Стихи - Страница 1057

Ярославская область

Итларь встретит безлюдной тропой,
Средь заборов, иссохших осин,
Пёс залаял нарушив покой,
Тут, я путник сегодня один.

Поле белое стылой травы,
В весях скоро наступит зима,
На отшибе безликой избы,
Ветхий сруб укроют снега.

Средь жилых бедолаги стоят,
Люди их обойдут стороной,
Их покинутых век сократят,
Дождь и ветер станут судьбой.

Деревенская, старая грусть,
Время ветхих домов сочтено,
И пройдя, я на них обернусь,
Оставляя глушь Кильгино.

Стёжка мёрзлая к древним лесам,
По болоту и полю ведёт,
Снегопад по звериным следам,
Их тропит, а потом заметёт.

По заросшим крутым берегам,
Нерль сверкая неспешно течёт,
По упавшим в реку стволам,
Бобр с веткой ивы плывёт.

Сосны высятся, пахнет смолой,
Мох с брусничником тает в ногах,
Посижу на пеньке с тишиной,
Созерцая в лесных чудесах.

Вдаль с обрыва увижу излом,
Даль таёжной, безмолвной реки,
И за ярким вечерним костром,
Помечтаю и вспомню деньки.

В тех мечтах я увижу рассвет,
Всей души моей лучший порыв,
Я увижу зари силуэт,
Двери сердца к природе открыв.

20.11.21
Денис Krestoff
То, о чем, я всегда переживаю и что увидел и почувствовал в тот день.
… показать весь текст …

Дружеский взгляд

В тех собачьих глазах глубина,
Это самый дружеский взгляд,
По глазам ты увидишь всегда,
Что тебе он всегда будет рад.

Когда крикнут, всегда прибежит,
Он глядит, понимая всё то,
Что хозяин ему говорит,
Этот взор в душе видит всё.

Рыжий добрый трещит огонь,
От камина призраком тень,
Сонный пёс уткнулся в ладонь,
И улёгся уставший за день.

А в глазах почему — то тоска,
Они тоже умеют грустить,
Поскулил похандривши слегка,
Будто просит его не будить.

22.11.21
Krestoff

На небе тайны в облаках,
Спешат, плывут они к метелям,
Чтоб лес укрылся, укутался в снегах,
Посеребрил мороз дыханием по елям.

Смотрю в закат, огонь на небесах,
Так вечно на земле происходило,
Там жгут огонь и боги в тех мирах,
Даруют свет, чтоб солнце нам светило.

Krestoff 25.11.21

Грехи

Грусть молчит за спиной в тишине,
Может черная весть, может знак,
Белым днём и ночью во сне,
Не найду я покоя никак.

Меня режут на части грехи,
Колит в сердце скос на ноже,
С серых улиц тени пришли,
И остались мучить в душе.

Обжигает на сердце, кипит,
Рана тысячи чёрных речей,
И в груди посерёдке болит,
От деяний и взоров людей.

Они бьют и терзают кнутом,
Благо утром, а вечером в кровь,
Прикрываясь терновым венцом,
Ложь и кнут ударяются вновь.

Вестник смерти на небе кружит,
Он гласит словно вещий пророк,
И перо на то место летит,
Где поставят посмертный венок.

Мне остался всего лишь шажок,
Пыль покрыла вчерашние дни,
Белым пухом накрой бугорок,
Только камень не ложь на груди.

27.11.21
Krestoff

Позабыты - позаброшены

Глаза Богов я вижу-северные камни,
Разбитый лёд прошедших лет,
Нет капищ и закрыты ставни,
Пропали хороводы, канул след.

Леса, болота не колдуют,
Чертополохом веси заросли,
Там нечисть углями потухшими пируют,
Зарю украли да мечами посекли.

В деревне тропы стали коротки,
Или давно их след уже простыл,
Там доживают век свой старики,
Бурьян к калитке путь давно закрыл.

А ветер воет, не гуляет,
На травах в поле он грустит,
Что никого он не встречает
И печка в избах не дымит.

Не напугает Леший встречных,
На ёлке плачет он смолой,
И Домовой в скитаньях вечных,
Не попадёт теперь домой.

На краде догорел вдали закат,
Под мириадой ярких звёзд,
Летящий ворон — ночи брат,
Накрыл крылом заброшенный погост.

Кикимора нечистых зазывает
И бродит у истлевшего крыльца,
Но проклинать кого она не знает,
Остался только пепел от светца.

В глуши лесов стоят понуро,
Прогнивший сруб, плетень, амбар,
В ночное небо смотрят хмуро,
Сквозь крыши виден лунный шар.

Зловещий клик, ведунья позовёт,
Откроет лик пророчица сова,
Но человек тут больше не живёт
И бродят бренно только существа.

2014 / 28.11.21
Krestoff
… показать весь текст …

Зима / В царстве снежной королевы

Что в глазах бездонных утаилось,
Колкая метель и ветер у огня,
Мара по седым полям кружилась,
Белым платьем — вьюгой намела.

Ворожит вокруг хрустальными очами,
Кланяется лес пурге и льдам,
Словно волки рвут тела зубами,
Стая хлада рвётся по снегам.

Стылый ветер искры разгоняет,
Злится, что даёт костёр тепло,
Хочет потушить и угрожает,
По застругам точит наст назло.

Унеслась владычица сверкая,
Позади оставила наряд,
За собой сугробы оставляя,
В белых шубах стать её хранят.

Загорелось в окоёме небо,
Скоро тьма окутает мой взгляд,
Догорели угли, стало слепо,
Только сосны в тишине скрипят.

Лёгкой поступью идёт Она.
От её дыхания седеют леса, а реки и озёра превращаются в лёд.
Белые волки-вьюги бегут по полям сея вихри и сугробы.
Зима пришла на Русскую землю. Уступили дорогу повелительнице морозов.
Красуется Она сверкающей обновкой, настала её пора, зима всем верховодит.

30.11.21
Krestoff

Наш футбол

Ничего нету более,
Чем хороший футбол.
Отведёшь душу вволю.
Миг пенальти и гол.
И «Спартак», словно мама,
Для многих не зря -
Дух народной команды
От «арапов Петра».
Ночь проходит бессонно -
Кубка главного ждёшь.
Ты родился в фан-зоне
И в фан-зоне помрешь!

Нырну в преисподнюю

Нырну в преисподнюю
За кровный жетон.
Вот поезд подходит,
В последний вагон
Вхожу, как обычно,
Как ходят в метро,
Сажусь и привычно
Беру "Фигаро".
Сижу и читаю -
Но что-то не так...
Народ, подмечаю,
Глаз косит свой всяк,
Как будто я еду
Не к Пляцци Пигаль,
А к Президенту
И в самый Версаль....
Но что-то не то
Машинист вдруг сказал -
Хамовники - всё!
Там автобус, вокзал.
Налево, направо -
Куда не иди -
А выход к "России",
Что к чёрту снесли...

Торт и Кот

Боль, печаль, обиды, слёзы.
Позади разбиты грёзы.
Грусть, тоска, и снова плачь:
Полетел на тортик мяч.

Опускаюсь на колени,
Видят все мои мучения.
"Кто испортил наслаждение
В мой прекрасный день рождения?"

Я смотрю на торт с печалью,
Вдруг встаю и понимаю...
Рядом с тортом и с мячом
Кот сидит. Он слез прыжком.

"Вот, кто бросил мяч, зараза!
Что же я рыдаю сразу?
Котика люблю я сильно,
Злость таить я непосильна".

Берёзовый рай на опушке...

Берёзовый рай на опушке,
Лугом - ромашковый рай.
Зорька висит над речушкой,
Слушает птичий грай,
Струит кудельки золотые,
Глядится в речную гладь.
Тучки застыли младые,
Зорюшки зрят благодать.
Ветер затих на пригорке,
Млеет в тисках духоты.
День подоспел на задворки,
Взгляд не ведёт с лепоты.
Зорька вздохнула счастливо,
Спряталась в лоно берёз.
День зарыдал торопливо,
Ветер не прятал слёз.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Густеет ночь над деревушкой...

Густеет ночь над деревушкой,
Выходит месяц молодой,
Дымок клубится над избушкой,
Кудряшки стелет над рекой.

Выходят звёздочки над лесом,
Шумит в низине ручеёк.
Спит под сосной заря-принцесса,
Разбросив косы у дорог.

С лугов несёт теплынь и нега,
Резвятся в роще ветерки.
Июль завис на кромке неба,
В глазах застыли васильки.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев

Манят песенные дали...

Манят песенные дали,
Свет божественных небес,
Там живут мои печали,
Там любовь живёт окрест,
Там всегда я гость желанный
В сонме дремлющих берёз,
Край мой милый, златотканый,
В хрустале волшебных рос.
Впереди лежит дорога,
За верстой версту верстай.
Дай, Господь, мне сил немного,
Чтоб узреть твой дивный рай.
Лик я радостный не скрою,
Пой душа моя ты, пой.
Пахнет ширь полынь-травою,
Брызги солнца надо мной.

Автор: Виктор Шамонин-Версенев
Читает: Михаил Киселёв

Он

Из ниоткуда мирно шёл он в никуда,
друзьям на зависть,
с врагами знаясь,
ошибки, деньги не считая и года,
богам не плачась,
не приклоняясь.

Законы чужды, деньги - пыль, года - вода...
Он знал секреты
с другой планеты,
а также тайны антарктического льда,
том Кастанеды
сменял на веды.

Он предвкушал вкус завтра, помнил цвет вчера
и блеск зеркальный
знал не по спальням.
Все буквы чтил в законах чести и добра,
а не в кабальных
и ритуальных.

Он ощущал насколько ценен каждый миг,
он видел диво,
он был счастливым,
хоть и подписан на Шнура и Литл Биг
и вкус текилы
любил нехило.

Нащупав суть, он близким раздавал покой
в парах эфира
без балансира.
Широким шагом и с распахнутой душой
он шёл по миру
под сердца лиру.
_ _ _

Наизнанку бы вывернуть

Наизнанку бы вывернуть
всю прошедшую жизнь!
Только глянец тех вывертов
долго ль будешь носить?!
Всё опять разойдётся,
но уже пострашней.
Дырам вдосталь неймётся,
на изнанке твоей!

Нет тепла

Нет тепла и любви у цветущей весны,
в замешательстве нервы с инстинктами.
После вязкой зимы клетки тела больны,
их не вылечить просто картинками.

Надоело крепиться, храбриться, терпеть,
быть швейцаром, служа злобной Маре.
Пустозвучные гимны обрыдло мне петь.
Кровь густа при пустой стеклотаре.

Лень траву покосить, легче ядами сжечь.
Новый гимн неохотам и лени.
Таню Ларину с Машей Мироновой - в печь,
Троекурову Машу по фене.

С ленью я не борюсь, есть догадка - боюсь.
Хуже гимнов слащавые оды.
Мягкотело своих мягких крыльев стыжусь
почему-то кому-то в угоду.

Век жалею о том, что повсюду я гость,
жаль - комфорты с уютами временны.
Жалость больно глотать, колет в горле, как кость
и убога злость строк неуверенных.

Слой грунтовки спешу на ржавьё наложить,
серебрянкою вскрыты фанфары,
я в них кашляю пафосом, чтоб ублажить
темпом марша безвкусицу Мары.
_ _ _

Как хочется отправиться куда-то.

Как хочется отправиться куда-то
На скором поезде в далёкие края,
Сойти на станции, какой-то неизвестной,
Где нет проблем мирского бытия.

Где нет ни зависти, ни подлости, ни страха,
Нет войн, пожарищ, разбомблённых городов,
У всех людей любимая работа,
Нет преступлений, тюрем и оков.

Где нет зимы, а лишь сплошное лето,
Все парки, улицы в красивейших цветах,
Где птицы райские сидят на пышных ветках,
И солнце яркое играет в небесах.

Где все дома дворцами называют,
Дети играют в чистеньких дворах,
И лебеди красуются как павы
На живописных маленьких прудах.

Где старики у всех в большом почёте,
Где сотни льгот даются пожилым,
Которые всегда с большой охотой
Передают все свои знанья молодым.

Там люди очень редко все болеют,
И нет там эпидемий, пандемий,
Нет засух, смерчей, ураганов, наводнений,
И прочих необузданных стихий.

Ох, как бы я хотел там оказаться,
Почувствовать свободу слов и дел,
Чтобы любимым делом заниматься,
Которым с малолетства я хотел.

Но вот беда, не ходят пароходы,
Не едут в этот город поезда,
И не найдёшь на карте этот город
При всём своём желаньи никогда.

Любой бы захотел пожить красиво,
Уйти от каждодневной суеты,
Но, к сожаленью, это невозможно,
Это всего лишь сокровенные мечты.
… показать весь текст …

Баллада о началах

Я - Мир из материнского чрева встречающий,
едва открывший глаза.
Губами влажными своими ласкающий
розовый кончик соска.
*
Я - впервые вставший на ноги,
искривляя времени ход,
в девять месяцев - это надо же!
От стола - и вперёд, и вперёд...
*
Я - с ранцем бегу, книгами полным,
где с чистописанием моим -
уже романтика чудес незнакомых
в странах дальних, и хочется к ним!
*
Я - первый сон непонятный,
приходящий ко мне вновь и вновь:
сирени куст под окном необъятный,
и самая первая в жизни любовь.
*
Я - хочу быть космонавтом.
Нет - хочу быть врачом.
Нет - хочу быть самым-самым
знаменитым, и чтобы - почёт!
*
Я - иду по базару,
Ищу в рядах
то, что возможно дадут мне даром
за стариковское, из жалости, так...
*
Я- ухожу, погост будет неярок.
Не прошу, чтоб пускали слезу.
Похороните лучше у яра,
а не там, где сыро, внизу.
*
Я - мир встречающий из чрева матери,
сосок молоком по моей бороде.
Ещё не успели назвать меня.
Ещё не успели окликнуть везде...

Одностишия 121

Огромный супружеский долг оставлен в рассрочку соседу.

Одностишия 122

А жизнь идёт в обычном АЛКОритме.

Одностишия 123

Мне память изменила с Амнезией.

Одностишия 124

БАБуллинг у подъезда круче буллинга.

Одностишия 125

Ошибка дурака - всегда поступок умный.

Одностишия 126

Как силу лени поменять на силу воли?

Одностишия 127

А "попа с ручкой" - брак поэта с инстасамкой.

Одностишия 128

То не измена, а благотворилка.

Одностишия 129

Не бойтесь умных, бойтесь идиотов.

Одностишия 130

Когда всё заживает - скоро свадьба!

Мне приснилось море

В поры кожи грязью въелось горе,
съело мясо и сосёт каркас.
Из остатных сил я с горем спорю...
Ночью мне опять приснилось море,
верно - в сотый раз.

- Море! В снах моих всегда ты - счастье!
Отчего в сегодняшнем вдруг нет?
До костей промёрз в твоих объятьях,
как в копейку крики "твою мать!" я
тыкал в белый свет.

Я кричал: "Орёл!", а брызги: "Решка!"
Рокот волн глушил мой нервный бред.
С мутью жуть рычало вперемешку
мне трезубцем продырявив "флешку",
прямо между глаз, потом - жилет.

Паника штрихов не вносит добрых
в ширь зрачков, да в твердь сведённых скул.
В психику мой сон воткнулся фьордом:
между зюйдом будто бы и нордом,
скорчившись весь ре-минор аккордом,
в хрипах утонул.

Вот такой привет в мой сон прислало
море. Мне не ясно - почему.
Напугало даже одеяло...
Может оно просто заскучало,
как я по нему?

Мне скучать во сне - в итоге мало.
Я мечту лелею и лижу,
что вернусь я к своему причалу,
к Каспию - судьбы своей началу
и ни в чём как будто не бывало
всё-превсё скажу.
_ _ _

Рисуя живописную картину,
По точным датам в разные лета,
Судьбы своей холмистую долину
По метражам раскрашу я в цвета:

Для мудрости - серебряный оттенок,
Фон юности весенний сохраню,
А золотой - когда я был ребёнок,
Тот цвет я только матери дарю...
—

Увидев в небе след звезды упавшей,
Летевшей вниз навек покинув строй,
И ничего не знав о той угасшей,
Безвременно ушедшей на покой,
Подумал я: наверно, в детство мчится,
К привычному отцовскому теплу,
Спешит туда, где их очаг дымится,
На ужин к материнскому столу...
—

В далеких небесах есть дивная планета:
Где лучших Бог собрал и каждая воспета.
Как Ангелы там матери одеты,
И души их молитвами согреты...
—

Голос матери в ушах и скрип качели,
И в глазах размытость детской акварели,
Только дома зеркала все постарели,
То морщинками пошли, то поседели...
—

Ангелы, на крыльях поднимая,
Матерей уносят в Небеса...
Жизнь без них у нас совсем иная,
Помним их и помним голоса...

Мамы - на Земле всегда Святые,
Самые родные из родных,
Молодые, добрые, простые,
Первые в строю среди живых.
—

Кого сегодня вспомнил добрым словом,
По ком твоя заплакала душа,
Хранимые святыми под покровом,
Увидел, может, матери глаза.

Или заметил взгляд отца родного,
С тобой который мысленно всегда,
Внимательного, сердцу дорогого,
Кого к себе забрали небеса...
—

Увидев влажными у матерей глаза,
За облаками Бог улыбку прячет,
Когда их щёк касается слеза,
Нам кажется, что Небо тоже плачет.

И гаснет в нём далекая Звезда,
Которой свет ещё и не истрачен,
Она с орбиты сходит навсегда,
Хотя ей долгий век Творцом назначен.

Увидев влажными у матерей глаза,
Целуйте руки им, прося прощения,
Исчезнут в миг над вами облака,
Пролив с небес поток благословения.
—

Не высыхают слёзы матерей,
Их Бог по каждой капельке считает,
Источники ладонями питает,
Из радости и горести морей...
—

Научи, отец, завязывать шнурки,
Как и раньше посади на плечи,
Мать спроси: «Куда вы, мужики?»,
Я отвечу, что вернёмся в вечер...

Сброшу годы, стану помоложе,
В отчий дом верни меня Ты, Боже,
Детства след давно исчез и всё же,
Тех ботинок не было дороже...
—

Немного поседел, на лбу морщинки,
Всё чаще вспоминаю старый дом,
Где санки детства, первые ботинки,
Слов матери моей волшебный звон.
—

Легко, как будто в детство дозвонился,
В ночь лунную сон сказочный приснился:
В горах высоких - чудное плато,
Село Хунзах - родимое гнездо...
Уютный дом... И небо голубое...
Отец и мать, и время золотое...
—

Наверно, я не лучший из сынов
И далеко, наверное, не худший...
В моей судьбе средь жизненных основ,
Дороже нет родительских инструкций...
—

На небе милые черты,
Цветов божественная гамма,
Из невозвратной высоты
С улыбкой нежной смотрит мама…
—

…Когда меня качала на руках,
Казалось, небо на её плечах,
В глазах была прекрасная Планета,
Они у мамы были цвета лета.
… показать весь текст …

Пришла любовь иная

Чем искупить измены боль чужую,
Да и измена ли?! И то сказать -
Пришла любовь иная и иную
Уже никак из сердца не убрать.
Пришло всё неожиданно, случайно.
Один порыв во взгляде нежном глаз.
И снова первозданность этой тайны,
И снова всё как в самый первый раз...
Свою любовь ты новую встречаешь.
Её единственной считаешь по всему.
А всё - таки измена не прощает -
И неуютно счастью твоему...