Новые стихи на 11.07.2026 - Страница 4

Тень растянулась

Тень растянулась до апогея -
Солнышко не артачится!
Не было цели у солнца главней:
Лить свет со "Знаком качества"!

Первый покажется луч и - луна
Скроется с глаз уж, под утро!
Солнце - без отдыха и без сна
Службу несёт - златокудрое.

День световой и горяч, и тяжёл:
Разумом всякий кормится!
Если наметится в замысле толк,
Будет и дело спориться!

Тучки толкутся, но это пустяк:
"Мало ли что за причина?"
"Солнце на паузе!"- скажет, пыхтя:
В небе нет круче админа...

Солнце без подданства, без гражданства,
Но - повсеместно хлопочет!
Грело бы солнце на небе всегда,
Ну, а луна - пусть, как хочет!

Плещутся волны...

Моря раздолье, плещутся волны,
Бьются о скалы с надеждой взлететь.
Шёпотом стоны жизни недолгой,
Тихо усталой доносится песнь...

Кромкою пенной, вдруг затихая,
Тайн неизведанных тёмных глубин.
Бездной забвение, дух замирает,
Сердцем им предан лишь ветер один.

Крик диких чаек берег встречает,
Бриз тёплый нежит, лаская прибой.
Море случайных к себе не пускает,
Брызгами свежесть, в награду - покой.

И неба просинь ветром уносит,
Мыслей мгновение - в вечную даль.
Золотом осень, время не спросит,
Миг откровения прикроет вуаль...

Нет добра без худа

Тускло-монотонно,
Под лихие марши,
Но без лишних стонов
Жизнь умчалась наша.

Утро, с крепким чаем
И картошкой с луком,
Стареньким трамваем,
Туфель перестуком.

С удалью заправской
Тотал-пропаганда.
С краской типографской
Дух газеты "Правда".

Бдительность на страже
Круглый год. И в вёсны.
И зимою даже
В самый день морозный.

Полдень - та же песня
Ритмом позадорней:
Вид, хоть затрапезный,
Колорит - мажорный.

Сроду не забуду
Рынок, магазины -
Очереди всюду -
Встык чужие спины.

"Выбросили" что-то -
Повод к ликованью.
Вроде анекдота -
"Благосостоянье".

Знать про них не знали:
Киви и кокосы...
Вот и схлопотали -
Смех. Бессильны слёзы.

Нет добра без худа -
Часть того ответа.
Радость есть повсюду.
И не только летом.

Когда мы творим, оживает душа,
И каждая мелочь вокруг хороша.
В руках загорается искрой талант,
Будь ты художник, поэт, музыкант!

Красивый пейзаж!
И нежная Роза шагает весенней порой.
Деревья цветут,
И ветер игриво её обдувает весной.
Взирая на воду,
Девчонка мечтает о первой любви неземной.
Однажды сердечко красуньи растает,
Как снег долгожданной весной.

Красные розы — сердца жар.
Ты на морозе их мне подал.
Сердцем горячим их выложил ты.
Наша любовь цветёт как цветы.
Воздушных цветов незримая нить —
Связала нас в интернете.
Позвольте я буду вас тихо любить —
За розы прекрасные эти!

Когда приходит муза в дом,
Дела бросают на потом.
Лови момент, пиши, твори,
Пускай горит огонь внутри.

На природе

СобрАлись вместе мы с друзьями
На дачу отдохнуть с утра.
От повседневности устали,
Отдохнуть уже пора.

В мангале пламя танцевало,
И догорали в нём дрова,
Звучали песни под гитару,
С бокалом красного вина.

Пахнет дымом, тёплым летом,
Скоро будут шашлыки.
Ну а мы ведём беседы,
Тихо тлеют угольки.

Смех звучит от шуток разных,
Остроумных и смешных.
День сегодня просто классный,
Дарит столько теплоты.

Шашлыки уже готовы,
С пылу, с жару — просто класс!
Мясо сочное дымится,
Подрумянилось для нас.

Лук колечками хрустящий,
Маринованный огурчик.
Аромат вокруг манящий,
А с картошкой было б лучше.

Мы картошку завернули
В серебристую фольгу.
Положили глубже в угли,
Спрятав в жаркую золу.

Но вот настало время,
Картошку достаём.
Нет ничего роднее
Родимой, золотой.

Её мы солью посыпаем,
С аппетитом уплетаем.
Время славно провели,
Ты к нам тоже приходи!

Настырный правильный будильник

Живёт будильник у меня,
Он очень мегазлобный тип.
Есть у него коварная черта —
Вставать пораньше он привык.

Как только утро, каждый раз
Трезвонит он дотошно.
Звучит чуть свет его приказ:
«А ну, подъём, Серёжа!»

Он — властелин предутренних минут,
Его трезвона нет страшнее.
И звон, нарушив тишину,
Обращает меня в робота-злодея.

Весь день и вечер тишина,
Эх, судьба-злодейка!
«Если снова мне не дашь поспать,
Возьму и выну батарейку».

«Хотя ведь знаю, тоже хочешь спать,
Но снова, когда утро постучится,
Снова твой ужасный звон
Со сном моим сразится».

Будильник выслушал меня
И стрелками взмахнул в ответ:
«Без меня тебе — беда,
Проспишь — сам будешь виноват».

Утром кто не может встать,
То ложись пораньше спать.

Вспоминая детство

Как хочется в детстве опять побывать,
Забыв про дела, суету и усталость,
В школе учиться, в тетрадке писать,
Побыть снова маленькой — самую малость!

Хочется в детство, где лето, каникулы,
Где папа и мама — молодые родители.
Где можно о подвигах разных мечтать,
В игры любимые во дворе поиграть.

В детство попасть, где наивна душа,
По лужам гонять на любимом «Орлëнке»,
«Секретики» делать, ириски жевать,
Цветными мелками принцесс рисовать.

Где белым мелом классики чертили,
И прыгать на скакалке очень мы любили.
Ну а «вышибалы» просто обожали,
И никогда друг друга мы не обижали.

Считали — под ëлкой пушистой, нарядной
Подарок от Деда лежит долгожданный.
Мороз настоящий его подарил,
И в дом наш уютный сказку впустил.

Детство ушло в далёкие дали,
Осталась лишь память, что в сердце храним.
Мы выросли — больше его не видали,
Но в сердце у нас те далёкие дни.


© Наталья Мирненко

На лугу

На лугу, где солнце пригревает с высоты,
Где слабый ветер травы вольные колышет,
Цветут повсюду простые, скромные цветы,
Июньский день палящим зноем пышет.

Синеют голубые васильки во ржи густой,
Как неба отблеск в изумрудном море.
Ромашек всюду белоснежный рой,
С ветерком ведут беседы-разговоры.

Люпинов «свечи» расположились на просторе —
Цвета пурпурные, лиловые и белые.
Они стоят, как воины в дневном дозоре,
По стойке «Смирно!» — отважные и смелые.

И я иду, не торопясь, по лугу,
Где травы стелятся густым ковром.
Я наслаждаюсь, теряю счёт минутам,
Наполняя сердце летним волшебством.

© Наталья Мирненко

я пилигрим.

Я — пилигрим, и путь мой не прямой, сквозь ветры, грозы и туман густой, тропа петляет меж камней и скал, где каждый шаг тревогою звучал.
Я столько раз встречал в дороге зло, оно, как тень, ступало вслед и душу жгло, шипело, било, ставило капкан, путь уводила, в ядовитый туман.
Но в сердце, вопреки глухой тревоге, не остыло людское во мне в хаосе дороги: как уголёк, укрытый от ветров, хранил я свет средь ледяных миров.
Хочу свой путь пройти, не потеряв лица, чтоб не чернела от обид душа. простить врагов — не значит стать слабей, а это значит — стать светлее и мудрей.

Во мне менялся мир от шага к шагу, смывало зло дождём, как старую бумагу. на месте пепла — стебли добрых слов, так и рождалась вера среди холодных льдов.
И если тьма опять закроет горизонт, я вспомню: даже в самый лютый холод тепло живёт не только в языках огня — оно и в том, что никогда не предал я себя.
Простить врагов — не значит позабыть, а значит — цепь обид в себе разбить. грехи чужие пусть останутся во мгле, пусть истлеет вся горечь дотла. я с открытой душой иду по земле.
И если вновь накроет шторм и мрак, я вспомню, что сила — не в том, чтобы сжал ты кулак, а в том, чтобы смог ты дойти до самого конца, не потерять в дороге человеческого лица.

Я — пилигрим, и путь мой — как река: то тихая, то бурная, то потечёт через года, сквозь шквалы дней, сквозь сумрак и печаль, ведёт меня в безоблачную даль.
Встречал я зло, что маскируется под свет, то оставляло шрамы, то засыпало след: но душа моя не забыла, в ней людское всё-таки не остыло и жило.
Судьба шепчет: «Сдайся, путь твой далёк, каждый камень — это горький урок». а я ей в ответ: «Пусть опустился мрак, я не отступлю, в сердце вера — живой маяк».
Порой мой каждый шаг зло разрезАло, сбивало больно с ног, казалось, мир устал среди тревог, где доброта сгорает без следа. Но в сердце не остынет людское во мне никогда.

Во мне менялся мир от шага к шагу, смывало зло дождём, как старую бумагу. на месте пепла — стебли добрых слов, так и рождалась вера среди холодных льдов.
И если тьма опять закроет горизонт, я вспомню: даже в самый лютый холод тепло живёт не только в языках огня — оно и в том, что никогда не предал я себя.
Простить врагов — не значит позабыть, а значит — цепь обид в себе разбить. грехи чужие пусть останутся во мгле, пусть истлеет вся горечь дотла. я с открытой душой иду по земле.
И если вновь накроет шторм и мрак, я вспомню, что сила — не в том, чтобы сжал ты кулак, а в том, чтобы смог ты дойти до самого конца, не потерять в дороге человеческого лица.
… показать весь текст …

На высоких холмах...

На высоких холмах средь приволжских равнин,
Там где Волга с Окой обнялись, словно сёстры,
Город древний стоит, величавые сосны
Украшают там парки и монастыри.

Здесь дыханье веков и величие стен
Охраняет покой древний каменный Кремль,
На закате огни зажигает земля,
В волнах рек отражаясь тут день ото дня.

А по улице лучшей — Покровской Большой
Жизнь бурлит и кипит суетой городской.
Рядом терем резной, изразцов кружевных,
То усадьба стоит Рукавишниковых.

Как гигантский каскад, прямо к Волге ведёт
Знаменитая лестница - Чкаловская.
А над нею пилот, совершивший полёт,
Смотрит в даль, где заря занимается.

На высокой стреле, где сливаются реки,
Охраняет свой край, свят и грозен на вид,
Саша Невский, наш князь, что прославлен навеки,
А над ним златом глав собор-воин блестит.

Здесь и Русский музей открывает всем двери,
И на площади бронзовой силой встаёт —
Славный князь Пожарский и Минин, он верил
В мощь народа, что Русь от врага сбережёт.

А над гладью воды, как волшебная птица,
Пролетая легко над речною волной,
Фуникулёр вдаль стремительно мчится
С берега Волги, с одного на другой.

В этом городе Русь оживает былая,
Современность с историей спорят, любя.
С высоты над Окой и над Волгой взирая,
Нижний Новгород я полюбил навсегда.
… показать весь текст …

Калитка...

Калитка... Налегке
К мечте "скорей из дома!"
И я, как в гамаке,
Аж, чересчур свободна.

Жужжанье пчёлок, мух,
Трава по самый пояс...
Подол приподниму -
И в тень бегом от зноя.

Обманно, со спины
Нет-нет крапива чмокнет...
Сквозь вату тишины,
Лениво куры квохчут.

Таинственно свежо...
Платишко из сатина
Кустами обожжёт
Колючая малина.

К забору ближе - клён -
На "место" залезаю...
Лучами опалён -
Крыжовник дозревает -
Симбирский виноград -
Его мы называли...

Никто б не тормошил,
(Прошу держать в секрете!)
И не было б души
Счастливее на свете...

Букет ромашек — щедрый дар Божественной весны.
В цветочке каждом солнышко моей страны.
Ромашками увенчаны Российские луга.
Ах до чего ромашечка ты сердцу дорогa.
Стоишь ты как невестушка — стройна, бела, нежна.
Из далека красуешься как знатная княжна.
Не зря Россия славится ромашкою своей —
Как русскою красавицей, Богиней всех полей!

Луна — какое чудо! Вуалью распушилась —
Как будто бы невеста для жениха открылась.
И светишь ты волшебная в окошечко ко мне —
Лучами чудотворными играя на стекле.
Лунный, мерцающий свет купается в море.
Дорожка Святого сиянья блестит на просторе.
Из лунного серебра соткана вечность.
Святое сиянье луны идёт в бесконечность.
Прохладой озарено Великое море
И ярким сиянием звёзд в лунном просторе.

Иду разгребая воздух, за счастьем своим в полёте.
И вот мы с тобою вместе на беленьком теплоходе.
Плывем, обезумев от счастья, навстречу игривой волне.
Лежат все наши ненастья на океанском дне.

Утро начинается с непростой зарядки.
Бегаем вдоль берега мы раскрывши рот.
Солнце пробуждается, касаясь нежно лучиком,
Игриво подгоняет — Бабушка, вперёд!

О любви...

Душа - потёмки... глухая степь,
Сосуд, наполненный болью.
Искала ты счастья, которого нет,
Разбилась любовь на осколки...

Душа - пустыня.. заброшенный рай,
И слёзы в глазах... разлука..
Искала ты счастья, которого нет,
Бесполезны права науки..

Душа - метель. И холодный снег.
Любви жестокость как бездна..
Искала ты счастья, которого нет,
Впереди - туман, неизвестность...

Судьба волчица.

Судьба — волчица: на луну повОет и поведёт меня, где тучи солнце скроют, сквозь годы и дни: сквозь тишину глуши, где каждый шаг — как исповедь души.
Как след звериный, тропа петляет в краю забытом, печалью душу наполняет, где старые слова прошепчет ветер, что вспомнит сердце в этот тёмный вечер.
Я — странник вечный: тень среди дорог, мой дом — весь мир, мой кров — любой порог: не жду покоя, не ищу тепла: судьба волчицей рядом всегда шла.
Она не льстит, не прячет горькой правды, ведёт меня, где грозы, и пустые обещания, где, растАют, как в дыме, все встречи и и горькие расставания.

Так и ведёт: судьба-волчица, где дорога сквозь обман и страх, но в этих испытаниях — не будет трусости в глазах : где люди — то ли союзники, то ли враги впотьмах.
Вокруг — чужие лица, холодные взгляды, и каждый встречный — может друг, или хитрый и опасный враг, всё здесь опасно: в этом чужом краю доверие — редкость, каждый шаг — как в бою:
Флажки алеют, будто кровь на снегу, предупреждая: «Что опасность — ждёт меня на краю». но я иду, хоть сердце бьётся невпопад, сквозь вражьи взгляды, сквозь холодный закат.
Пусть капканы щёлкают за спиной во мгле, я помню: моя правда — в каждом шаге на земле. судьба-волчица глядит своим взглядом, зубы оскалит, хранит от гибели, она идёт со мной рядом.

Так жизнь плетёт узор из встреч и бед, чтобы сердце научилось тихо беречь: и боль, и радость, и любой рассвет — вот в этом и есть судьбы волчицы мне завет.
Судьба — волчица: на луну повОет и поведёт меня, где на тропе — флажки, как знаки бедЫ: где враги в густой траве капканы расставят, как найти между ними ходЫ.
Волчица чует ложь в словах по вЕтру и зарычит на фальшь, что прячется в глазах: она не даст свернуть, не даст уснуть в тиши, когда опасность дышит где-то из глуши.
Тропа ведёт сквозь чащи, сквозь глухие дали, где тишина, где каждый камень: помнит чьи-то голоса, где тени прошлого, как призраки, вставали.

Так и ведёт: судьба-волчица, где дорога сквозь обман и страх, но в этих испытаниях — не будет трусости в глазах : где люди — то ли союзники, то ли враги впотьмах.
Вокруг — чужие лица, холодные взгляды, здесь каждый встречный — может друг, или злой и коварный враг.
Всё здесь очень опасно: в этом диком краю доверие — редкость, каждый шаг — как в бою.
Флажки алеют, будто кровь на снегу, предупреждая: «Что опасность — ждёт меня на краю». Но я иду, хоть сердце бьётся невпопад, сквозь вражьи взгляды, сквозь холодный закат.
Пусть капканы щёлкают за спиной во мгле, я помню: моя правда — в каждом шаге на земле. судьба-волчица глядит своим взглядом, зубы оскалит, хранит от гибели, она идёт со мной рядом.
… показать весь текст …

Вечерний гость

Когда на запад прячется светило
И тушит краски суетного дня,
Не воскрешай того, что наболело,
Внутри себя судилище храня.

Закат не создан для суда и пытки,
Чтоб в тишине, оставшись взаперти,
На свет тащить недавние ошибки
И счёт вины безжалостно вести.

Прохлада сумерек дана для тишины,
Для созерцанья медленно Вселенной,
Для снов, что тайной мудростью важны,
Для передышки в гонке неизменной.

Прошедший день — ушедшая вода,
Назад не повернуть её теченье.
Вечерний час — не место для суда,
В вечернем часе кроется прощенье.

Прости себя. Ошибся — значит, жил.
Не оступался тот, кто не пытался.
Сгустился мрак не для потери сил,
А чтобы ты с собою примирился.

Приходит ночь спасительной рекой,
Чтоб смыть следы отчаянья и злости.
Вздохни легко. Впусти в свой дом покой.
В ушедшем дне всегда мы только гости.

27.06.2026 г.

про КИсловодск!

В Б Е Р Е З О В С К О М * У Щ Е Л Ь Е

О, горная, любимая страна
Ты тишиной и радостью полна!…

Ладонью чувствую скупую взвесь
Дождинок из холодных туч.
Порывист ветер и колюч,
Но день собьет с тумана спесь!

Этюдник свой сниму, открою… Скоро!
Краски возьму, палитру, кисть, -
Рисуя, передам природы норов:
Ее печаль, любовь и мысль…

___________________________
• Березовский каньон – ущелье на юге Кисловодска

Матерное слово

Море вынесло на берег
Чьё-то матерное слово.
Я ушам своим не верю.
Сердце слушать не готово.

Задержался на мгновенье
Поглядеть на эту гадость.
Восемь звуков оскорбленья,
Как червяк, к песку прижались.

Не нашлось беднягам места
В безграничном водном мире.
Ну и мне милее жесты
И метафоры в сатире.

Закопал я этот мусор.
Пусть гниёт в гробу цензуры.
Слово матерное гнусно
Словно клякса на культуре.

Ослик – тоже паровозик

Ослик – тоже паровозик.
Только мелкий и не курит.
Небольшой вагончик возит.
Пусть упрям, но не халтурит.

Тащит медленно, но к цели
Груз и пару пассажиров.
Тихо-тихо, еле-еле.
По любой дороге мира.

Не нужны перрон и рельсы
И не ест на завтрак уголь.
Не утащит много веса,
Но не дороги услуги.

Ослик – славный работяга.
Он выносливый и скромный.
Вдаль идёт неспешным шагом
Древний транспорт экономный.

ЧГК

И коли рифмы шли об играх,
Головоломках и стихах,
Пускай не хокку или хайку
(Известно в знающих кругах), —

Я вдохновлён одной из лучших,
Одной единственной такой,
Что подарила волю ямбу
Своей возвышенной игрой:

С неподражаемым .......,
Чей голос каждому знаком,
(Что, словно ....... могучий,
Звучит под круглым ........;)

Кто наблюдал как ...........,
Кто был и будет .........
В ком уживается мыслитель,
Философ, логик, астроном,

Писатель, физик, кто угодно...
Кто у экрана, за столом, —
Едва очнётся голос ....., —
Не отвлечётся ни......;

Кто интервал считает долгим
И не дождётся, как она,
Спустя три месяца, начнётся —
Игра ума — «.... .... ......».

---
Посвящается интеллектуальной телевизионной игре «Что? Где? Когда?».

01.04.26

Судьба нас ведёт.

Нас разводит судьба, и так больно, что теряем друзей мы в дороге, и уже больше, их не встретим: не обнимем крепко, никогда на родном пороге.
Нас разводит судьба, разрезая дороги, невидимым острым клинком: словно ветры по разным краям, где были, мы рядом, плечом к плечу, доверяя сердцам.
Теряем друзей мы в дороге — так тихо, внезапно, как гаснут звёзды в утренней робкой заре: их шаги растворились, в дыхании лютой стужи, в суровом феврале,
И уже никогда их не встретим мы на домашнем пороге, не обнимем, не спросим: «Ну как ты, вдалИ, мой брат, поживал?» а дверь открывается ветром — и вопрос на губах застывал.

Судьба нас ведёт, сквозь вьюги, сквозь грозы и года, разводит по разным тропам, как реки — в разные моря. так и нас, уводит, друг от друга далЁко, уже навсегда.
Теряем друзей мы — не просто из виду, а навсегда, без возврата, как птицы, что в небо взмывают: оставят в душе свой след, и никогда, уже не прилетают.
Судьба — как строгий проводник, ведёт, через дни и недели, они не дошли до конца — по разным причинам: один не прошёл сквозь огонь, другой сквозь ледяные метели.
Пусть годы текут, как реки, смывая мелкие детали, но главное — в нашем сердце, память живёт: не тускнея, не угасая. что они звёздами в небесах уже стали.

Добрым словом, улыбкой, мгновеньем мы храним их в себе — словно пламя в ладонях, в груди: в каждом вдохе — их след, они уже стали частью нашего пути.
Воспоминаньем добрым мы держим их рядом — как свет, что не гаснет во тьме: они — часть дороги, как шрамы на сердце, что стали молитвой в тишине.
Словно эхо далёких счастливых рассветов, где мы дружили, как отголоски дней, смеялись все вместе, не зная про горе, звучит в тишине в сердцах сильней.
Как деревья, что помнят касанье ладоней, как вода на реке, что хранит отражение лиц, так и память хранит не как груз, а как свет, что с ними связал между миров границ.

Судьба нас ведёт, сквозь вьюги, сквозь грозы и года, разводит по разным тропам, как реки — в разные моря. так и нас уводит, друг от друга далЁко, уже навсегда.
Теряем друзей мы — не просто из виду, а навсегда, без возврата, как птицы, что в небо взмывают: оставят в душе свой след. и никогда, уже не прилетают.
Судьба — как строгий проводник, ведёт, через дни и недели, они не дошли до конца — по разным причинам: один не прошёл сквозь огонь, другой сквозь ледяные метели.
Пусть годы текут, как реки, смывая мелкие детали, но главное — в нашем сердце, память живёт: не тускнея, не угасая. что они звёздами в небесах уже стали.
… показать весь текст …

«ЗАМЁРЗШЕЕ ПЛАМЯ»

Я ломала чужие сердца,
Жгла мосты, не жалея бензина.
Мне казалось — свободе конца
Не предвидится в знойной пустыне.

Была дерзкой, шальной, грозовой,
Из тех ведьм, что не знают пощады.
Но столкнулась случайно с тобой —
И разрушились все баррикады.

Была выжжена я, как пустырь,
Где ветра только мусор гоняли,
Но в глазах твоих — серая ширь,
Где меня, уязвимую, взяли.

Мне бы только касаться плеча,
Пить твой голос, как крепкий напиток,
И забыть, как умела кричать
От надуманных, нравственных пыток.

Мой характер — до капли в гранит,
Моя гордость — высокая планка.
Посмотри, как покорно горит
Эта прежняя в прах хулиганка.

Я оставлю свой ветреный трон,
Все капризы, долги и вокзалы.
Только б слышать дыхание в тон,
О котором полжизни молчала.

Мне бы просто в ладонях твоих
Отогреть свои вечные зимы,
Этот мир — он один на двоих,
Где горящее пламя застыло.

Н. Л. © 26.06.26

В сети гуляет двойников лавина:
Сайт-клон, дипфейк и профиль-симулякр.
Будь бдителен, сверяй адреса линий,
Чтоб не попасть на мошеннический трюк!

С неизменной улыбкой,) очередной ответ-памфлет

Оформив мысль манерным кантиком,
пишет в стихах претенциозно* и натянуто
на тему - "...всуе не было вспомянуто..," -
однако, было дело.., - клоном - новым фантиком
(который "героиня" завела - такой каприз...)
зачем-то упомянут был Июльский бриз...)

Теперь, бриза прочтя ответ - о вездесущей о лиане,
всё "героине" стало видеться в изъяне -
уже улыбчивость и красоту в своих стихах спешит чернить,
и по своим поступкам снова судит, -
но этим может лишь повеселить..,
когда она уже Июльский бриз забудет ?..) -
о том мечтая бриз сочувствует "лиане", ведь давно смешит, -
к чему придраться более не зная
она про деликатность бриза пишет..,
намёки странные о бриза внешности вставляя -
чем вызывает за себя "испанский стыд..."
И жаль опять, что "...не поймёт и не услышит..."

Пас** снова возвращён,
хотя игра в пинг-понг изрядно надоела,
"лиана" с клоном со своим пусть будет в бане,
там и дышать и париться (или не париться, - на выбор)*** обеим можно смело,
и новые стишки писать в тумане...

Июльский бриз
25.06.26

* претенциозность - стремление показаться важным, значительным или оригинальным, часто через нарочитость, вычурность или манерность.
** Пас - здесь спортивный термин, - передача игрового объекта от одного игрока другому..
*** "В бане парюсь, в жизни нет" ;"Я в бане и не парюсь"- ролики в Тик-ток и других платформах.
Фразу - " Не парься когда фигово, парься когда в бане" - интернет-фольклор намеренно приписывал Джейсону Стетхему, ради дополнительного комического эффекта.
В итоге получился классический мемный цикл
который встречается в повторах и различных вариациях..
… показать весь текст …

О кисловодском Музее ИКМ КРЕПОСТЬ

Кисловодскому музею краеведения
…

Падем костьми под ветром вольным,
Чем на чужбине в славе гнить!
Трав аромат, степная доля…
Довольно наши жилы вить.

Вид Баб из камня,- груз на сердце.
Копье и сабля — предков Путь.
Коварным, ушлым иноземцам
Огонь душ наших не задуть.

Бродить степями — наша участь.
Казак, казан, казна…. Казнить.
Враги погибнут, тайной мучась.
«Врата Ворот»* им не разбить!
© Евгений Бригиневич 2