Новые стихи - Гражданская лирика

ПОКАЯНИЕ

Оглянуться бы мне на себя,
Посмотреть самым пристальным взглядом.
Кто – то скажет, вполне не шутя:
«А зачем это всё тебе надо?»

Может, жил я не так, как хотел,
Потому и напакостил людям.
Может, просто дымил, не горел
И душой от природы был блуден.

Может, я пресмыкался всегда,
Не имел своих собственных мнений,
Оттого на груди и звезда,
Как печальная дань поколений.

Может, я умилялся собой,
Говорил сладострастно так в зале,
А сидящие (с горькой судьбой)
Неприветливо дружно молчали.

Может, я никудышний отец,
Отщепенец свершений эпохи.
Может, я подхалим и подлец,
И дела мои вовсе уж плохи.

Может, нет впереди мне пути,
Перестроиться хватит ли силы?
Может, лучше мне всё унести,
Как отжившее, в тайны могилы.

О СУДЬБЕ

Я судьбы своей не знаю:
Не видна моя межа.
Может смерть таится с краю
С острым лезвием ножа.

Может, я в студеном море
В бурных волнах утону.
Иль в тоске иссохну, в горе,
Иль в лавину попаду.

Может я в атаке пылкой
Преступлю свою межу
Иль в компании с бутылкой
Под нее и угожу.

Может прямо на работе
Хватит инсульт иль инфаркт
Иль на дружеской охоте
Попаду вмиг в катафалк.

Может на крыльце ступеней
Поскользнусь на скользком льду,
В день торжественный рожденья,
Смерть негаданно найду.

Мне пожить еще бы малость –
Затеряйся жребий мой!
Приходи ты только в старость,
Смерть моя ко мне домой.

ВЕЧЕР НАДЕЖДЫ

Синей дымкой окутался вечер.
Только звезды, как свечи горят.
Ну зачем тороплюсь я на встречу,
Одев свой самый лучший наряд?

Этих встреч было в жизни не мало…
Были звезды, светила луна,
А вот эта мне символом стала,
Всколыхнула всю душу до дна.

Легкий ветер ласкает мне плечи.
День прошел в ожиданье с тобой.
Каждый вечер спешу я на встречу,
Как с надеждой своей и судьбой.

Радость наша и наша тревога
Мне в награду с тобою дана.
И любовь – жизни нашей дорога –
Сохраню я на все времена.

РУКИ МАТЕРИ

Милые добрые руки,
В них столько любви и огня!
При встрече и при разлуке
Они обнимают меня.

Суровые годы, как муки,
Чуть – чуть вспоминаются мне –
Вот эти с мозолями руки
Трудились в любимой стране.

Пахали и сеяли в поле,
Солдатское шили белье
Чтоб страшных войн не было боле,
Чтоб дружное стало житье.

Их руки - могучая сила,
Опора в решающий час,
Поэтому так они милы
И дороги в жизни для нас.

И я, пребывая в разлуке,
Смотрю на вечерню зарю,
Но чувствую матери руки.
Которые благодарю.

ПОСВЯЩАЕТСЯ N. N

Я расстался с тобой, дорогая,
Но не знаю, по чьей уж вине.
Может, жизнь наступила другая
Или жребий такой выпал мне?

Я люблю, но теперь уж не женщин,
Видно, стал я для них грубоват,
Хотя чувств моих вовсе не меньше
И они возросли во сто крат.

Я люблю эту весну и осень,
Синевою, что дышат во мгле.
Я люблю тебя, Родина, очень,
Что растишь ты меня на земле.

И остался мне в жизни наградой
Милый образ, тоскою гоним.
Но мне личного счастья не надо,
Лишь жилось бы счастливо другим.

МЫСЛИ О ВЕЧНОМ

Я не ищу себе пророка,
Живу не мыслию одной.
Возможно я по воле рока
Шагну когда – то в мир иной

Но я не верю в неудачу
На скользком тернистом пути.
И если падаю, не плачу,
Мне все равно надо идти.

И путь мой - вечная отрада,
В нем есть начало и конец.
Пусть грешник я, но мне наградой
Терновый будет все ж венец.

А в жизни многое сравнимо -
Своя, чужая ли беда,
Но не горит костер без дыма,
Не греет яркая звезда.

Свою имеет счастье цену,
Культура – зеркало души,
Иной с трибуны «гонит пену»
И с перестройкой не спешит.

А кто – то просто выжидает,
Авось наступит звездный час,
Когда – то ж буря затихает –
Такое было уж не раз.

Но в массе бурного потока
Случалось всякое не раз,
Возможно в нем по воле рока
Пробьет и мой последний час.

КОЛОКОЛА

В душе моей звонят колокола,
Звенят они тревожным перезвоном,
Звонят, когда не клеятся дела
И жизнь идет причудливым законом.

И никому – то дела вовсе нет,
Как я живу и чем я в жизни занят,
И сколько б мне не выпало всех бед.
Они со мной останутся, как память.

Я утешаюсь тем, что не один
Хватил с лихвою тяготы всей жизни.
Но я как сын, отец и гражданин
Всегда служил народу и Отчизне.

Мне говорят: «Высокие слова
У нас сегодня не в почете…»
Но боль в душе у каждого жива –
Кто испытал падение на взлете.

Я никогда пред жизнью не робел,
Да и сейчас не отступлю, не струшу,
Каким бы трудным ни был мой удел,
Не закричу: «Спасите мою душу».

А в ней всегда звонят колокола,
Натягивают нервы, словно струны,
Особенно, когда нейдут дела,
А в них мы - не кудесники – Перуны.

И так всегда, с началом всех начал
Живем мы по причудливым законам.
Но где – то свой у каждого причал
С неколокольным – медным перезвоном.

РАЗДУМЬЯ ПЕРЕД СТРАДОЙ

Надо мной шумят тополя,
В небе кружится птичья стая,
А вдали - все поля и поля,
И не видно конца им и края.

Время птицей летит на ветру,
Не дает отоспаться мне вволю.
Разбуди меня, мать, поутру,
Я хочу разгуляться по полю.

Оседлаю я «Дон», как коня,
И направлюсь к пшеничному полю
(Оно нежно так манит меня)
Разделить хлеборобскую долю.

Ветер, солнце, колосья и пыль –
Это все мне до боли знакомо,
И роса, как слеза, и ковыль,
И в рядках золотистых солома.

Знаю я, что упорным трудом
В жизни много можно добиться.
Счастья нет – не стоит под окном,
И богатство - не райская птица.

Ночь глухая легла за селом,
А мне все от раздумий не спится.
В хлебе завтра за каждым столом
Моего труда будет частица.

КАКОЕ ОБЩЕСТВО БУДЕТ?

Я познавал жизнь не в романах,
Как все, о многом я мечтал.
Я не бывал в заморских странах,
Зато осилил “Капитал”.

Познать я Ленина стремился,
Как будто в этом мой удел,
И так прилежно я учился,
Что полысел и поседел.

Читал я Сталина, Хрущева,
А Брежнев в речи был мастак,
И вот в эпоху Горбачева
Я узнаю, что все не так.

Что мы не так все годы жили:
Какой позор, какой Пассаж!
Тому ль нас классики учили?
Иль все то блеф, или мираж?

Во всем спокойно разобраться,
Отвергнув догмы и запрет,
Не надо нам сражаться, драться
За то, к чему возврата нет.

Какое общество все ж будет -
Никто не знает наперед,
Чтоб в нем жилось получьше людям, -
Названье ж кто - то подберёт.

ГОДЫ КАТЯТСЯ…

Годы катятся словно камешки,
Время точит нас как вода.
Вот уж нет моей родной матушки,
Но моя еще светит звезда.

Будь мы мудрые или гордые –
Не уйдем от житейских потерь.
Не спешите вы люди добрые, -
Все войдете в печальную дверь.

Жизнь, как реченька, по проталинкам
Моет в наших висках серебро…
В деле праведном, самом маленьком
Вы сумеете сделать добро.

На какой меже или версточке
Оборвется житейский наш глас?
Не горюйте о нас наши деточки, -
Наша жизнь продолжается в вас.

Годы катятся словно саночки,
Жизнь торопит нас как всегда.
Чьей – то нет уже родной мамочки,
Но зажглась молодая звезда.

ПОРОКИ

Ничто не вечно в этом мире:
Всему началу есть конец.
И я, живя в своей квартире,
Несу терновый свой венец.

Несу и в радости, и в муке,
Всему подвержен в мире я…
Жизнь открывает мне науки
И тайны вечной бытия.

Живу делами я земными,
Их не отложишь на потом,
Я как цепями скован с ними,
И остаюсь я их рабом.

Я раб надежд всех и стремлений,
Тревог, пленительных страстей…
Быть может злой таится гений
И рвет мне душу до костей.

И я, как путник иль прохожий,
Премудрость жизни познаю:
Возможно чьи – то судьбы схожи,
Но не похожи на мою.

Я не соперник всем порокам,
Они, и вправду, не легки
И своего всегда ждут срока,
Как пауки иль сорняки.

Они живут со мной в квартире,
Терзают душу иногда.
Жаль, что пороки вечны в мире
И неизменны никогда.

ЖИЗНЬ

Ах, какая ты все ж переменчивая,
Я привыкнуть к тебе не могу.
Ты, как дева, со мною обвенчанная,
Но стоишь на другом берегу.

Ты такая скупая, таинственная,
Не могу я тебя разгадать.
Для меня, как любовь ты единственная,
Несказанной мечты благодать.

И мечтами своими развенчанный
Все пытаюсь тебя я понять.
Я такой же, как ты переменчивый, -
Не могу свои страсти унять.

Потому как своими ручищами
Я тянусь постоянно к тебе.
И, как Ангел, душою очищенный,
Отдаю свои силы борьбе.

ЗЕМЛЯ ДЕДОВ И ПРАДЕДОВ

Священных мест на свете много –
Вблизи они или вдали.
Я ухожу от отчего порога
И может быть на краешек земли.

Куда судьба меня забросит?
Какой мне жребий на роду?
И кто меня за совесть спросит,
Коль я к нему уж больше не приду.

Со мною может всякое случиться.
Возможно, жить в неведомой дали.
А мне б к родному дому возвратиться
И взять с ссобою горсточку земли.

Земля дедов и прадедов, родная,
Милей её нигде мне не найти.
Пройду весь свет от края и до края,
Но сохраню у сердца на груди.

На ней росли березы и осины,
Её поили русские снега.
Земля моя, моей России,
Навек мне с детства дорога.

Я объявляю вам войну...

* * *
Я объявляю вам войну,
Тем, кто на лжи карьеру строит.
Кто тянет Родину ко дну
И очень дорого нам стоит.

Я объявляю вам войну,
Кто за людей нас не считает,
Кто нас пытается нагнуть
И уничтожить нас мечтает.

Я объявляю вам войну,
Тем, кто сегодня нами правит.
Кто ценность знает лишь одну —
Чтоб свой достаток лишь поправить.

Я объявляю вам войну,
Кто совершает злодеянья,
Судьбу народа на кону
Возводит нагло в обещанья.

Я объявляю вам войну,
Всем тем, кто с братьями нас ссорит.
Кто вместо Бога Сатану
Зовёт, чтоб ад для нас устроить.

С чего полюбили вдруг украинцев...

* * *
С чего полюбили вдруг украинцев
Те, кто нас быдлом всегда называл?
Кто, покорив за столицей столицу,
Всею планетой править мечтал.

С чего украинцев вдруг полюбили
Те, кто в печах наших дедов сжигал?
Те, что деревни наши палили
И те, кто славян убивать помогал.

С чего полюбили вдруг украинцев
Те, кто людские права попирал?
Те, у кого есть дворцы за границей
И кто свои ноги о нас вытирал.

Тот, кто народ свой считает балластом,
Тот, кто безбожно на выборах врал.
Кто на костях добирался до власти
И кто всегда свой народ презирал.

Они стариков и детей не щадили.
Как хищники, варварски грабили нас.
Если они до сих пор не любили,
С чего вдруг должны полюбить нас сейчас?

Быть человеком

Можно знаменитым быть порою,
Оставаясь в сущности лжецом.
И игравший в фильмах роль героя
Может оказаться подлецом.

Не трогать проституток и артистов
Учил когда-то адмирал Колчак.
С любою властью они могут слиться
И целовать какой угодно флаг.

Можно, чтобы слава повстречала,
И вождя народов прославлять.
Можно коммунистом быть сначала,
А потом с нацистами шагать.

Можно даже, брызгая слюною,
На словах любить и свой народ.
И своей Отчизною родною
Торговать и оптом и вразброд.

К счастью, есть не только карьеристы.
Нам о них приятней говорить.
Ведь важнее звания артиста
Должность просто человеком быть.

Когда под следствием поэты...

* * *
Когда под следствием поэты,
То можно ли людьми назвать
Всю сволочную шайку эту,
Которая сегодня власть?

Которая людей сажает,
За то, что думают не так.
Которая людей хватает
И развела в стране бардак.

И украинцев презирая,
Поставив цель их усмирить,
Народ свой нагло обирает,
Что было невозможно жить.

Чтоб погибали миллионы,
Чтоб шёл в стране на брата брат,
На всю мораль и все законы
Плюёт просроченный гарант.

21.08.2025

Николай Хмеленок

Стало страшно правду говорить...

* * *
Стало страшно правду говорить.
Людям рты сегодня затыкают.
Друг на друга модно доносить,
И об этом даже не скрывают.

Учат любить Родину тебя
Из Варшавы, Мюнхена и Рима.
Патриотов строят из себя
Те, что в жизни не были такими.

2.06.2024

Николай Хмеленок

Клетка

Вдруг вдаль дорога, мужа поманила—
Он запропал на сорок долгих дней.
Жена рыдала, по друзьям звонила,
На розыск подала— тоска сильней.

В гнетущих снах он звал её из клетки,
Не в силах сдвинуть ржавый свой засов.
И лес шумел, склоняя к нему ветки,
А рядом был с водою тёмный ров.

Бандиты в клетку гневно затащили,
Огрели по затылку — вот беда!
Машину отобрали, укатили...
Он в первый день соображал едва.

Пришёл в себя, и выбраться пытался,
Но прутья прочные закрыли вход.
Кричал вначале, вырваться старался—
Осип. Захлопнулся сквозной проход.

Орешник наклонял сырые ветки;
Питался тем, что мог достать рукой.
Капуста заячья росла у клетки—
Её жевал... но так хотел домой!

Стал с клеткой говорить, её ругая,
Та изгибалась, щурилась в ответ,
Своими щупальцами колыхала,
«Ко мне попал ты до скончанья лет».

А в октябре снег повалил так рано—
Еда закончилась — хоть помирай!
А он дышал и вспоминал упрямо,
Семью родную, и весёлый май.

Охотники брели. Зевали. Скука.
В овраг глухой свернули невзначай —
И замерли от цепкого испуга,
Сугроб, как стог. В нём человек молчал.

Измученный. Вид очень изнурённый,
Но улыбнуться всё же смог слегка:
«Пришли…» — шептал он, снегом занесённый,
На части ветер разрывал слова.

И злобно клетка, что-то проворчала,
Свою добычу нехотя отдав;
Она - то верила, что доконала...
И отползла защёлка, как удав.

По повести Алберта Бэла — (6 октября 1938 года. - 11 июня 2024 года. латышский писатель, автор повести «Клетка» написанной в 1972 году. Это произведение относится к жанру психологической драмы и социальной фантастики.
Краткий пересказ:
В повести «Клетка» рассказывается о человеке, который внезапно оказывается запертым в клетке среди леса в овраге.
Он борется за свою жизнь и освобождение.

Рисунок сгенерирован ИИ.
Кто хочет прочитать повесть,вот ссылка: стр 38.
ссылка

… показать весь текст …

Из чего мы все сделаны, русские?

Александр Наумов написал стих в ответ на фразу Лаймы Вайкуле о том, что Пугачева «находится у каждого русского в культурном коде».


Из чего мы все сделаны, русские?
Что в моём отразилось народе?
Что от предков досталось в нагрузку мне,
В потайном генетическом коде?

Я рождён под Калиною красною,
Я сказаньями полон былинными,
Очарован Поляною Ясною,
И чудесными добрыми фильмами.

Там, где в бой старики собираются,
Где Москва, что не верит слезам,
И Судьба, что с иронией парится,
И ещё Белорусский вокзал.

Я заполнен напевами Брюсова,
Я пронизан серебрянным веком.
Перестал после первой закусывать,
Как увидел "Судьбу человека".

Разукрашен картинами Шишкина,
Разрисован я весь Айвазовским.
И поёт во мне дивная Зыкина,
И играет великий Чайковский.

Я пропитан весь детскими книгами -
Маршаком, Михалковым, Чуковским.
И воспитан такими кумирами,
Как Гагарин, Чуйков, Рокоссовкий.

В моём коде есть Пушкин и Лермонтов,
В нём Есенин, Бажов и Островский,
Лев Толстой и Шукшин несомненно там,
И конечно Владимир Высоцкий.

В нём вся наша хоккейная сборная,
Николай Николаевич Озеров.
"Современник", и "Малая Бронная",
И балет "Лебединое озеро".

Есть во мне Пискарёвское кладбище,
Ленинградская школьница Таня.
Там "Катюша" несётся над Ладогой,
И гремит баритон Левитана.

Нет во мне Пугачёвой и Галкина,
Макаревича нет, не взыщите.
И конечно же чопорной Вайкуле,
Вы во мне и в себе не ищите.

У кого нет ни чести, ни совести,
Кому русским постыдно назваться,
Суждено на краю своей пропасти
Одному позабытым скитаться.

Мы ж останемся верными прадедам,
Мы - такие, не лучше, не хуже.
Навсегда, и в печали и в радости,
Сохраним этот код в наших душах.

Не понять ни британцу, ни шведу,
Отчего мы так страшно сильны,
В чём величие нашей Победы,
И бессмертие нашей страны...
… показать весь текст …

Они за грош...

"Они" за грош продали чёрту души,
Когда дробить заставили страну!
СССР - одна шестая суши,
В бессильной ярости пошёл ко дну.

Рассыпались, точней, "определились"...
Разжался вдруг "один большой кулак"!
Но суверенитета не добились,
Считавшие, что до Европы - шаг!

На "что способен" ты продемонстрируй
И будет путь твой солнцем освещён.
Плох тот хозяин, что с сумой по миру
Привык ходить и клянчить "дай ещё!"

Ведь независимость - не на бумаге!
Вот, как на деле: если мой сосед,
Забыв про дом, валяется в овраге,
Свободен он, источник всяких бед?...

2014 г.

Мегаполиса монолитов

­­­Мегаполиса монолитов
Ослепительные огни
Обменяю на куст ракиты
С камышами в её тени.

А иллюзиям о Гавайях
Предпочту свиданье с тобой.
Не хочу бунгало на сваях!
Мне милее пейзаж родной.

Скину тапки в песок прибрежный,
Освежусь прохладой речной.
И уключин ритмичный скрежет
Тишины нарушит покой.

Как по щучьему по веленью,
Обойдётся за полцены
Беззаботных пернатых пенье
И манящий взор синевы.

А "несбытное" всё нелепей -
Мы лихие, порой, во хмелю.
Жить бы всем на своём хлебе,
На своей земле. Не на небе.
Это лучше житья в раю...

И вспомните всех

Когда голубой тишиной напитает
закаты земля,
И в травах серебряных март прорастет
по весне,
Вы вспомните всех, кто остался
навечно в полях
И дымом, и пеплом развеян
на страшной войне.

Всех тех, кто в окопах стал мерзлой
январской стерней.
В броне – черной сажей. И в небе
осел в облаках.
Всех тех, кто на море пал бездной
глухой, глубиной,
И землю свою на натруженных вынес
руках.

Вы вспомните их, не пришедших
из огненных лет,
Не вставших к станкам, не обнявших
до срока детей.
Они принимали смертельный тогда
рикошет
И путали планы еще миллионам
смертей.

Прислушайтесь… к зову, скорбящей
от ран тишины,
Вдыхая в лучах золотистый молочный
туман.
И вспомните всех, не успевших
вернуться с войны,
Упавших от пуль, малой каплей
в большой океан.

Надежда Данюшина, 16 декабря, 2025

Дай вернуться живым...

Спускается ночь.
Дышит в стылые окна зима,
Сквозь белое сито просеяв подзвездную пыль.
Свеча на столе. Рождество. А за дверью… война
Рвет черные космы над хаосом выжженных миль.

Ступает январь,
Расставляя свои блокпосты,
Вдоль павших часовен и храмовых врат на холмах.
И кутает, кутает снежной фланелью кресты
На мерзлых погостах, снесенных огнем куполах.

Так хочется звонкой,
Забытой давно тишины…
Но снова в сирены вгрызается дроновый рой.
А службы идут… И идут затяжные бои.
Хрустят бело-черные крылья над самой землей.

В окопной трухе
Небо в спешке считает своих.
Затянут сочельник в назойливый, въедливый дым.
И плачут сердца у икон и стволов боевых.
И в каждой молитве одно:
- Дай вернуться живым…

Надежда Данюшина, 6 января, 2025

А рядом совсем...

В сугробах неоновых город качают ветра.
Гирляндами яркими елочный вышит наряд.
А где-то, беснуясь, бушует, грохочет война,
И русские хаты в полях приграничных горят.

Шампанского горы. Бекон, карбонат и икра.
И щелкают карты. Сластит мандариновый флёр…
А рядом совсем жатву душ запустила война,
И плавится в топке белесый российский простор.

И движется очередь… к кассам и смертным печам.
И ценник растет. И не слышно давно тишины:
Одни - тащат елки сквозь снежный занос, на плечах,
Другие – носилки из адовых скопищ земных.

В витринах и наледях искры бенгальских огней.
«Большую Медведицу» застит салютный каскад…
Но видит она, как под саваном льда и дождей
Солдаты в траншеях, сраженные насмерть, не спят.

Молчат. В суете им роптать не с руки,
Застывшим навек в волоконных тенетах степных.
И слышится им, как сквозь выжженный кашель пурги
Заводят куранты.., готовят к штурмам штурмовых.

Лежат. Без могил, без крестов, позывных и имен
Средь грохота «Градов» и воя декабрьских вьюг.
Их сотни и тысячи – полк, именной батальон,
В предпраздничной спешке не снявший защитных кольчуг.

Надежда Данюшина, 27 декабря, 2025
… показать весь текст …

Такой январь

Такой январь.
Мело в кромешной мгле.
И выла, выла вьюга на земле.
И белым пухом осыпались в иней сны.
И стыло все, в двух жизнях от весны.

Такой размен.
На сотни тысяч счет.
Ведет война свой затяжной отсчет.
И заметает души и следы
Прогорклым привкусом навеянной беды.

Такой задел сейчас.
Такой простой расклад.
Четвертый год штыки в боях хрустят.
И в серых зонах в грудах мерзлых глыб
Январский трон размолот и убит.

Такой мороз…
Крупой усыпан лог
За блокпостами вымерзших дорог.
И ждет весь мир забытой тишины.
Увяз январь. В двух вдохах от весны.

Надежда Данюшина, 20 января, 2026

Только б знать, что успеем вернуться с войны

Село солнце.
Накинул октябрь капюшон.
Тронул вечер портьеру, плеснув мне в окно тишины.
Я сниму навсегда твой затертый армейский жетон,
Когда ты возвратишься к родному порогу с войны.

Мне все лёд без тебя.
Обжигающий. Хрупкий. Сухой.
Никому не измерить разлук и бессонниц цены.
В беспокойное сердце уже не вернется покой,
Даже если живым ты сумеешь вернуться с войны.

Ночь латает
Белёсый октябрьский туман
В мириады созвездий, виновных во всем без вины.
Слышишь шелест оттуда? Как будто шумит океан.
Это я заклинаю: вернись поскорее с войны.

Каждый день
Выдвигаюсь на новый рубеж.
Даже если под утро дорог не осталось земных.
Я дойду. Не жалея кольчуг и одежд.
Я смогу. Только б знать, что успеем вернуться с войны.

Надежда Данюшина, 20 октября, 2025

Потому что я - русская

Когда затихнут разрывы и белые платья
наденут поля,
Когда вспорхнут журавли над сырыми
равнинами курскими,
Я буду долго у каждой воронки, у каждой
траншеи стоять,
Чтоб не забыть никогда. Потому что жива.
Потому что я - русская.

Когда зарубцуются шрамы уставших
ладоней земли,
Срастутся прочно изломы травой над
кровавыми сгустками,
Я буду жадно глотать каждый вдох
неземной тишины.
И пить ее. И не верить. Стеречь.
Потому что я – русская.

Когда посчитаны будут размолотых
жизней полки,
И материнские стоны сойдут над
пшеничными спусками,
Детей своих призову сосчитать все
земные кресты
И поклониться пред ними
за каждый рассвет.
Потому что я – русская.

А если солнце в тревожный, набатный
осыплется звон
И средь березовых рощ распылится
завесами тусклыми,
Я место павших займу. Соберу за собой
легион.
И буду насмерть стоять. До конца.
До побед.
Потому что я – русская.

Надежда Данюшина, 26 апреля, 2025

Если спросят меня

Если спросят меня:
- Чем счастлива?
Я отвечу им:
- Тем, что русская.
С каждым годом звучит отчетливей
Зов народа в крови моей.
Над садами я и над пашнями
Над смоленскими и над курскими,
У затонов склоняюсь ветлами
В тихом шепоте рос с полей.

Если спросят меня:
- Гордишься чем?
Я отвечу:
- Страной с историей.
Нет державы могучей другой такой
И великих таких побед.
От Невы и Угры до Углича -
Сплошь российские территории.
Отбивали деды дорогой ценой,
На века оставляя след.

Под Полтавой колонны шведские
На рожон лезли в земли русские...
Бастион Измаила высился
Среди пойм и дунайских рвов…
Шли с мечами полки немецкие
И турецкие, и французские…
Но конец с каждым шагом близился
И хребет их трещал под щитом.

Под Москвой грызли землю свастики,
В Сталинграде в котлах кумарились.
В сорок третьем под Курском жарились
И кипели в своей броне.
На Союз шли полки разномастные:
Латыши и поляки зарились.
Да, мы падали. Но не кланялись.
Прорастали в своей земле.

Если спросят меня:
- Что главное?
Я отвечу:
- Поймете вряд ли вы.
Мой язык. Мой народ доверчивый.
Православный нательный крест.
Тишина. Неба синь за ставнями.
Родниковая стынь прохладная,
Все, чем Родины грань отмечена.
Все, чем дышится вольно здесь.

Надежда Данюшина, 29 января, 2026
… показать весь текст …

Готовы до смерти бороться

Готовы дО смерти бороться
За правду, Родину и мир.
Но трудно быть первопроходцем
В стране, где взят ориентир,
Совсем на ценности иные,
Где балом правит Сатана,
Где, как покойники живые,
Где нас уж нет! Есть только "Дай!"