль линий жизни произвол,
И муть зеркал разрушив досконально.

Уже распался вдребезги витраж.
Реальность проступила, оживая.
Ну, что, судьба?
Тогда уж, баш на баш.
Я динамит тащу и поджигаю!

Теперь Тебе патроны ни к чему,
Разрушу всю душевную остуду!
Из прошлого ни капли не возьму.
Хочу пройти на волосок от чуда!!

Высший Разум

В любой естественной науке,
Тем,кто немало изучил-
Слышны Божественные Звуки
Звучит Божественный Посыл.

Так в лабиринте формул сложных,
В строении любых вешеств
Нам не увидеть невозможно
Извне заложенный процесс.

А в чётком атома строении,
В движении Солнца , звёзд,планет-
Заметны Воля Провидения,
И Высший Разум, Божий Свет.

Чтоб Божий Промысел освоить,
Необходим огромный срок.
Мы лишь приблизимся порою
И то,если позволит Бог..

Не введёт нас ничто в заблуждение...

Не введёт нас ничто в заблуждение.
Однородны они. Тождественны.
То, что "мира происхождение"
И на голову приключения -
в суете - пьедестал чести!

О картине Гюстава Курбе
"Происхождение мира", 1866 г.

Как будто почва скрылась...

Как будто почва скрылась из-под ног,
И всё, что было рядом, по соседству.
Но никуда от этого не деться
И примириться с этим суждено.
Разрушено моё гнездо, мой храм,
К которому и день, и ночь стремилась,
То, где я выросла и, где родилась,
И то, где детство бродит по пятам...

Сошло на нет, исчезло второпях,
И унеслось с черёмухи цветеньем -
То самое прекрасное мгновение
На призрачных осталось островах.
Была разлучена сама с собой!
Перешагнуть бы время с расстояньем.
Не панацея лишь воспоминанья
И ясно, что другого не дано.

Но ощущение "рука в руке",
Незыблемо обогревает сердце!
И я могу на это опереться
Лишь для того, чтоб стать ещё сильней
И сотворить тот несравненный храм,
Овеянный надеждой и страданьем
В душе. И нипочём ей расстояние -
Пристанище любви в душе создам!...

Ковыль, гвоздика...

Ковыль, гвоздика, луговой пион -
Последний выбивается из ряда.
Готова спорить, хоть ни миллион,
Что есть такой цветок. Бьюсь об заклад я.

Растёт на Средней Волге испокон
Подальше от асфальтовых обочин.
Ещё нежнее, чем садовый он -
Из сказки родом Аленький цветочек.

И по нему чуть пальчиком скользя,
Я помню, захлебнулась от восторга:
Отец мне это чудо показал -
Оно росло не невысоком взгорке.

Под ним, в ложбине, целый островок
Расположился, как на вернисаже!
И каждый стебель, каждый лепесток,
Казалось знал, что нет на свете краше.

Кормили тем...

Кормили тем, чего мы не желали -
борщом и кашей.
Не потому-ль мы за столом ворчали,
на кухне нашей!

Хотелось торт, что рядом продавался,
Съесть на веранде.
И от конфет никто б не отказался -
нарядный фантик.

А от безе, корзиночек воздушных,
я аж, немела.
И потому к халве я равнодушна.
Перехотела.

Фигурный мармелад, зефир и вафли -
о них мечтала!
"Куплю! С делами чуточку управлюсь!" -
кричала мама.

Томатный сок. А рядом соль в стакане.
И сколько хочешь.
Ситро с сиропом из малины, в бане -
там жарко очень!

А дома - чай. И в блюдечке-розетке,
переливаясь,
насквозь светилось яблочко-ранетка,
мне улыбаясь.

Просилась в рот лесная земляника
с пригоршни детской.
А к шоколаду - так и не привыкла
в стране советской...

Обречённость...

Обречённость в твоём чую взгляде.
Сговор - недостижим.
"Ну, давай на дорожку присядем
и чуть-чуть помолчим."
День отъезда - печальней некуда.
Благодать - за чертой.
"Лакримоза", какой-то реквием...
Траур сверхзатяжной.
****
Те последние дни - как похожи они!
Маета. В горле спазм.
Безысходность. В глазах только слёзы одни.
Тишина. Части фраз.
Я тебя понимаю, родная:
"Провожать - не встречать!"
Оставаться труднее, считаю.
Каково - навсегда покидать?..


© Copyright: Наталья Яшина, 2021
Свидетельство о публикации №121111104045

Себя я вижу

Прошло немногим больше, чем полвека,
А я всё помню. Всё до мелочей:
Лишь не хватало нА голову снега!
Асфальт нагретый. Шёпот тополей.

Тебя я вижу в простеньком наряде,
Спорыш ковром укрыл наш палисад.
Не жаль того, что молодость утратив,
Сложилось всё и так. И всё не так.

В свои неискушённых девятнадцать
Об этом ли загадывала ты?
Но счастья нет без слова "напрягаться"
И жизни нет без - "затянуть винты".

Дугою брови удивлённо вскинув,
Простой душой нисколько не кривя
Вдруг, замерев упругою пружиной,
Ты выше закатала рукава.

А было всё: охотник, и добыча,
И море света, и кромешный мрак,
Который стал со временем токсичен.
Но так бывает, что врачует яд...

В надежде робкой длились дни и ночи.
Зачем бояться завтрашнего дня?
Ведь кто-то свыше был уполномочен,
Беречь, спасать и пуще охранять.

Искусно направлял он: "Дорогая,
Просвет ориентром впереди!"
Глазами ты ответишь: "Не одна я!"
Не ведая, как ОН вознаградит...

В далёком семьдесят втором...

В далёком семьдесят втором
Из дома уезжала:
Вокзал, перрон, вагон седьмой
И голос "дребезжалый"-
Мол, скорый поезд двадцать два
Пойдёт до станции "Москва".

А мысль крутилась лишь одна:
"Так далеко не стоит!.."
Но так сложилась уж судьба:
Давно "ушёл мой поезд"!
Тебя в душе я увезла,
Сторонка милая моя!

И двор, и улица со мной,
И тополей аллея.
Их вид сейчас уж не такой -
О том не сожалею!
В моём ты сердце, как была,
Сторонка милая моя!

Полвека "там" я не живу!
Как быстро мчится время.
Я встречи с Родиной не жду:
Уж не к кому мне ехать!
Лишь в памяти её храню,
Сторонку милую мою!

Как хорошо - есть интернет.
Я с "нею" там общаюсь.
Хотя я "здесь", меня "там" нет,
Я в "ней" - души не чаю!
Нет в мире лучше, чем она -
Сторонка милая моя!

Давненько "там" простыл мой след,
И "здесь" - потомков племя.
Всегда я помню о тебе!
И пусть проходит время,
Тебя я славлю и люблю,
Сторонку милую мою!

Друзьям и дому моему,
Приветы послылая,
Их в мониторе взгляд ловлю,
Печально улыбаясь:
Люблю, как близкую родню,
Сторонку дальнюю мою!

Не раскрученный...

Не "раскрученный", не "распиаренный" -
Не осложнённый тЯжбою -
Он недолгий, но самый памятный
Для меня и для каждого.

Притягателен силой магнитною
Дорогой незабвенный пласт.
Ощущенье давно позабытое
Время, жаль, посмело украсть
Беззаботности плотную ауру -
Она грела со всех сторон.
Так бы вечно на мир взирала бы,
Говоря с душой в унисон.
Только всё до поры, до времени:
И тепло, и капли дождя,
Будни, праздники и воскресения -
Невозможно их удержать.

На святой простоте замешанное,
Где-то в поле ромашковом
Или может, в деревьях заснеженных,
Акварелью раскрашено
Кареглазое иль синеокое
И совсем неприхотливое
Притаилось оно, желторотое,
Наше детство наивное.

На высоченных...

На высоченных волжских берегах
Ковыль с полынью шепчутся неслышно.
Прибой, с ленцой, без пенного следа,
Ласкает пьедестал тот неподвижный,

Я - капелькой чарующей дали!
Она влечёт заманчиво куда-то,
Мечтою лихорадочной пленит,
Но в тот же миг несёт меня обратно
На прочную, незыблемую твердь,
На этот яр, иссушенный светилом,
Где только руки стоит простереть -
Она - поддержкой и надёжным тылом.

Резвится ветер в пламени костра
Зовущий рыбный запах изливая.
Бурлит в котле рыбацкая уха,
На дождик помешавший невзирая.
Мажорно алюминий заблестел -
Чаёк с дымком обед предвосхища6т!
И в тот момент, как будто бы везде,
Особый праздник жизни наступает!

Рыбацкая уха - а что вкусней?!
Вокруг - реки бескрайние просторы,
Шалаш тенистый из сухих ветвей
И всё охвачено полуденной истомой...

Без конца и без края...

Без конца и без края просторы,
Горизонта манящая нить..
Ввысь вздымаясь, без устали "скорый",
Начинает реально спешить...

Лёгкий трепет. Душа наизнанку.
Возбуждение чаем запью.
Замелькали огни полустанков.
Воцарился покой и уют.

Восхищаюсь тобой из окошка,
Дорогая сторонка моя!
Если я изменилась немножко,
Ты - такая же, как и была.

Узнаю берегов твоих тайну
И речушек спокойную гладь
С лёгкой рябью в подлунном мерцанье -
Их милее нигде не сыскать!

Не найти ни родней. ни дороже:
Я в них с детства ещё влюблена.
В мире много путей и дорожек,
Только к отчему дому - одна.

Забор и дом

В то время, когда ты под стол пешком,
И до тебя нет никакого дела,
Когда ещё ни садиков, ни школ,
А ты, уж кое-что уразумела,
Листок бумаги и карандаши -
Они и были первыми друзьями.
Отрадою для маленькой души,
Не знающей общения с букварями.

Огрызок послюнявив, у крыльца
Цветочки ярко-красным нарисую.
Забор и дом. А рядом - деревца.
Колодец с человечком зачастую.
Тропинка к краю самому ведёт
По ней спешит девица с коромыслом.
А ту девицу человечек ждёт.
Картинка, хоть простая, но со смыслом.

В ней детской непосредственности суть,
Наивности естественная живость:
"Изображу, коль не произнесу!"
Всё то, где можно как-нибудь сфальшивить.

Фанерой крытый

Фанерой крытый деревянный столик,
Костяшки домино стучат в висок.
Табачный дым и запах алкоголя,
Шутливо-добродушное "козёл!"

Пренебрегу "придворным" этикетом:
Нет магии сильнее домино.
На всю катушку запущу "Комету",
Пошире распахну своё окно.

Со сквозняком и ошалелым ветром
Ворвутся крики местной детворы.
Пальтишки "драп" и шапочки из фетра,
Косички и строптивые вихры...

Как за кулисой на большом концерте,
"Частицы" роль - исполню я сама
В чертогах этой самой круговерти,
Известной под названием "Весна".

Моя любовь

Моя любовь, как капелька росы.
Твоя - Великий океан безбрежный.
И не упасть на землю и слезы,
Чтоб не коснулся её взгляд Твой нежный.

Ты простираешь длань Свою ко мне
И твёрдым делаешь шаг подо мною.
И освещаешь путь мой в этой мгле;
Ведёшь меня неведомой тропою.

Христос Сам проложил для нас стезю;
Она проходит через крест Голгофы.
Он жертвой стал, отдав там жизнь Свою,
Чтоб человечеству не видеть катастрофы.

Он тленным стал - нетленье подарив,
И смертным, чтоб бессмертие имели.
Себя до крестной смерти здесь смирив,
Он шёл страдая, шел к желанной цели.

Он смерть и ад любовью победил.
Воскрес из мёртвых, дав нам вечность рая.
Как человек, Он на земле здесь жил,
И умирал, как человек, страдая.

Но Он воскрес, как Бог, как Божий Сын,
Приняв опять небес Величье, Славу.
С Отцом и Святым Духом Он един.
Первосвященник, Царь и Бог по праву.

18+
у реки ребёнок
плачет от тоски
мама с папой ушли
примерять носки

Увидеть красоту в вещах привычных
Не сложно, надо лишь её понять.
Красиво всё, что так для нас привычно,
И мусор красотою может стать…
Воспринимаем мир, как каждый может,
Нам проще недостатки находить,
А красота, как осязанье кожи,
Бывает невозможно повторить...
Нам многое дано для пониманья,
Но невозможно научить любить,
В природе всё достойно подражанья,
И без неё, увы, нам не прожить…

Мелодия осеннего дождя

Мелодия осеннего дождя
Звучит так ненавязчиво и мило,
Что понимаешь, без него нельзя,
К нему природа нас приговорила…
Стучит, не умолкая, этот дождь,
И капли с неба падают на землю,
На песню монотонную похож,
Как будто мать поёт над колыбелью…
И думаешь о чём-то о своём,
И вспоминаешь дни, что пролетели,
Как хорошо с дождём побыть вдвоём,
И вспомнить, как мы много не успели…
Осенний дождь, мы вспомним о былом,
О том, что никогда не возвратится,
Так много в жизни связано с дождём,
И что уж никогда не повторится…
Мелодия осеннего дождя
Нам каплями не в сердце, прямо в душу,
Сентябрь грустит дождями, уходя,
Осенний сон нисколько не нарушив…

Дождик, снег и ветер

Дождик, снег и ветер, чёрный зонт, портфель.
Он - в приоритете, Школа - снова цель.
Лужи по дороге, оббегаю их:
Не промокли б ноги в ботиках моих.

Лестницы ступеньки - лихо пошустрей
Вытру хорошенько обувь у дверей.
Пулей в класс влетаю, как к себе домой.
Только всё стихает, как учитель вновь
От доски к журналу ходит не спеша.
Корни, интегралы - то, к чему душа,
Никогда не льнула! Не любила я
Точные науки, честно говоря.

Мне бы физкультура, пение и труд:
Так "горела шкура" - знала, что живу!
То, что ненавистно, длилось битый час.
В этой скучной жизни, глаз мой, как алмаз,
Выделил такое, без чего нельзя:
В самое святое - книги записал!
Ясно без намёка - воздух и вода!
Только,вот без окон - это не изба!

Знала, труд напрасный - удить без крючка.
Книга - кормит разум, словно мать сынка.
В знаниях вся сила. Знания - из книг.
Книга нас растила, это - мостик в мир!
Не ищи там буквы! Мысли находи!
В книгах вся наука - "как на свете жить"!

Обида выстрелом...

Обида выстрелом прицельным бьёт,
Лежит неразорвавшимся снарядом -
И он в тебе - тот непосильный гнёт!
А выход есть, и в сущности - он рядом!

От уязвленья хочется завыть,
Обнять деревья, завести собаку,
Тот страшный сон скорее позабыть
И пренебречь защитой и атакой.

Прощенья нет без покаянья - факт!
Найти слова раскаянья - загвоздка!
Любя, их можно подобрать, да так,
Чтоб не было в них фальши отголоска.

Несложно вымолвить: "Прости меня!
Я виновата! Так уж получилось!"
Ещё важней виновного понять,
Сменить неугомонный гнев на милость.

Прощенью с опозданием - не быть!
А бестолковое - вину умножит.
Лишь мудрое - способно окрылить!
Из всех побед - прощенье нам дороже!

Как не отвыкнуть верить и прощать?
А быть обманутой - пусть и не проще:
Обидой страшно душу истязать!
Я в сотый раз простить готова, в общем!

Художник Sergio Cerch

Может ненастное утро...

Может ненастное утро
солнце от вас застилать.
Ночью покажется, будто
стала чуть шире кровать.
Липкой пойдут чередою
серые-серые дни,
Только внутри - пир горою:
"Вы наконец-то - одни!"

Часто такое бывает:
солнце весь день напролёт
Ластится и согревает.
Дарит тепло "наперед".
Но почему-то, однако,
греть перестали лучи,
Как бы они не старались,
вам они - не горячи.

Серые дни стартовали.
Не ко двору вдруг пришли.
Радовать вдруг перестали,
даже погожие дни.
Сердце томится от боли,
но не от той, что "к врачу"!
От одиночества ноет,
сколько его не лечу.

Черные полосы жизни
в серые будни вплелись,
Словно пирог наслоились,
с черною тучей слились.
Я сквозь толпу через силу,
но никого не ищу,
с участью "волка" смирилась,
и на судьбу не ропщу.

Сердце, как узник в темнице.
Только и "это пройдёт"!
Чёрная ночь удалится
и моё солнце взойдёт!
Как же они бесприютны,
как беспритульны они -
серые-серые будни,
серые-серые дни...

Обидеть ближнего...

Обидеть ближнего боюсь я ненароком -
И даже, если с человеком я на "ты",
Когда бездумное словцо "выходит боком",
То красноречие - похуже немоты.

"Молчанье - золото!"- твердить не перестану,
Особенно, когда не просят говорить!
Что остаётся мне? "Молчать, как партизану!",
Чтоб не пришлось потом втридорога платить.

Обыкновенно, я не выпускаю жало:
За "промолчу", похоже, дорого плачу!
Узлов не счесть, что на платочке завязала:
"Господь простит!" - тихонько прошепчу.

Забытые волнения

Забытые волнения
Вновь душу бередят.
Не жалко, тем не менее,
Что не вернуть назад
Ни время молодое,
Ни прежнюю красу,
Ни утренние зори
В берёзовом лесу.
Ни поздние закаты,
Ни плеск гребной волны
И сердца стук набатный
Средь мёртвой тишины...

Нисколько не досадую,
Что юности пора,
Года шестидесятые
Ушли аж, "на ура".
Потом ушли все "...сятые"
И "...ностые" ушли -
Какие-то все сжатые...
Потом пошли нули...
И мне, прошу прощения,
Давно не пятьдесят.
Забытые волнения
Лишь душу бередят...

Моей душе

Феникс (оригинал)

Как Феникс, возрождаюсь я из пепла...
В который, вмиг, от Взрыва, превратился.
Достаточно мне оказалось малой капли...
Чтоб порох чувств моих воспламенился!

От Взрыва всё померкло... наступила...
Мне Тишина на горло грязным тапком.
Пропали мысли, рифмы... не было ни силы...
И ни желания сопротивляться... И в горле ком...

Застрял и поселился...
Не ждало горло от него лекарство.
Какой-то бес в меня в тот миг вселился...
Я укусил, гадюкой, сам себя – наедине с собой остался.

И начал меркнуть свет общения от яда...
Растаяли стихи... Мечты совсем пустые...
Коль не нужны такие людям рифмы... никакие...
Путь в топку им! Достойны пламени они и ада!

А следом за стихами – аватар...
Сожгу все семь дорог и к Чёрту в гости!
Встречает пусть – готовит мои кости...
К кипению в котле... Лечу я сам в Тартар!

Но по дороге, зацепился за твоё Прощение...
А понимание вернуло мне Надежду и Тепло.
Лекарством горлу стало мне с тобой Общение.
Притормозил я в Ад... и на душе моей Светло!

Слезами Феникса я брызну тебе в Душу!
На рану, что тебе, глупец, разбередил...
Затянется поверь – не будет следа даже!
С тобой живу, творю, с тобою полон новых сил!


Пародия. (моё послевкусие)

Моей душе, как до Луны, до Бога.
Готовлю кости к блюду на костре,
Оплакивая горько некрологом:
"Надейся. Верь. Рак свистнет на горе."
Сцепленье. Тормоз. Смысла нет ломаться.
От смерти не придумали пилюль -
(Как дочитать до нового абзаца!)
Свою душонку я не откуплю.

И горло перекрыло драным тапком!
А мир в ответ - могильной тишиной
Подсёк и, уложивши на лопатки,
Поставил хвост подзорною трубой.
Прижучил ухо, дьявол нечестивый,
А так хотелось на дуде играть.
Я смолоду красива и ретива,
Но в топке нет павлинеьго пера!

Украл сатрап и все остатки мыслей!
При мне лишь преимущество одно:
Избыток именного оптимизма -
Он заменяет хлебное вино.
Побрызгал, как дезодорант, на душу,
Сработал, в ад преграду смастерив.
Но на осине не родятся груши.
Пошло бы оно всё в тартарары...
… показать весь текст …