Лучшие статусы всех категорий. - Страница 1812

Сказка про Кощея (ч. II)

2.

В селении глухом, убогом, -
от силы дюжина дворов,
народ, давно забытый Богом,
жил - хлеб растил и пас коров.


Средь всех селян - один, в печали,
жил на отшибе, у реки.
Его и бабы почитали,
и уважали мужики.


Старик был честный, но строптив.
Уж год, как жинку схоронив,
не устрашась смурных годин,
стал дочь свою растить один.


Она стройна была, как ива,
умна, хитра не по летам.
Росла быстрее, чем крапива,
и уж невеста - вот-те вам!


Походкой гордой - важной павой,
с утра, босая, по росе...
С мальства отец прозвал "забавой",
теперь Забавой кличут все.


Старик глядит, души не чает,
но с высоты своих седин
хитро всё чаще примечает -
любуется не он один.


Бывалый парень и здоровый -
Олег, мытищинский силач;
на плечи он берёт корову,
сгибает кочергу в калач.


Ему Бог с детства силу дал:
юнцом подковы разгибал,
тащил полны улова сети
и без ножа шёл на медведя.


Весной Олег уехал в город,
отцу на рынке помогать
(должна была поехать мать,
но на сносях была в ту пору).


К исходу лета воротился,
помочь селянам хлеб убрать.
Забаву увидав, влюбился
в её взрослеющую стать.


Весь местный люд до ночи в поле:
мужик молотит, баба жнёт;
чтоб Рождество отметить вволю,
и до весны не знать забот.


Забава здесь. С серпом горбИтся.
Олег втиху следит за ней:
как в поясе к земле склонится,
так он влюблён ещё сильней.


*

Узрев Забавушку намедни,
Олег, другого дня, к обедне,
собравшись с духом, мысль ловка,
стучит в ворота старика:


- Тебе здоровья дни и ночи,
хозяин добрый, долгих лет!
А что ж, Забавы дома нет? -
спросил он, как бы между прочим.


- Какая надобность в Забаве? -
в ответ - старик его пытать.
- Я ставлю дом себе в дубраве,
и ей желаю показать.


- И что за радость - на границе
отшельником жить, точно зверь?
А дочь моя в своей светлице,
и ей неможется теперь.


И сделав строгое лицо,
хозяин молвил: "В другий раз!"
Забава вышла на крыльцо:
- Нет, тятя, я хочу сейчас!


*

Сколь вёрст той ночью на коне!
Их счёт известен лишь луне.
Холмы, река, да лес дают
двум душам любящим приют.


3.

... Белеет небо, звёзды тают,
до зорьки время не далече, -
от тьмы Ярила небо лечит,
влюблённых к жизни возвращая.


Боится дева в час прощанья -
мол, зол отец и будет рад
поизголяться в порицаньях
за давешний их променад.


Олег с подругой согласился,
вечор он зря погорячился:
- Как соберусь к тебе, о том
враз сообщу своим письмом.


- Каким письмом? (в глазах досада)
Вот уж бредовая идея!
Чего удумал, это ж надо!
Я и читать-то не умею.


- По что кручина пуще тучи? -
Олег с улыбкой молвил ей.
- Я тоже грамоте не учен,
сказал, чтоб сказ был красивей.


*

На небе солнце заиграло.
С утра всяк видеть его рад.
Хотя вчера точь так вставало,
но время не вернуть назад.


Должно как быть - так и случилось:
им явь не отличить от снов.
Их дружба детства превратилась
в большую чистую любовь.


Олег уже давно готов
к Забаве в дом заслать сватов.
Мечтает он свою подругу
назвать законною супругой.


Её отец согласен дочку
вести к Олегу под венец.
Тут бы и сказочке конец,
я рад бы здесь поставить точку.


Но это только часть преданья,
ещё не всё успел сказать;
конец для тех, в ком нет желанья
с героями переживать


букет из чувств, сплетённых вместе:
бутон любви с колючкой мести,
вьюн страха, рядом веры цвет -
добро и зло вошли в букет.


4.

... Не тащит больше лошадь сани,
река уж победила лёд,
его огромными кусками,
своим течением несёт.


Весна. Светлеют небеса.
Птиц оглашенных перезвон.
И на деревьях контур крон
растёт почти что по часам.


В столичном храме купола
горят и в перезвоне тонут.
В Мытищах тоже сладкозвонят
в часовенке колокола.


В селении играют свадьбу.
Гуляют так, что вся усадьба
трещит от тостов удалых -
пьют за здоровье молодых.


Затем во двор, гуртом, на танцы, -
работа бубнам и гуслЯм.
Что на столе могло остаться,
допьют, конечно, опосля.


От выпитого кровь не стынет,
всё веселей идёт гулянье.
Средь мужиков уж состязанье -
речной валун кто дальше кинет.


В том испытании мужчин,
Никита - рослый исполин,
взял верх, как то - свечу задул,
за десять саженей метнул.


- За молодых! - кричал Никита,
махая чаркою с вином...
Не все бадьи ещё разлиты,
но все в угаре уж хмельном.


Без счёта пили, обнимались,
орали песни - не унять.
Под утро, за кресты цeпляясь,
через кладбИще провожать


друг дружку стали мужики.
По ходу клялись и братались.
И, развязавши языки,
зачем-то, наконец, подрались.


Остерегаясь мужа нрaва,
теперь супружница - Забава,
дала Олегу лоскуток,
в нём был зашит степной цветок.


Не поднимая глаз, деваха,
стыдливо удалилась прочь;
цветок не дать поможет маху
супругу в перву брачну ночь.


Олег лоскут за платье сунул.
Цветок, шипом вонзившись в грудь,
для Леля стрел укажет путь;
Олег сейчас о том не думал.


Узрел он в чаще ивняка,
нетрезвым взором, чужака.
Тот на коне, огромный ростом,
следил из чащи за погостом.


Через лицо шрам - в глубь седин,
не русский шлем, на нём рога.
По всём видать, что господин,
что только дьяволу слуга.


Весь чёрный был на нём покрой,
и конь, как дёготь, вороной,
и только волосы до плеч
белы, как слёзы сальных свеч...


*

Олег гостей распроводил,
а в мыслях молот с наковальней
и в предвкушеньи поспешил
к супружнице в опочивальню.



5.

... Засушлив день, на небе ясно.
Олега занимал покос.
Забава с Лизою да Настей
грибы искала меж берёз.


Уж кузова полны, им мало,
в глушь шаг за шагом - не робей!
Кукушка брешет средь ветвей.
Беды ничто не предвещало.


Как вдруг верхом из тёмной чащи
зловещий всадник скачет к ним.
Скатившись в балку Лиза с Настей
Забаве крикнули: "Бежим!"


Бегут домой, себя не помня.
Забава, с посохом в руках,
задумав задержать погоню,
остановилась, пряча страх.


Махая им, как булавою,
стреляя искрами из глаз...
(Эх! Баба русская собою
прекрасна даже в жуткий час!)


*

На поле девки прискакали,
чуть не попали под косу
и, задыхаясь, рассказали,
что приключилося в лесу.


Олег злой, будто волк точь-в-точь,
среди стволов бродил всю ночь.
У балки, средь холодных скал,
забавы посох разыскал.


Упав, бил землю кулаками -
жар в голове, в спине мороз -
траву рвал горькую зубами...
Никто не видел этих слёз.


Переживая сердца муки,
взяв этот посох крепко в руки,
ни с чем вернулся он домой,
с лица случившись сам не свой.

… показать весь текст …

Зимой занесутся следы на снегу,
А летом осадки их смоют.
Читая молитвы, вперед я бегу,
Боясь, что дорогу закроют…

Если волк наелся, это еще не значит, что он наохотился.

Одностишия 136

Мы формируемся пройдя сквозь деформации.

Одностишия 135

Скриншотом ссоры стал синяк под глазом.

Одностишия 134

Изменщица -ты варишь мне рожки!

Одностишия 133

Хотелось флирта, а попал на кастинг.

Одностишия 132

На цыпочках по цыпочкам не бегают.

Одностишия 131

Все средства он всегда хранил... в аптечке.

Странно когда твои друзья тебя разочаровывают, а тебе плевать, будто ты знала что это произойдет, знала и ждала... Такое наводит на мысль, что эти люди и не друзья значит. Нужно просто их отпустить, и продолжать двигаться в новом направлении, в новую главу.

Движение к лучшему делает твою жизнь интереснее, со смыслом, желанная борьба с апатией, ленью и усталостью делает тебя сильным, а усердная работа над собой — успешным.

Юмор в картинках

Хочешь идти по кратчайшему пути, обходи соблазны.

Говорят, что надо старое убрать

Говорят, что надо старое убрать.
Что-то обновить и поменять:
фикус в кадке - полный ретроград,
да и слоники на полочке стоят.
Фотографии в тарелках на стене,
А тарелкам место на столе,
и не надо и не надо говорить,-
Там я с мамой - нам не вечно жить!
Нет, чтобы затеять бы ремонт:
фикус всей помойке на поклон,
книги пыльные, им тоже всё равно -
ждут приёмщики во вторсырье давно.
Да и это чудо с бахромой -
абажур почти всегда слепой,
словно свет уходит весь в него
и не остаётся ничего...
***
Я один среди своих картин.
Фикус свою тень дарит один.
Книги в ряд, пусть пыльные, так что ж -
завтра тряпку в руки, пыль сметешь!
И баюкает, как в колыбели абажур -
бахрома ресничками в ажур.
Ну, а новое неоном вновь в окне,
отраженьем "Пиццы" на стене...

В мире нет гарантий безопасности — есть лишь люди, которые живут либо в страхе, либо на войне.

О грядущем переломе

Вселенская премудрость...
Уроки истории в прок не пошли цифровой
цивилизации 21 века!)
…
Дензнаки превратятся в пепел от языков вселенского костра.
Мир земной отойдет от мерзкого вещизма и
эры потребительства дикого?!
Эта нынешняя жажда наживы, ложь и
коварство капиталистов угнетают души
....трудяг и простого людв Земли?
Такая безумная цивилизация скоро будет
низложена до пещерного уровня.
Ибо земляне так и не поняли до конца
своего предназначения и смысла жизни
духовной, а не животной?

Одностишия 127

А "попа с ручкой" - брак поэта с инстасамкой.

Одностишия 126

Как силу лени поменять на силу воли?

Одностишия 125

Ошибка дурака - всегда поступок умный.

Одностишия 124

БАБуллинг у подъезда круче буллинга.

Одностишия 123

Мне память изменила с Амнезией.

Одностишия 122

А жизнь идёт в обычном АЛКОритме.

Одностишия 121

Огромный супружеский долг оставлен в рассрочку соседу.

Нет тепла

Нет тепла и любви у цветущей весны,
в замешательстве нервы с инстинктами.
После вязкой зимы клетки тела больны,
их не вылечить просто картинками.

Надоело крепиться, храбриться, терпеть,
быть швейцаром, служа злобной Маре.
Пустозвучные гимны обрыдло мне петь.
Кровь густа при пустой стеклотаре.

Лень траву покосить, легче ядами сжечь.
Новый гимн неохотам и лени.
Таню Ларину с Машей Мироновой - в печь,
Троекурову Машу по фене.

С ленью я не борюсь, есть догадка - боюсь.
Хуже гимнов слащавые оды.
Мягкотело своих мягких крыльев стыжусь
почему-то кому-то в угоду.

Век жалею о том, что повсюду я гость,
жаль - комфорты с уютами временны.
Жалость больно глотать, колет в горле, как кость
и убога злость строк неуверенных.

Слой грунтовки спешу на ржавьё наложить,
серебрянкою вскрыты фанфары,
я в них кашляю пафосом, чтоб ублажить
темпом марша безвкусицу Мары.
_ _ _

Наизнанку бы вывернуть

Наизнанку бы вывернуть
всю прошедшую жизнь!
Только глянец тех вывертов
долго ль будешь носить?!
Всё опять разойдётся,
но уже пострашней.
Дырам вдосталь неймётся,
на изнанке твоей!

Манят песенные дали...

Манят песенные дали,
Свет божественных небес,
Там живут мои печали,
Там любовь живёт окрест,
Там всегда я гость желанный
В сонме дремлющих берёз,
Край мой милый, златотканый,
В хрустале волшебных рос.
Впереди лежит дорога,
За верстой версту верстай.
Дай, Господь, мне сил немного,
Чтоб узреть твой дивный рай.
Лик я радостный не скрою,
Пой душа моя ты, пой.
Пахнет ширь полынь-травою,
Брызги солнца надо мной.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев
Читает: Михаил Киселёв

Густеет ночь над деревушкой...

Густеет ночь над деревушкой,
Выходит месяц молодой,
Дымок клубится над избушкой,
Кудряшки стелет над рекой.

Выходят звёздочки над лесом,
Шумит в низине ручеёк.
Спит под сосной заря-принцесса,
Разбросив косы у дорог.

С лугов несёт теплынь и нега,
Резвятся в роще ветерки.
Июль завис на кромке неба,
В глазах застыли васильки.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Берёзовый рай на опушке...

Берёзовый рай на опушке,
Лугом - ромашковый рай.
Зорька висит над речушкой,
Слушает птичий грай,
Струит кудельки золотые,
Глядится в речную гладь.
Тучки застыли младые,
Зорюшки зрят благодать.
Ветер затих на пригорке,
Млеет в тисках духоты.
День подоспел на задворки,
Взгляд не ведёт с лепоты.
Зорька вздохнула счастливо,
Спряталась в лоно берёз.
День зарыдал торопливо,
Ветер не прятал слёз.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Позабыты - позаброшены

Глаза Богов я вижу-северные камни,
Разбитый лёд прошедших лет,
Нет капищ и закрыты ставни,
Пропали хороводы, канул след.

Леса, болота не колдуют,
Чертополохом веси заросли,
Там нечисть углями потухшими пируют,
Зарю украли да мечами посекли.

В деревне тропы стали коротки,
Или давно их след уже простыл,
Там доживают век свой старики,
Бурьян к калитке путь давно закрыл.

А ветер воет, не гуляет,
На травах в поле он грустит,
Что никого он не встречает
И печка в избах не дымит.

Не напугает Леший встречных,
На ёлке плачет он смолой,
И Домовой в скитаньях вечных,
Не попадёт теперь домой.

На краде догорел вдали закат,
Под мириадой ярких звёзд,
Летящий ворон — ночи брат,
Накрыл крылом заброшенный погост.

Кикимора нечистых зазывает
И бродит у истлевшего крыльца,
Но проклинать кого она не знает,
Остался только пепел от светца.

В глуши лесов стоят понуро,
Прогнивший сруб, плетень, амбар,
В ночное небо смотрят хмуро,
Сквозь крыши виден лунный шар.

Зловещий клик, ведунья позовёт,
Откроет лик пророчица сова,
Но человек тут больше не живёт
И бродят бренно только существа.

2014 / 28.11.21
Krestoff
… показать весь текст …

Грехи

Грусть молчит за спиной в тишине,
Может черная весть, может знак,
Белым днём и ночью во сне,
Не найду я покоя никак.

Меня режут на части грехи,
Колит в сердце скос на ноже,
С серых улиц тени пришли,
И остались мучить в душе.

Обжигает на сердце, кипит,
Рана тысячи чёрных речей,
И в груди посерёдке болит,
От деяний и взоров людей.

Они бьют и терзают кнутом,
Благо утром, а вечером в кровь,
Прикрываясь терновым венцом,
Ложь и кнут ударяются вновь.

Вестник смерти на небе кружит,
Он гласит словно вещий пророк,
И перо на то место летит,
Где поставят посмертный венок.

Мне остался всего лишь шажок,
Пыль покрыла вчерашние дни,
Белым пухом накрой бугорок,
Только камень не ложь на груди.

27.11.21
Krestoff