Лучшие стихи за последние 30 дней - Страница 9

Всё понимал наив

Всё понимал, "зачем рубить с плеча?":
С ней неуместны пафос и бравада.
И вот, в активном поиске сейчас,
Да, горе. Но сочувствовать не надо!

Теперь на репутации пятно...
И строгача дадут на партсобранье.
Сам виноват, играючи с огнём.
На что рассчитывал? На пониманье!

Ну, флиртовал... А кто не без греха?
Семья-то всё равно, на первом месте.
Набегами не в счёт!... И впопыхах.
Особенно, зимой в сквозном подъезде.

Я верность до последнего хранил.
Берёг её на самый крайний случай.
Обидно. Из-за праздной болтовни
И вас постигнуть может эта участь.


Художник Валерий Кузьминов

От мартовского первого денька...

От мартовского снежного денька
До буйного цветения в финале!...
"Ну, почему весна так коротка?"-
Засело в голове прочней скрижали.

Проснулось всё. Прервался зимний сон.
Душа желает вечного цветенья!
Готова отслужить весне поклон,
Чтоб не кончался праздник воскресенья.

Черёмухи, сирени первый цвет.
Благоуханье яблоней и вишен -
Весь сад в наряд парадный разодет,
Не шелохнётся, замер неподвижно.

Необъяснимой радости полны
Его сияние теней и света,
Обыденные, будничные дни -
Всё ожиданьем счастья подогрето.

Жизнь на пороге нового витка:
Утратил свежесть ландыш серебристый.
И променад давно без пиджака,
И первый гром, и воздух чистый-чистый.

С дурманящих акаций свысока
Рулады соловьиные слышнее.
Ну, почему весна так коротка
И на дворе теплее и теплее?

Сомнение

Я днем и ночью по тебе тоскую,
Ищу к тебе подходы и пути.
Нет, я тебя нисколько не ревную,
Но отчего костер горит в груди?

Твой образ мне ночами снится:
Неужто, впрямь, не в глас, а в бровь
Попала мне сверхмощная частица
С бесхитростным названием «Любовь»?

Неужто, вправду, я тобой болею,
Неужто все с годами не пройдет?
И я вскочить со всеми не успею
В вагон попутный или самолет.

Нет, образ твой со временем растает,
Развеется как пепел или дым;
Костер в душе моей не запылает,
И мне не быть с годами молодым

А НАМ БЫ НАУЧИТЬСЯ ПРОСТО ЖИТЬ

Как часто мы себя жалеем
И всё нам в этой жизни мало,
И слезно маету свою лелеем
В уныние впадая регулярно.

А нам бы научиться просто жить
Не ждать от жизни очень много,
И Бога каждый день благодарить
Что посылает вовремя подмогу.

И научиться не жалеть себя
Есть те, кому намного хуже,
И новый день свой проживать не зря
И не тащить своё уныние наружу.

На город опустился вечер

На город опустился вечер.
Размеры каждого авто
Он засветло ещё отметил
огнями поперёк и вдоль.

На окна насупонил шторы,
зажёг неясно фонари,
Туда-сюда пустил моторы -
без поводка поводыри.

"Зелёным шашкам" голосую:
любимый транспорт мой - такси!
Услугу эту дорогую
отвергнуть - Боже упаси!

Вот счётчик Гейгера включился,
мелькают люди и дома,
Настрой тотчас - преобразился,
вдохнув уюта аромат.

Невнятно рация бормочет,
в ответ ей "дворники" скрипят.
Патруль на трассе у обочин
в "неоне" с головы до пят.

Тепло и на душе спокойно
в сезон, когда идут дожди.
Минута, две - я снова дома
и... целый вечер впереди!

Алгайские степи.

В краю, где алгайские степи, где ветер вольный свищет, под луной шагает волк-одиночка, ему не нужен кров чужой.
Его постель — родная степь, родной приют, звёзды в ночи — его свечи, рассвет — будильник, зорькой алой заблещет.
Псы — за ним, но им его не догнать, он знает тропы, где нужно ступать, он рождён сражаться и выживать.
Он не продаст свободу за беспечность, за тёплый уют, в нём дух мятежный и огонь свободы живут.

В алгайских степях шагает волк, где ковыль седой, он хранитель троп, шепчет тайны ветру в час ночной.
Глаза — два угля, в них пламя живёт, не ищет он стаи, награды не ждёт, его воля — кремень, дух никто не согнёт.
Луна — его лампа в небесах холодная, степь — его храм без стен и замков, где каждый холм ему помочь готов.
Он не бежит — он стелется по травам, как дымка, ветер ему шепчет: «Держись пути, тропы знают, куда идти», ты будешь невидимка.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.

Не купит уют его, не заманит тепло, он — отзвук воли, он — голос тьмы, в груди — огонь, он хозяин ночи, властитель судьбы.
Пусть воет буря и блещет гроза, не сломит голод, не страх, а смотрит прямо, глядя в глаза. Он — дух свободы в алгайских степях.
И если встанет враг на пути, он — сын ветров, волк-одиночка — клыки у него остры, взгляд его твердый сверкает, как заточка.
Он — шёпот ветра по краю ночи, в тишине седой, он хозяин судьбы, где туман по травам ложится густой.

Враг встанет на пути — услышит рык глухой, но в сердце — воля, в крови — рассвет. Шаг — и земля дрожит под лапой боевой.
Его глаза — два уголька, не знают страха в тёмной ночи, в них отблеск звёзд в небесах, и они как пламя горячи.
Клыки — как сталь, веками отточены, он чует путь сквозь мглу и снегопад, взгляд — как будто нож заточенный.
Он не тоскует по теплу костра, его греет свобода, ночь — его плащ, его постель — земля, что всегда тверда.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.

Под серебряной луной, где туман в степи клубится, шагает волк, он не ищет приюта, в глазах его воля искрится.
Я — волк, что бродит по краю по грани земли, где ветер играет, поёт, а рассветы в степях бескрайних светлы.
Лучше жить голодным, но под вечной луной, где простор без границ, где мир мой родной.
Он один — свобода его щит, но дух — его сильней, а воля — клыки, в нём кровь веков и зов родных алгайских степей.

В лощине степной, где эхо от ветра в травах поёт, волк раненый поднимает голову в небо и воет на восход.
Это не жалоба — а гимн, не крик — а души откровение: «Я выбрал волю. В ней — мой путь и предназначение».
Волк стоит на холме, псы устали, сбился их строй, — силуэт в тени, лай утих, и туман стал густой.
Он вправе идти, куда хочется, во мгле. Он смотрит вдаль, где горизонт горит, где ему путь сулит новый день на заре.

Пусть метель метёт и воет, пусть голод томит, пускай путь далёкий, а луна в небе дрожит.
Он выстоит, выживет, дальше пойдёт, потому что свобода — его оплот. За неё он без страха умрёт.
«Лучше голод, чем клетка, лучше ночь, чем клеймо, пусть след кровавый на снегу, чем на шею ярмо.
Я — волк-одиночка, я — голос ветров алгайских степных, свобода — мой закон и вечный зов» в них.
… показать весь текст …

Удачный выбор

Проникают в душу
Ласковые волны.
Пасмурно на небе.
Солнечно внутри.

Беды все снаружи.
А с меня довольно.
Я для чувств не мебель.
Мир хандрой сорит.

И обиды душат.
Давит гнев безмолвный.
Страхов злая небыль
Где-то там горит.

Только я не трушу.
Разум мой спокойно
Выбрал новый жребий –
Счастья колорит.

Выдержка.

Когда идёшь ты вёрстами судьбы, умей терпеть её невзгоды, однажды не избежать тебе борьбы.
Как парусник в пучине тёмной, сквозь бури и грозы ты мчишься сквозь шторм и сквозь невзгоды,
Пусть скалы грозные как стены, где волны встают ледяные, в тумане горькой перемены,
Терпение — твой верный якорь, что держит в бурю у земли. Не падай духом, в конце пути горят огни!

Как буревестник сквозь бури и дожди ты летишь над пучиной океана к своей свободе она в дали туманной,
Пусть скалы мощные, как стены крепостные, грозятся тебе путь закрыть, а волны встают ледяные, но дух твой страху не укротить.
В тумане горькой перемены, где горизонт едва виден вдали, ты помни: в сердце — огонь нетленный, он вспыхнет, чтобы путь найти.
Упорство — парус, что ловит надежду, когда вокруг лишь тьма и гром, оно поднимет тебя над бездной и озарит путь огнём.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

Твои мечты рассвет найдут, а трудности они — как будто перевалы, что к горным высям возведут.
И каждый камень на дороге, что больно ранит босый след, становится ступенью к Богу, к вершинам праведных побед.
Умей читать следы на тропах — они расскажут про былое: кто падал и вставал в потопах, тот обретал своё живое.
Так шагай, не опуская взора, сквозь мрак и холод, сквозь года, ведь даже в самой тёмной ночи горят звёзды в небе всегда!

Когда идёшь дорогою судьбы, и вьётся тропка через годы, не избежать тебе борьбы, умей терпеть её невзгоды,
Она петляет средь густых лесов, где тени тихо шепчут за спиной, иди смелей, Господь в сердце с тобой.
Судьба — как горная река: то тишь зеркальная, то — пропасть сквозь валуны и облака, то, как птица, вдаль уносится.
Терпение — твой крепкий щит, а мудрость — меч в руке надёжный. Пусть гром гремит, ты знай: за бурей свет возможен.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

Преграды — словно перевалы, что к солнцу возносят шаг. Там, где орлы кружат устало, ты обретёшь свой Божий знак.
А боль — как дождь в степи сухой: что хлещет резко, но питает. Из трещин — росток молодой, из слёз — мечта засияет!
Следы на тропке — не случай, в них опыт, выжженный огнём. Кто падал, но вставал ночами, тот стал закалённым клинком.
И даже в самой чёрной мгле, где звёзды спрятались от боли, есть тихий свет на земле, росток надежды, полный воли.

Так шагай, не опуская глаз, сквозь холод, ветер, гул времён, дорога — как лабиринт без света, ты разожги огонь.
Судьба — как горная река: то тишь, то буйство пенных вод. Сквозь камни, скалы ведёт путь вперёд,
Терпение — как крепкий щит, что не пробьёт стрела беды. А вера — как факел, горит сквозь мрак и холод пустоты.
Преграды — словно стены гор, что к солнцу вознесли хребты. Но знай: за каждым поворотом тебя ждут новые версты.

Выдержка — компас в руках сильных, умелых, что верно ведёт сквозь мрак и шторм, отчаянных и смелых,
Вера — маяк на краю вселенной, его свет никогда не погасят ветра, он горит там, в дали сокровенной, где ждёт тебя мечта.
И когда злая буря вдруг стихнет, рассеется мгла и туман уйдёт, ты увидишь, как солнце вспыхнет, как заря над тобою взойдёт.
Там, у берега, сквозь тернии, сквозь рок, где волны ласкают песок, ты поймёшь: ты прошёл и достиг родной порог.

… показать весь текст …

Неудавшийся побег

Я сердцу подготовил план побега
Из клетки рёбер, спутанных тоской,
Туда, где нет ни «альфы», ни «омеги»,
А лишь туман и призрачный покой.

Я рассудил: к чему терпеть удары?
Зачем сгорать в бессмысленной борьбе?
Пусть разум тушит глупые пожары
И учит равнодушию к себе.

Маршрут прочерчен мимо ожиданий,
В обход надежд и выжженных мостов,
Без лишних слёз, без горестных прощаний,
В мир тишины и ледяных пластов.

Там нет тревог, что душу рвут на части,
Там память — словно выцветший гранит.
Там мы спасёмся от земной напасти,
И время ничего не сохранит.

Я всё учёл. Я выверил дорогу,
Собрал в кулак остатки бытия...
Но сердце, вопреки всему и Богу,
Спросило тихо: «Ты возьмёшь меня?»

Оно сказало: «В пустоте нет смысла.
Без боли нет и радости глотка.
Жизнь — не итог, не просто факт и числа,
А бурная, неверная река».

И я застыл у самого порога,
Сжимая карту, ставшую золой.
Не избежать, что изнутри дорога
Пропитана любовью, как и мглой.

План идеален был, но бесполезен.
От собственной судьбы не улизнуть.
И мы шагнули в мир, что так любезен
И так жесток. В свой бесконечный путь.

18.03.2026 г.
… показать весь текст …

ПОСЛУШАЙ

Я тебе расскажу про любовь –
Это дивное чувство природы.
Только ты подожди, не злословь:
У семян полноценные всходы.

Я тебе подарю не звезду,
А душевную звучную гамму,
И две жизни я рядом сведу:
Я люблю тебя больше, чем маму.

Проживу мне отмеченный срок,
Расплескаю ль душевную чашу…
Но любовь – это все же порок,
Только жизнь украшающий нашу.

В повседневном труде ль, на войне
Для меня – это лучшее средство.
Ах, сложить бы его нам вдвойне
Да и детям оставить в наследство.

БЛАГОСЛОВЕНИЕ

Ты одел мне на палец кольцо,
Я от радости вся онемела.
И горело зарею лицо,
Нужных слов я сказать не сумела.

А священник крестом и водой
Делал легкие пассы и жесты,
Говорил: «Перед всякой бедой
Я желаю всегда вам быть вместе.

В жизни много соблазнов, утех,
Только счастья вы в них не ищите.
И совсем непростительный грех,
Если мать и отца вы не чтите.

Вам в согласии жить и добре,
Ловить счастье, хотя б на мгновенье,
И в веселой своей детворе
Постоянно искать вдохновенье.

Как бы жизнь ни была хороша.
Но на все существуют причины…
Я хочу, чтобы ваша душа
Была доброй до самой кончины».

ЛЮБОВЬ

Писали многие поэты
О ней в былые времена,
До нас дошли ее приметы,
И среди нас живет она.

Но я не верил тем приметам,
И чувств душевных не имел,
И говорил еще при этом,
Что для нее я не созрел.

Но годы бешено летели,
И сердцу чудилась весна,
И мне в какой – то день недели
Вдруг повстречалася она.

Она ничем не привлекала,
О ней я в жизни не мечтал.
Но что – то сердце волновало
И обжигало как металл.

И все во мне переменилось.
С тех пор покоя я не знал,
И понял я, что – то случилось,
Что в жизни каждый испытал.

Способ согреться

Нет тепла и мало света.
Я у озера один.
Не пришло на север лето.
Тьма и холод впереди.

Раздеваюсь и ныряю
Прямо в омут с головой.
Здравствуй, бездна ледяная!
Принимай! Теперь я твой.

Пять минут. И снова берег.
Ах, какая благодать!
Здесь теплей. И я уверен –
Можно даже загорать.

МЫСЛИ О ВЕЧНОМ

Я не ищу себе пророка,
Живу не мыслию одной.
Возможно я по воле рока
Шагну когда – то в мир иной

Но я не верю в неудачу
На скользком тернистом пути.
И если падаю, не плачу,
Мне все равно надо идти.

И путь мой - вечная отрада,
В нем есть начало и конец.
Пусть грешник я, но мне наградой
Терновый будет все ж венец.

А в жизни многое сравнимо -
Своя, чужая ли беда,
Но не горит костер без дыма,
Не греет яркая звезда.

Свою имеет счастье цену,
Культура – зеркало души,
Иной с трибуны «гонит пену»
И с перестройкой не спешит.

А кто – то просто выжидает,
Авось наступит звездный час,
Когда – то ж буря затихает –
Такое было уж не раз.

Но в массе бурного потока
Случалось всякое не раз,
Возможно в нем по воле рока
Пробьет и мой последний час.

ПОСВЯЩАЕТСЯ N. N

Я расстался с тобой, дорогая,
Но не знаю, по чьей уж вине.
Может, жизнь наступила другая
Или жребий такой выпал мне?

Я люблю, но теперь уж не женщин,
Видно, стал я для них грубоват,
Хотя чувств моих вовсе не меньше
И они возросли во сто крат.

Я люблю эту весну и осень,
Синевою, что дышат во мгле.
Я люблю тебя, Родина, очень,
Что растишь ты меня на земле.

И остался мне в жизни наградой
Милый образ, тоскою гоним.
Но мне личного счастья не надо,
Лишь жилось бы счастливо другим.

РУКИ МАТЕРИ

Милые добрые руки,
В них столько любви и огня!
При встрече и при разлуке
Они обнимают меня.

Суровые годы, как муки,
Чуть – чуть вспоминаются мне –
Вот эти с мозолями руки
Трудились в любимой стране.

Пахали и сеяли в поле,
Солдатское шили белье
Чтоб страшных войн не было боле,
Чтоб дружное стало житье.

Их руки - могучая сила,
Опора в решающий час,
Поэтому так они милы
И дороги в жизни для нас.

И я, пребывая в разлуке,
Смотрю на вечерню зарю,
Но чувствую матери руки.
Которые благодарю.

Мне звёзды.

Пусть не вознёсся я до облаков, не коснулся звёзд рукой, но в сердцах, как отблеск рассвета, остался след мой живой.
В чьих-то снах — мой тихий свет, что согрел в холодный час, словно искра у костра, что не гаснет в поздний час.
Я шагал по глухим тропам, где туман клубится в тени, где дорога шепчет тайны и упрямо вела через дни.
Каждый шаг — как борозда в земле, где семя правды легло, где усталость — лишь преграда, а надежда — крыло.

Бывали тропы, где камни остры, как слова, что режут душу, но учат быть тверже, уверенней всегда.
Я видел долины, где травы поют о былом, где реки, как судьбы людские, текут за далёким холмом.
Сквозь чащи, где ветви — как руки, что путь преграждают во мгле, где эхо минувших шагов замирает в холодной земле.
Я в сердце нёс пламя, что ветры не смогут задуть, сквозь дожди и грозы, сквозь долгую злую жуть.


Мне звёзды, как знаки, указывали верный маршрут не к славе, не к власти, а к людям, что в сердце живут.
Где путь становился тропинкой едва заметной, где каждый шаг — испытание во тьме беспросветной.
Теперь смотрю на багряный закат, опускается над землёй, я вижу, что мой путь был непростой,
Как узор из мгновений, ветров и дождей полос, из встреч, расставаний, надежд и солёных слёз.

Как росток сквозь камень тянется к свету и небесам, так и я сквозь вьюги, бури стремился к своим мечтам.
Не сломили меня ветры, не сковал мороз мою душу, я нёс в своём сердце огонь и верил, что пройду сквозь лютую стужу.
В пыли дорог остались следы моих ног, в них отметины решений, поворотов, вехи тревожных шагов.
Где-то боль была компасом, где-то радость — маяком, где-то надежда, как опора, стала крепким мостом.

И теперь, когда закат окрасил небеса в пурпур и медь, я могу сказать без страха: мне есть что беречь.
Не в высоте — моя сила, не в блеске дальних звёзд, а в том свете, что в пути оставил, в тех сердцах, что нёс.
Пусть не стал я солнцем — но горел свечой в темноте, пускай не летел — а шёл, но остался мой след в мечте.
И пускай дорога долгая — я иду, не торопясь, зная: путь не измеряется далью, он — в том, что остаётся в нас.

Мне звёзды, как знаки, указывали верный маршрут не к славе, не к власти, а к людям, что в сердце живут.
Где путь становился тропинкой едва заметной, где каждый шаг — испытание во тьме беспросветной.
Теперь смотрю на багряный закат, опускается над землёй, я вижу, что мой путь был непростой,
Как узор из мгновений, ветров и дождей полос, из встреч, расставаний, надежд и солёных слёз.


И каждый миг был дорог, полон добрых слов, мне — трепетный, живой, когда рассвет меня касался, в нём живёт огонь основ.
В чьём-то дыхании останется светлый дымок, если кто-то улыбнётся без повода моих мечтаний тайный огонёк.
Я встретил мост, когда шагнул меж берегом и тьмой, свой страх преодолев, я по нему прошёл за своей мечтой.
Моя судьба — не мраморный гранит, она как ветер, что колышет облака, и тёплый след, что в памяти хранит.

В каждом шаге суть моя скрыта, в изгибах русла, в игре света и тени, где каждый камень как урок, ведёт к новой ступени.
Как речка, что меж камней петляет, не стремится стать морем — но жажду путнику утоляет, каплями росы цветы наполняет,
Я как будто свеча в полутёмном доме, согрел чьи-то руки, блеснул в глазах, но не уберёгся от горькой разлуки.
Я — след весла на глади голубой, мимолётный, но полный значения, он исчезает — но несёт с собой волну надежды, полёт вдохновения.

Мне звёзды, как знаки, указывали верный маршрут не к славе, не к власти, а к людям, что в сердце живут.
Где путь становился тропинкой едва заметной, где каждый шаг — испытание во тьме беспросветной.
Теперь смотрю на багряный закат, опускается над землёй, я вижу, что мой путь был непростой,
Как узор из мгновений, ветров и дождей полос, из встреч, расставаний, надежд и солёных слёз.

… показать весь текст …

Разрушенная Церковь у села

Разрушенная Церковь у села,
В стенах её застыл немой укор.
Разбиты и раздеты купола
И окон молчаливый взгляд в упор.
В своей беде не одинока ты,
Такого горя на Руси не счесть.
Украли с гордых маковок кресты,
Но с вами не запятнанная честь.
Когда-то люди приходили к вам
Невзгодами и радостью делясь.
Всегда был утешеньем Божий Храм,
Какая же беда сейчас стряслась.
Взрывали и крушили вашу стать,
Святые Лики на кострищах жгли.
Но душу не сумели отобрать
И веры чистоту вы сберегли.
Не приклонились Церкви купола,
Слеза разбитых витражей блестит.
Глумясь сорвали с вас колокола
И над Россией тишина звенит…

Мой Ангел рядом, Он со мной

Мой Ангел рядом, Он со мной,
Идём по жизни шаг за шагом.
Навряд ли будет путь простой,
Но то, что жив, считаю благом.
Во всём мне Ангел мог помочь,
И день, и ночь не расставался.
Мои сомненья гнал Он прочь,
Мне верным другом оставался.
Во всех делах мог дать совет,
Он на века мой Покровитель.
Укрыв крылом, спасал от бед,
Дарован небом мне Хранитель.
Жизнь мне не кажется простой,
Но жизнь свою считаю благом.
Мой Ангел рядом, Он со мной,
Идём по жизни, шаг за шагом…

Защити от злобы, Боже

Защити от злобы, Боже,
Чаша пусть сия минует.
Во злобе нам жить не гоже,
Пусть в сердцах добро ликует.
Огради нас от напасти,
Отведи от дома горе.
Укроти наживы страсти,
Шапка пусть горит на воре.
Научи, как стать добрее
Чтоб душа не очерствела.
Помоги нам стать мудрее,
Чтоб Отчизна уцелела.
Поддержи в лихое время,
Подскажи, где сил набраться.
С нас сними ошибок бремя,
Разреши людьми остаться…

Был амнистирован войною

Забыть, что было, не могу,
Мне память не даёт покоя.
Перед погибшими в долгу,
Вернулось мало нас из боя.
Не пожалела смерть ребят,
Да не взяла меня с собою.
Что жив остался, виноват,
Был амнистирован войною.
Вас никогда мне не забыть,
Друзьями были, не чужими.
Вы, как и все, хотели жить,
Остались вечно молодыми.
Хоть уцелел, живу в долгу,
Жизнь не дарует мне покоя.
Забыть друзей я не смогу,
Вернулось мало нас из боя…

За строем строй, за облака

За строем строй, за облака,
Уходят Русские Солдаты.
Дорога в вечность далека,
От нас уходите в закаты.
Ну, вот и всё, окончен бой,
Других боёв уже не будет.
Вы не отправитесь домой,
Но кто за это Вас осудит?
Навеки Ваш окончен путь,
Его достойно прошагали.
Настало время отдохнуть,
Прощай война, отвоевали.
Не довелось Вам уцелеть,
Нелёгкой доля оказалась.
Вам никогда не постареть,
Пускай дорога оборвалась.
Вас путь уводит в никуда,
Его, начав, не обернётесь.
Ушли от нас Вы навсегда,
Но рядом с нами остаётесь.
Дорога в вечность далека,
Её открыли Вам закаты.
В края небес, за облака,
Уходят Русские Солдаты…

Стол называли Божья Длань

Шла жизнь в деревни по другому,
Пришёл рассвет, настала рань.
С любовью относились к дому,
Стол называли Божья Длань.
Была семья, а не потреба,
Дела хвалили, не слова
И точно знали цену хлеба,
И что всему он голова.
С утра до вечера пахали,
Своя земля, чужой не трожь.
Зерна за Лето запасали,
Как ароматно пахла рожь.
Сейчас всё стало по другому,
Рассвет к концу, да это рань.
Ты относись с любовью к дому,
Накормит вдоволь Божья Длань…

Что случилось, вытри слёзы

Что случилось, вытри слёзы,
Это просто страшный сон.
Это просто ночи грёзы,
Что крадутся из окон.
Дай поправлю одеяло,
Рядом тихо посижу.
Чтоб тебе спокойно стало
Твой покой посторожу.
Я с тобою, успокойся,
Засыпай скорей малыш.
По удобнее устройся,
Страх ушёл, а ты не спишь.
Нос к подушке прикоснулся
И не громко засопел.
В сон хороший ты вернулся,
В нём, как птица, полетел…

Вся наша жизнь, каприз фортуны

Вся наша жизнь, каприз фортуны,
От первых дней и до седин.
Мы, как в открытом море, шхуны,
Плывём в тумане между льдин.
Сняв паруса, давно дрейфуем,
Теченье сносит в океан.
Уже от мысли не бунтуем-
Что ты матрос, не капитан.
Кому-то счастье улыбнётся,
Он гавань тихую найдёт.
В ней до поры он остаётся,
Но всё равно на дно пойдёт.
Стремясь вперёд, борта ломаем,
С надеждой смотрим, где земля?
И слишком поздно понимаем,
На шхунах наших нет руля…

За жизнь мою, земной тебе поклон

Достался мне, потёртый, медальон,
В нём сохранилось, юной мамы, фото.
За жизнь мою, земной тебе поклон,
Из глаз слеза, видать попало что-то.
Тебя нет рядом, дом наш опустел,
В нём поселилась горькая разлука.
Сказать тебе, о многом, не успел,
Болит душа, сжимает сердце мука.
С тобою споря, часто был не прав,
Но ты ушла, теперь мы не доспорим.
Жить не легко, потери боль познав,
Скрывая боль, в глазах её не скроем.
Держу в руках, потёртый медальон,
Раскрыв его, коснусь губами фото.
За жизнь мою, земной тебе поклон,
Из глаз слеза, видать попало что-то…

Щурится блаженно солнышко весной

Щурится блаженно
Солнышко весной,
Лучик вдохновенный
Льётся новизной.

В юность приглашает
Яркий, озорной
И преображает
Этот мир земной.

Мёдом первоцвета
Угощая нас,
И ключи от лета
Нам вручая враз.

Дав благословение
Радужным мечтам
И, проникновенно,
Рай даруя нам.

И весны желанной
Ощутим мы вкус,
В красоте туманной
Усыпляя грусть.

Где уже витают
Запахи весны,
Радостно вдыхая
Сладостные сны.

И аккордом счастья
Запоёт душа,
На волнах нирваны
Нежась неспеша.

© Copyright: Созинова Луиза, 2026
Свидетельство о публикации №126032501651

Гребень волны

В застывшем воздухе, где время, словно воск,
Тягуче капает, замедлив вечный бег,
Родится чувство, чей мотив небросок,
Но тяжестью напоминает век.

Томление. Безмолвная тюрьма.
Желанье смутное, что ищет воплощенья,
И в голове, и в сердце — кутерьма,
И дух зажат в тиски сердцебиенья.

Как семя, спящее под коркой ледяной,
Как тишина перед ударом грома,
Оно звенит натянутой струной
И не находит выхода из дома.

В нём — жажда действия без права на рывок,
В нём — пустота, что грезит наполненьем…
Но вдруг, ломая этот потолок,
Приходит Он — внезапным озареньем.

Поток. Река, прорвавшая затор.
Слияние танцора с ритмом танца.
Где нет того, кто смотрит на простор,
А есть лишь бег, сиянье и пространство.

В Потоке растворяется «моё»,
Исчез контроль, сомненья и причины.
Ты не куёшь упрямо бытиё —
Ты сам скользишь по острию пучины.

Томленье — словно сжатая пружина —
Цена застоя, поиск глубины.
Поток — полёт, и в нём одна вершина:
Быть гребнем на поверхности волны.

24.03.2026 г.

Дождя жемчужины

Блестят в сиянии Луны
Дождя жемчужины,
Связав из нитей тишины
Узоры кружева.

И в каждой капле — тихий свет,
Мечты хрустальной,
Как будто нежный их завет
Звучит прощальный.

И шёпот тихих облаков,
Как откровение,
Несёт в себе дыхание снов
И вдохновение.

По лунным нитям серебром
Скользят мгновения
И тает ночь под их теплом
В волнах забвения.

В тиши рождается покой,
Душа светлеет,
И мир, умытый тишиной,
Любовью веет.

А утро, тронув небосвод
Лучом влюблённым,
Все тайны ночи унесёт
В мир обновлённый.


© Copyright: Созинова Луиза, 2026
Свидетельство о публикации №126032602636

В небе алые зарницы.

Я голову свою склоню перед ветераном. И лишь одно я прошепчу ему: «Спасибо вам, что мир вы сохранили. Вы кровью проложили путь к нему».
Красные маки — капли крови, что не забыть. в сердце память бережно хранит, чтобы потомкам передать эту нить.
Салютом взлетает — звёзд каскад, как будто души тех солдат, что шли за нас в смертный бой, нас спасая собственной ценой.
Седина — как иней на висках, шрамы — карты давних боёв. дедов взгляд — в нём боль и сила, и весна, что фашистов победила.

Над землёй, что стонала в дыму и в печали, рассвет пробивается — алый, живой. как будто факел, зажжённый в тиши грозовой.
Я склоню перед дедом седым свою голову, шепну ему тихо: «Спасибо, родной. за то, что рассвет этот ясный стал возможен ценою большой».
Он молча кивнёт, взглядом вдаль глядит, в глазах — отблески тех дней, где юность, опалённую войной, память хранит.
Салют взмывает — звёздный каскад, как души солдат, что уже на небесах. каждый залп — это память, что живёт в наших сердцах.

В небе — алые зарницы, словно знамёна в бою, каждый шаг — сквозь дым и пламя, где солдаты шли бесстрашно, защищая землю свою.
Майский ветер над полями в шорохе берёзы, в каждом крике журавлей — отзвук залпов тех сражений, отблеск огненных ночей.
Салют взмывает ввысь — над Россией, в небе звёздный хоровод огней, будто души воинов встали в вечный караул над ней.
Пусть же память, как река, течёт сквозь времена, майский ветер, пой о них, о героях, тех, чья слава — навсегда.

Весна сорок пятого — птица свободы, фашизма оковы разбиты, расправила крылья над миром, что русскими солдатами добыта.
И в майский день, когда цветёт сирень, «Спасибо!» — скажем тем, кто был со смертью так близко, зажжём мы свечи у гранитных обелисков.
Пусть память, как река, победа — не просто дата, течёт сквозь года, а несёт имена, кто ушёл в небеса, за свободу навсегда.
Красные маки — как капли крови застывшей на полях, где шёл смертный бой. они шепчут нам голосом памяти: «Не забудьте, потомки, подвиг святой».


Фотография в альбоме — взгляд солдата смотрит на меня, мгновение застывших лет, будто шлёт нам свой привет.
Мы несём цветы к обелиску, где на граните имена героев навсегда, а память — словно тонкая искра, что не забудет подвиг никогда.
Восход кровавый — он как победы знамя, что над Рейхстагом поднял русский солдат. мир в сердцах поселился, и у людей счастливый взгляд.
Ветер шепчет липам у дороги, шепчет колоскам в степи. День Победы — свет восхода после долгой, тёмной тьмы.

В небе — алые зарницы, словно знамёна в бою, каждый шаг — сквозь дым и пламя, где солдаты шли бесстрашно, защищая землю свою.
Майский ветер над полями в шорохе берёзы, в каждом крике журавлей — отзвук залпов тех сражений, отблеск огненных ночей.
Салют взмывает ввысь — над Россией, в небе звёздный хоровод огней, будто души воинов встали в вечный караул над ней.
Пусть же память, как река, течёт сквозь времена, майский ветер, пой о них, о героях, тех, чья слава — навсегда.

… показать весь текст …