Любимые статусы пользователя Пётр Цезаревич Квятковский - 17.

Живое Время есть у каждого из нас.
Оно дано нам всем в надежде
Прожить его, порою безмятежно,
Но, накопив своих ошибок груз,
С которым тяжело шагалось,
Мы учимся умом своим понять:
Где ошибался, ошибалась?

Так день за днём, нам с этим жить,
Но только лишь уже потом,
Всё осознав, ценить хотелось
Всё то, что было, то что не успелось,
Что сердцу дорого и на ду'шу легло,
В заветнах мыслях,оставляя нам тепло.

22 01.22.

Наши года.

Года, как птицы, в небесах летят, крылом касаясь вечности седой. сегодня мне не просто шестьдесят, а путь, где шёл я с честью и мечтой.
Я вспоминаю тропы, где я встречал рассвет, а сердце верило: со мной судьба моя.
где каждый шаг звучал за мною вослед,
Были бури — ветер рвал паруса, были штили — как зеркало гладь, но я шёл вперёд, не теряя курса, сквозь туман сомнений ни шагу вспять.
В памяти — улыбки, руки друзей, взгляд родных, что согревал в холода. каждый миг, как камень в кладке дней, сложил судьбу — мою на года,

Года наши, как птицы, в небесах летят, и вот сегодня — день рожденья мой, я прошёл шесть десятков лет по дороге земной.
Шестьдесят — не закат, не конец пути, а вершина, откуда видней, что впереди. это новый горизонт и новые мечты,
Пусть виски, как первый снег, побелели, но в глазах — тот же огонь, те же цели. душа не стареет, сердце не устаёт, жизнь продолжается — и вновь вперёд зовёт!
Летите, птицы, ввысь голубою, несите весть: ещё я молод и душой кайфую. шестьдесят — лишь новый рассвет, впереди ещё много счастливых лет!

По своей дороге я ступал, где юность, словно парус, вдаль манила. а каждый шаг вёл как на пьедестал, что судьбу мою надёжно возводила.
Были грозы — тучи небо закрывали, были зимы — метели пути заметали. но я шёл, не сгибаясь, опираясь на веру, на дружбу под тяжестью бед,
В памяти — кадры, как в старом альбоме: лица родных, что теплом согревали, руки верных друзей, что в трудный час поддержали.
Летите, птицы, в синеве высот, несите весть: душа не устаёт. шестьдесят — лишь новый поворот, туда, где счастье ждёт,

Года наши, как птицы, в небесах летят, и вот сегодня — день рожденья мой, я прошёл шесть десятков лет по дороге земной.
Шестьдесят — не закат, не конец пути, а вершина, откуда видней, что впереди. это новый горизонт и новые мечты,
Пусть виски, как первый снег, побелели, но в глазах — тот же огонь, те же цели. душа не стареет, сердце не устаёт, жизнь продолжается — и вновь вперёд зовёт!
Летите, птицы, ввысь голубою, несите весть: ещё я молод и душой кайфую. шестьдесят — лишь новый рассвет, впереди ещё много счастливых лет!
… показать весь текст …

Я слышу шёпот

На склоне лет, в тиши вечерних дней, я вспоминаю Алгай мой, край родной, там утро над степью горит алой зарёй,
Там берег Узеня хранит мой след, как память давних снов. Он стал частью земной, как в сердце — образ тех родных основ.
Я ушёл однажды — судьба позвала вдаль, распахнула двери в мир большой, но Алгай в моём сердце, где бы ни был, сквозь метель и печаль,
В шуме городов, в суете дорог я слышу голос УзеНя, зовущий в отчий дом. старые осины кивают кроной: «Помни, мы тебя ждём».

Я слышу шёпот ковыля седого. полынь горька, но в ней — родной исток, её дыханье — как привет былого.
Степь серебрится под луной ночной, тропа, что к дому вела босыми ногами, всё это — след, что светит мне, как звёзды над степями.
И пусть года, как листья, ветер унесёт, но отчий дом всегда меня с любовью ждёт, Алгай в моём сердце живёт,
Пусть седина ложится на виски, а в глазах — даль, я навсегда — алгайский, по крови, по сути, там исток мой, там душа нашла крыла.

Степь бескрайняя, в дымке рассветной зари, ты зовёшь меня из дальней дали, где орлы над степью парят в вышине, а волки в ночи воют во мгле.
Она, как книга времён, хранит каждый шаг, где я ступал, ветер шепчет мне: след твой давний, забытый в траве, не пропал.
А заря алая, как в детстве, горит над степью родной, и пусть годы летят, как птицы, Алгай всегда в сердце со мной.
Орлы, они — гордые стражи бескрайних степей, напоминают мне про отчий дом, кружатся в багряном рассвете над ней.

Я слышу шёпот ковыля седого. полынь горька, но в ней — родной исток, её дыханье — как привет былого.
Степь серебрится под луной ночной, тропа, что к дому вела босыми ногами, всё это — след, что светит мне, как звёзды над степями.
И пусть года, как листья, ветер унесёт, но отчий дом всегда меня с любовью ждёт, Алгай в моём сердце живёт,
Пусть седина ложится на виски, а в глазах — даль, я навсегда — алгайский, по крови, по сути, там исток мой, там душа нашла крыла.

… показать весь текст …

Я шёл дорогой.

Я — путник в мире, где туман глубок, где трОпы скрыты, а горизонт далёк. шаг за шагом — сквозь ветра и грозы, сквозь тернии, сквозь сомненья и слёзы.
Я шёл как мог, бывало, падал, но я упрямый вновь вставал, и у поклонного креста на колени опустился, прости Господь, я так в пути устал,
Бывало, жизнь в дороге сети расставляла, но я не сдался, ведь выход есть всегда, и вопреки всему, сквозь боль и страх я прорывался.
Вдохнул поглубже, встал и пошёл, теперь я знаю, Он услышит и поведёт меня сквозь туман густой, сквозь бури своей дланью святой.

Я шёл по дороге, что вьётся, как змей, шаг за шагом — по острым камням, где ветер свистел, сквозь чащи сомнений и холод ночей.
Мои ноги дрожат, душа изныла, путь был тернист, судьба не щадила. но Ты — мой компас в морской пучине, мой берег во мгле, мой свет в пустыне.
Падал не раз, но в груди — огонёк, вставал, отряхивал пыль с израненных ног и дальше ступал среди теней тревог.
Но где;то внутри — тихий голос живой, во тьме, что гуще смолы, Он как будто шептал: ты не один, не сдавайся, даже если путь непростой».

Я шёл по троПе, где тени чужие, где скалы шепчут о днях забытых, шаг за шагом — сквозь вихри и мглу, где буря разрывает тишину.
Жизнь расставляла ловушки, как капкан, то туман поднимался — густой и седой, заслонял горизонт, то вплетала нитью колючий обман.
Бывало, падал — камень был незрим, но дух упрямый не сломлен болью, не убит бедой, я шёл вперёд — с надеждой золотой.
Но Ты — мой свет во мгле ночной, дал силы встать, дал веры вновь, Ты — мост над бездной тёмной, злой.

Я шёл по дороге, что вьётся, как змей, шаг за шагом — по острым камням, где ветер свистел, сквозь чащи сомнений и холод ночей.
Мои ноги дрожат, душа изныла, путь был тернист, судьба не щадила. но Ты — мой компас в морской пучине, мой берег во мгле, мой свет в пустыне.
Падал не раз, но в груди — огонёк, вставал, отряхивал пыль с израненных ног и дальше ступал среди теней тревог.
Но где;то внутри — тихий голос живой, во тьме, что гуще смолы, Он как будто шептал: «Ты не один, не сдавайся, даже если путь непростой».
… показать весь текст …

Так иди.

Лишь побеждая страх, ты обретаешь смелость, лишь ошибаясь, станешь ты мудрей. жизнь не игра, а путь к победе, так не сворачивай, будь храбрей.
Мудрость приходит с опытом не сразу. ошибки учат нас и делают сильней. не бойся рисковать, ведь каждый шаг в пути к мечте твоей.
А путь тернистый — он не для слабых, не для тех, кто не уверен, он — как горный склон туманный, для того, кто отвагой проверен.
Страх — как тень, что следом ходит, режет сердце, как мечом. душу угнетает, но ты знай: он на стойкость тебя проверяет.

Так иди сквозь шторма, сквозь шёпот пустоты. ты — не лист, гонимый ветром, ты — штурман своей сокровенной мечты.
Испытания — как горн кузнечный, где душа, как сталь, проходит закал. боль — не враг, а мастер, тот, кто форму и крепость ей создавал.
Путь — как древняя карта, где пунктир дорог теряется в дымке времён. но душа, что жаждет открытий и целей, ступает через сети тревог.
И когда ты достигнешь вершины, ты оглянись — внизу плывёт туман. ты прошёл через хаос и судьбы руины, стал сильным, как будто титан.

Ты шагай, не зная страха, сквозь буран, сквозь тишину. ты — не пленник тьмы и мрака, ты творец и создаёшь свою судьбу.
Кто падал и вставал, отряхивал пыль дорог сквозь чащи сомнений и зыбь болот. Испытанья как горный поток, кто их прошёл — тот силу и волю найдёт.
Лишь побеждая страх, ты обретаешь смелость. ведь на ошибках учимся мы все, иди вперёд, в пути не отступая, и победишь в борьбе.
Ошибки — как рифы в бурном море, о которые разбивались корабли. но кто выжил, тот узнал ураганы и штормы и добрался живым до земли.

Так иди сквозь шторма, сквозь шёпот пустоты. ты — не лист, гонимый ветром, ты — штурман своей сокровенной мечты.
Испытания — как горн кузнечный, где душа, как сталь, проходит закал. боль — не враг, а мастер, тот, кто форму и крепость ей создавал.
Путь — как древняя карта, где пунктир дорог теряется в дымке времён. но душа, что жаждет открытий и целей, ступает через сети тревог.
И когда ты достигнешь вершины, ты оглянись — внизу плывёт туман. ты прошёл через хаос и судьбы руины, стал сильным, как будто титан.
… показать весь текст …

Мой ангел-хранитель.

Мой ангел-хранитель, ты всюду со мною,
Я чувствую, вижу незримо тебя,
В минуты сомнений -подскажешь, научишь,
В часы роковые - спасаешь меня.

Дыханьем своим отогреешь мне душу,
Крылом материнским от бед отвратишь,
И чёрные тучи над грешной судьбою
Ты в дождик весенний всегда превратишь.

Мой ангел-хранитель, посланник небесный,
Мне Господом данный родной человек,
Который душою и телом со мною
В неистовый этот безудержный век.

Опять луна в окно ко мне стучится.

Опять луна в окно ко мне стучится,
Её одиноко на небе ночном,
И хочется со мною подружится,
Обняв ночным серебряным крылом.

Своим магическим, проникновенным светом
Она без спроса в комнату вошла,
Расположилась рядом на постели,
И разговор со мною завела.

О том, как ей живётся в небесах,
В этом бездонном, синем океане
Среди безмолвных одиноких звёзд,
В этой немой загадочной нирване.

И я внимал её магическим словам
В компании кочующих теней,
Крутясь на своей скомканной кровати
В объятиях бессонницы своей.

Я ей поведал о моих мечтах,
Что в грёзах зарождались под луною,
И о своих желаниях найти ту женщину,
Что станет мне женою.

Вот так мы проболтали до зари,
Пока бессонница куда-то не пропала,
Оставив мне каких-то три часа,
Хотя, конечно, это очень мало.

Мы встретились с тобою не случайно.

Мы встретились с тобою не случайно,
Не зря пересеклись наши пути,
Кто-то на небе всё продумал тайно,
Чтоб мы могли друг-друга обрести.

Соблазнов было много в нашей жизни,
Случайный шаг мог всё переменить,
Судьбу злодейку подвести несложно,
Но только это надо заслужить.

Два наших взгляда встретились случайно,
И твой открытый взгляд меня пленил,
Я помню, говорил о чём-то страстно,
И о любви, конечно, говорил.

Ты мне поверила и сердцем и душою,
Твоя рука растаяла в моей,
И мы с тобой пошли по жизни рядом
В страну любви, заботы и страстей.

Какой провидец, наш небесный гений,
Он всё уже тогда предусмотрел,
И нашу встречу, наше притяженье,
Нашу любовь и кучу добрых дел.

Голос жизни

На коже — бледная черта,
Как росчерк на судьбе неровной.
Там, где сгущалась темнота
И тишина была виновной.

Я помню холод тупика,
Свинцовые тиски отчаянья,
Когда дрожащая рука
Искала повод для прощанья.

Когда все стены сжались в круг,
И воздух стал тяжелым ядом.
Казалось, враг и лучший друг
Проходят мимо, даже рядом.

Но этот шрам — не знак беды,
Не символ сломанной надежды.
Он — след проложенной гряды —
Теперь не будет так, как прежде.

Всегда есть выбор. Даже там,
Где наглухо забиты двери.
Поверь своим живым рубцам,
Не верь рассказам о потерях.

Когда опять загонят в тьму,
И выход скроется в тумане,
Я прикоснусь рукой к клейму,
К той старой и зажившей ране.

И вспомню: страх — всего лишь дым.
Сквозь камень прорастает колос.
Пока я остаюсь живым,
За жизнь отдам всегда свой голос.

20.04.2026 г.

Ручная вечность

В кармане, среди крошек и ключей,
Среди монет, потерянных без счёта,
Лежал янтарь случайных мелочей —
Осколок дня, забытого кого‑то.

Обычный миг. Он сжался в кулаке:
Дыханье ветра, блик на мокрой крыше,
След самолёта в небе вдалеке,
И голос, что становится всё тише.

Наука врёт, что время — это нить,
Линейный бег от «было» и до «будет».
А я сумел мгновенье сохранить,
Украв его у вездесущих будней.

Оно не весит ровно ничего,
В нём нет ни атомов, ни массы, ни объёма.
Но если пальцами коснусь его —
Я снова там. Я снова где‑то дома.

Пускай года стирают города,
И календарь худеет, словно в драме,
Я не боюсь. Со мною навсегда
Ручная вечность — там, в моём кармане.

22.04.2026 г.

Из года в год

Из года в года изяществом сверкая:
Алмазы, малахиты, жемчуга
И в изумрудах - целые луга -
Весна в былом величии предстала!

В ливреи разодетые деревья -
Зелёный-ультра, веридан, шартрез,
С серёжками, цветочками и без -
Увидев свет, махнули на веселье!

Наряды с атрибутами меняя -
(Тот ритуал ответственен весьма!)
Художества и мастерства размах
Приветствуют со свистом птичьи стаи.

Весне - сплошное баловство все эти
Несметные обилия чудес.
А нам - хмельная радость до небес,
Фантазии о неизбежном лете.

Возраст самый смешной

Возраст самый смешной,
Когда сердцу пятнадцать.
И прогулка впервой
До прибрежья реки.
И пленит тишиной,
И пленит ароматом,
То, что было мечтой
И всему вопреки.

Ты позволил мне быть
Озорною девчонкой,
Двери чуть приоткрыв,
В ту зовущую жизнь.
Никогда не забыть
Перешеечек тонкий
Милой сердцу реки,
Лодка где и камыш.

Где тонуло в воде
Одинокое солнце.
И, казалось, нигде
Нет воды голубей.
Он стремглав пролетел,
Возраст нежных эмоций:
Ах, как чист и несмел
Полудетский напев.

Нет и тени следов,
Нет дороги обратной
К полю трав и цветов -
Их там было "несчёт"!
Дорог мне уголок,
Чистый и незапятнан,
Как обрывки из снов -
Не унять их поток.

Художник Pascal Campion

Голова набекрень

Голова набекрень:
Нестандартным соцветием
Обещала сирень
За любовь быть ответственной.

Носом к носу мы с ним -
Есть такое везение.
Он замес оценил
Под углом точки зрения.

Туш исполнил гормон,
Извините за шуточки.
Глазом он не повёл
По коротенькой юбочке.

Покраснела сперва
С быстротой первоклассника.
Ни жива-ни мертва,
В ожидании праздника.

Как облезлая моль,
Трепещу перед камерой:
"Пропустить соизволь!" -
С выражением каменным.

Чуть замедлила шаг
У заветного скверика:
Листья чётко шуршат:
"Понапрасну поверила"...

Как будто

Как будто пронзило нас током
В чехле без дверей и без окон.
Беспечно так стало душе
В звеняще-немой тишине...
Слились воедино два взгляда -
Ничтожна любая преграда
И нет ничего, что важней.

Куклу Катю

Куклу Катю просила слёзно...
Кукла Лена была, кстати:
Был ещё гобелен "От крёстной!"
Украшением моей кровати.

"Воспитаньем культуры служит,
И развитию служит вкуса."
"Иностранный" коврик из плюша*
Не какой-то кустарный мусор.

Самый низ в цветастой оправе -
Палисад добротно состряпан.
В центре - папа. Слева направо -
Мама-кошка - когтистая лапа.

Братья, сестры - детишки-котята.
Самый маленький - красноглазый.
Та семья обаяшек хвостатых -
Для меня - колыбель фантазий.

На тигрёнка похож - шалунишка.
"Их любимчик!"- понятное дело.
Как у бабушки котик - Тришка.
Мне б такого! Очень хотела.

Атрибута детской постели
Выразительней - нет! Не знала.
Может краски слегка потускнели...
Я хочу, чтобы вы лицезрели,
ЧТО всю жизнь я "богатством" считала.

* - фото того самого "винтажного" коврика
в исполнении автора стихов.

Художник...

Художник, пусть совсем не именитый.
Картина - из журнала "Огонёк".
Но под стеклом. И а рамке колоритной.
Висела на стене под потолок.

Бывало вдохновенно приумолкну -
Не оценить возможность - созерцать!
Её могла рассматривать подолгу:
Детали, выражение лица.

Письмо читают девушки-подруги.
О чём оно? Наверно, о семье.
На задний план - душевные недуги
На время отошли в небытие...


Похоже, треугольничек от мамы -
Того гляди, сердечко из груди!
"Нездешний" интерьер - комод и лампа -
Участники финального этапа...
Германия проклятая, поди!


"Подруги"
Художник Серафима Рянгина, 1945 г.

Хоть сезон курортный не настал

Хоть сезон курортный не настал,
Но с приходом мая жарче стало.
Как бы на свободу, "на фристайл",
Я во сне последний раз летала!...

Небо отражающая гладь...
Непривычно сонный, тихий берег,
Цель осуществляющий вещать:
"Вход свободный нА море, без денег!"

Незаметно чаек над водой.
Брачными охвачены делами:
Остров заповедный "родовой"
Рядышком с их танцами-балами.

Ласточки безудержно парят,
Воздух наполняя нежной трелью.
Словно в воду бросив якоря,
Солнце, на прохладу несмотря,
"Нет!" - твердит - ни мартам, ни апрелям!"

Удивленья достойна надежда

Безотчётная светлая радость
С болтовнёй, в основном, "напоказ".
"Встрече рад, высока вероятность,
Мы увидимся скоро не раз."

Удивленья достойна надежда!
Проходили безумный азарт:
"А уместна такая поспешность?
Не заменит мне ужин сухарь."

Лихорадочность тёплых ладоней...
Отзеркалю улыбку назло:
"И захочешь догнать! Не догонишь:
Слишком много воды утекло!"


Художник Robert G Harris

Городских тополей аромат

Городских тополей аромат,
Как манящих флюидов стаи,
Кружит голову, сводит с ума,
Томной негою наполняя.

Вот уж в самый конец земли
Отошли и прочь улетели
Те кошмары, что током прожгли,
В леденящем марте-апреле.

Смутной верой прониклась душа,
Навещая пустые скверы.
Отдалённая от миража,
Ей понятны беды размеры...

Захотелось простить в сотый раз,
Всех презревших души оправу -
По частям разбивался алмаз,
Не выдерживая расправы...

Притуплялась и вечная боль -
Всё имеет свои пределы.
Об одном заклинаю с мольбой:
"Будьте все здоровы и целы!"

Он ворвётся, как призрак, покой
Солнцем ясным, вовек негасимым.
Всемогущи мы верой одной
И навеки верой хранимы.

Приму на личном фронте неудачи

Приму на личном фронте неудачи.
И с поражением смирюсь своим.
Пусть и о нас на все лады судачат -
Адреналином зарядИт экстрим.
Сведу к нулю и страсть, и одержимость.
Обиды и гордыню усмирю!
Вопрос частично может разрешиться,
Пока совсем от чувств не захандрю.

Прогноз отвергнутою быть мне страшен.
Он слишком уязвимый, тот удар...
На ум приходит термин "распродажа".
А вместе с ним - и "скидка", и "товар".
Как перспектива эта неприятна!
Навязчивой и экспансивной? Нет!
Чуть отдалюсь. Побуду "сепаратной",
Чтоб только не нарушить паритет.

А захвораю, если, занедужу
И окажусь в болезни передряг,
Я ни за что не проиграю душу:
Всё что угодно, но не белый флаг.
К чему во время боя полотенце?
(А из меня плохой парламентёр!)
Долой позорище - презрю конвенции:
На этот раз прошиб Амур-сапёр.

Страна советов

Этапы "октябрёнок-пионер"...
И комсомолка! "Дальше" не вступила.
Была страна такая - "ССР"
Быть может, только букву пропустила...

Дашь зевака - прощёлкаешь десерт.
Социализм - не эра домостроя.
В стране советов, каждый член - эксперт.
Особняком - во времечко застоя.

И каждый был невозмутимо чист -
Счастливей не сыскать на белом свете!
Как Леопольд - мечтатель-оптимист
Верхом на "Аисте" - велосипеде..

Купи билет. И можно, хоть куда,
Хоть в море, из окошка да с разбега:
Заводы, новостройки-города
Во имя и во благо человека.

Товаров - в изобилии. ЖИВИ!
Кино... Читай газеты и журналы.
"Трудиться и учиться!" был девиз,
Чтоб ни одна скотина не догнАла!

Чем я хуже? наив

Я отставила б тоже мизинчик,
Да, талончик к зубному при мне.
Чем я хуже Джоконды Да Винчи?
Лувр, понятно, повыше в цене.

Авантюрный квадрат тот и кубик...
Всё условно. Вправляют мозги.
Только мы в красоте не уступим:
Симпатичней шедевров других.



"Лиза Монова"
художник Валентин Губарев

Не угнаться за тбой наив

Сплошь и рядом - конкуренты -
Девки местные - толпой -
Якоря. В полоску ленты -
Не угнаться за тобой.

Под твоим стою гипнозом,
Баянист и режиссёр -
На высоких подголосках
В номинации - фольклор.

Лишь вздыхающие звуки...
Не поётся ни черта...
Мастер - опытные руки -
Жизни всей моей мечта.


Художник Валентин Губарев

Всё могут женские глаза.

Всё могут женские глаза, 
Любить, корить и понимать,
И в синий омут чар своих
Мужскую душу завлекать.

Всё могут женские глаза,
В них мир загадочный лукавый,
Нетерпеливый,озорной,
Порой жестокий, своенравный.


Господь их силой наделил,
Небесной силой, не земною,

И бесподобной красотой,
Порой с хрустальною слезою.


Они нам снятся по ночам,
В ратном бою сопровождают,
И открывая этот мир,
Порой нам выжить помогают,

Всё могут женские глаза,
Других таких вы не найдёте,
Их просто нет ни у кого,
Хоть этот митр весь обойдёте.

Ты ищишь дружбу средь врагов.

Ты ищешь дружбу средь врагов.

Ты ищешь дружбу средь врагов,
Её там просто нет,
Лишь потеряешь честь свою
На поле скорбных бед.

Враг не такой, как ты, простак,
Его не проведёшь,
Он ищет брешь в твоих мозгах,
И впаривает ложь.

А ты с наивностью своей
Не видишь ни хрена,
И забываешь - за спиной
Родная сторона.

Где с поля боя ждут детей,
Ушедших на войну,
Где слёзы жён и матерей
Не сохнут на ветру,

Где все надеждою полны
Победы над врагом,
Где годы юности прошли,
Где старый отчий дом.

В тебе одной весь этот мир. 

Ты одна всё видишь, понимаешь,
Понимаешь всё без лишних слов,
Ты - моя душа,обитель рая,
Соучастница творений, сладких снов.

Ведь в тебе одной весь этот мир,
Этот мир огромный, поднебесный,
Мир любимый, грозный, озорной,
Мир красивый, странный и чудесный. 

Ведь в тебе есть то , что для меня
Так имеет важное значенье,
Без чего прожить никак нельзя
Ни минуты, часа иль мгновенья.

Есть в тебе загадочный рассвет,
Первый гром , гроза и вечер томный,
Бесподобный, красочный закат,
Звёздный дождь и месяц полусонный.

Ты наполнена мелодией любви,
Музыкой души твоей широкой,
Вечерами — блюзом до зари,
Утром — вальсами с негромкой позевотой.

В полдень погружает менуэт
С планами, идеями, делами.
Ты везде и всюду, Ангел мой,
С надо мною распростёртыми крылами.

В минуты тишины, ты вдруг тонко ощущаешь свой внутренний мир в котором хочется немного попутешествовать...

Дотронуться

Дотронуться бы до неба-
Его коснувшись рукою,
Пусть кажется мечта смешною-
До неба дотянуться мне бы.

Быть может повезет мне однажды,
Во сне может быть...случайно,
Конечно же там всё по-другому,
За мной приплывёт белый лайнер.

Там, наверху, всё иначе,
Безлюдье в царстве кошачьем,
Не будет задач и дедлайна,
А что же там будет?... Тайна!

В зелени вод лягушачьих
Или в озёрах бездонных
Буду я рыбкой малой,
В чистой воде, придонной...

Быть может стану я бабочкой,
Крылья сложивши клинышком
Буду ходить по долинушкам
Или другой небесной "козявочкой"...

Пришёл с дождём вот этот сон,
Он явь всему преображает-
Листает сны он, как альбом
И каждого, конечно, знает...

Дотронуться нам до неба,
Коснуться его рукою-
Поможет дождик на время
Забыться...мечтой смешною...
18.04.2026
© Copyright: Диана Дедюлева, 2026

Променад с дождём

О, милый дождик, милый мой,
Ты по следам идёшь за мной.
Ты то догонишь, то отступишь,
Но ты не ту, дружочек, любишь...

Ты за любовь стоишь "стеной"
Ну...так и быть: пойдем со мной,
Возьми тихонько за локоток...
Мой ненаглядный, ты и сам промок.

Мы спрячемся под зонтик, в рубчик,
Пройдемся мостовой, голубчик...
Пока не виден особняк старинный-
Поговорим с тобой в дороге длинной.

Весна. И тополя, как кипарисы,
Пирамидальные-встречают нас
В зелёных, нежных ризах,
Удивленные рождением-ирисы

На клумбах-мокрые, парфюма берегут запас.
Свободный музыкант под дождиком топчась,
Прервёт моменты парадиза-
Спасая на террасе крытой контрабас.

Детишкам всё равно на "мокрого" капризы,
По сторонам лишь фантики летят
Липучего к зубам "ириса",
Мне тоже захотелось с ними...

В детство, жевать коричневый "кис кис-а"
И в лужи наступать. Как стеклодув-
Выдохнуть большой пузырь "love is-a",
Жестикулируя прыгать на бордюр...

Ну всё, пришли к дверям, кажись,
А дождик мой-такой вот самодур-
Попросится к огню камина,
Я разверну его обратно-по улице стучать Неглинной...

Мой джентльмен такой прилипчивый
В окно заглянет для приличия.
Увидит оранжевый гибискус,
Оставит на стекле сердечко мне эскизом...

А к ночи получу дождя сюрприз-
Записочку из капель на пороге:
"Ты сладко спи, моя Наргиз!"
Я встречу эту облекая в строки

Майоликой стиха раскрашу эпикриз
И изумясь, скажу себе: ложись...
По выхолощенным улицам с дождём
Ещё ни раз мы промелькнём...
© Copyright: Диана Дедюлева, 2026

… показать весь текст …

In spiritu sancto

Я всматриваюсь в даль
Там мыслей громадьё,
А за спиной осталось,
Там, где-то в тишине,
Лежит забытое старьё.
Оно почти истлело,
Пластами склеилось,
Срослось в одно литьё.
За горизонт, за даль-
Я вглядываюсь смело
И мыслей череда-
Несётся оголтело.
Совсем не жалко дней
прошедших ошалело.
Нас будущее ждёт-
К нему шагаем резво.
Осталось позади
И не вернётся детство.
03.01.2025