Новые статусы на 12.06.2026 - Страница 1972

Бог не может быть везде одновременно — поэтому он создал матерей.

Не бывает людей ни хороших и ни плохих,
если в данный момент ничего не надо от них!

Восток - истинный хитрец; он почитает маньяков как пророков, мы же смотрим на пророков как на маньяков.

Война никогда не заканчивается войной.

В человеке, переполненном самим собой, нет места для Бога.

Я положил к твоей постели

Я положил к твоей постели
Полузавядшие цветы,
И с лепестками помертвели
Мои усталые мечты.

Я нашептал моим левкоям
Об угасающей любви,
И ты к оплаканным покоям
Меня уж больше не зови.

Мы не живем, а мы тоскуем.
Для нас мгновенье красота,
Но не зажжешь ты поцелуем
Мои холодные уста.

И пусть в мечтах я все читаю:
«Ты не любил, тебе не жаль»,
Зато я лучше понимаю
Твою любовную печаль.

Вьюга

Я ждал любовь, явилась вьюга –
разлуки верная подруга.
Пути-дорожки замела,
печаль в сознанье занесла.
Для снега вытащил лопату,
очистил тропку до заката.
Для скуки нет таких лопат,
рифмую мысли невпопад.
А вьюга вновь стучится в двери.
Моим страданиям не верит.
Закрыл я двери на засов
и окунулся в лоно снов.
И снится мне, хозяйка вьюги
явилась в образе подруги.
Меня с мороза обняла
и в наслажденье увела.
Проснулся я от наслажденья.
Пропало чудное виденье.
Остался только вьюги вой,
как неприятный позывной.

Верните мне то время

Верните мне то время, когда любовь рождалась страстно, а не за планшетом в соц.сетях
Когда друзья смеялись нежно, и обсуждали добрые стихи. Когда уважали не за грубость, а за добрые дела.

Мулатка

Пленительная медовая карамель словно сияющий рассвет, жизнь с тобой словно сладкий эротический сон. Сочная сладкая сказочно-фантастически красивая. От твоей сексуальности потеют стекла пленный сексуальной силой в твоих глаза, это удивительная магия шарма, таящаяся в них. Ты мое развратное искушение грязный соблазн. Сладкое искушение нежно рычащей страсти захватывающее дух своей красотой сочная карамельная ягода, отливающаяся порой живописным оттенком красного заката, испепеленная раскаленным жаром страсти. От твоей жарчайщей, знойной красоты мозг будто бы отключается и теряет сознание от твоих сладчайших поцелуев.

А ты помнишь те вечера ?
Когда мы обнявшись вдвоём засыпали ,
Под лунным светом, ночной тишины
И наши сердца в один ритм сплетались ,
На утро вдыхая дым сигарет ,
Он казался мне сладким с тобою .
Но сейчас тебя нет рядом со мною ,
Я слышу твой голос и сообщения читаю ,
Но обнять я тебя не способен ,
Поцелуй подарить не могу ,
Судьба расстоянием нас раскидала ,
И я без тебя смысл счастье теряю.
Но судьба не будет жестока и мы встретимся снова ,
Это лишь испытание нашей любви ,
Проверить доверье, настоящей любви.

Час жизни — всё равно жизнь.

— Хочу сразу предупредить вас, я еврей!
— Ну, а я немец! Вот и познакомились!

Власть – это когда у нас есть все основания убить, но мы этого не делаем.

— Я мог бы спасти больше… Я мог бы спасти больше… Мог бы спасти больше… Мог…
— Благодаря Вам спаслась тысяча человек… Посмотрите на них…
— Если бы у меня было больше денег… Я просадил столько денег, — Вы даже не представляете… Если бы я…
— Будущие поколения будут благодарны Вам за все.
— Я так мало сделал…
— Вы очень много сделали.
— Эта машина, — Герц мог бы купить машину… Зачем я ее оставил себе? Это же… Десять человек… Десять человек… Еще десять человек… Этот значок — два человека. Он из золота… Еще два человека. Они не дали бы мне двух, по меньшей мере — одного. Еще одного можно было бы спасти. Еще одного… Одного… За это… Я мог бы спасти еще одного, еще одного… И я не сделал этого… Я не сделал этого…

Мой отец любил говорить, что в жизни нужны только три вещи: хороший доктор, прощающий священник и умный бухгалтер.

Оскар Шиндлер

Он был судьбы и прибыли любимец,
По жизни автогонщиком он гнал!
Красивый и желаннейший ариец.
Но сам – перерождённый Арьяман.

И в каждом его деле не хватало
Чего-то, несмотря на весь успех.
Чего-то, что ещё тогда не знал он,
Пока война с голов не сбила снег.

Он пил и не пьянел. Он мог о власти
С врагом, как с верным подданным, на «ты».
Он создал государство в государстве,
Где банды перепрятали хвосты!

Но у него особенная банда
Из женщин, инвалидов и детей.
Их цель – не дефицит под сенью храма
Толкнуть, а избежать лихих смертей.

Они носили звёзды, как ожоги,
Как искры для огня, что жаждет прах.
Где золото и шуба недотроги?
С беднейшими – уравнена в правах.

Уходят из квартир и из лачужек
И тащат чемоданы и мешки.
И кто-то полицаем рьяно служит,
Считая, что продлит свои деньки.

Они ещё надеются и верят,
Лишь мудрые глядят в лицо беде.
В распахнутых квартирах ветер веет
Молитвой по ушедшим к Судие…

И самому забывшему о высшем,
Что страх топил в котле бурлящих дел,
Явился – будто век не уходивший –
И вкладчиков найти ему велел!

Сказал нанять людей, что меньше стоят…
Людей, которым некуда бежать!
Быть может, он и не был так фриволен,
Без ног на стол… Теперь не можем знать.

Пусть врёт нам режиссёр-американец,
Один красноармеец на коне
Пусть въедет в лагерь. Есть такая память,
Что меркнут споры нынешних пред ней.

Он мог нажить несметные богатства,
Но судьбы выкупал. Под колпаком
Свеча его горела не напрасно
Лишь будущего воздуха глотком.

Колпак перевернуло – рваным смерчем!
Он свечку, не заметив, загасил.
Лишь красный фитилёк дымящей свечки
Годами тихо теплился один.

Он теплился ненужный, на чужбине,
Когда вернулся май в его страну.
Он бродит среди нас ещё поныне.
Он спас весь мир, спасая жизнь одну.

… показать весь текст …

Камни (памяти Оскара Шиндлера)

Он был таким, его запомнят все,
Высоким, статным, по годам красивым.
Куря сигару, в сером пиджаке
Казался он и строгим, и спесивым.

Карманы полны денежных купюр,
Значок на пиджаке из белого металла,
Платок в кармане, может от кутюр,
Хотя тогда еще их не бывало.

И взгляд пронзительных и умных глаз
Всегда был устремлен перед собою,
И никогда он их не опускал,
Пусть даже перед нечисти толпою.

Его считали упыри своим,
Его богатство им слепило очи,
Но душу он не продал, как они,
Их души, что чернее черной ночи.

Они считали, нечисть лучше всех,
Своим происхождением гордились.
Считали, что их ждет большой успех
И истреблять обычных не стыдились.

Ни стариков, ни женщин, ни детей,
Ни даже крохи малой не жалели,
И после дьявольских своих затей
Их души в пропасть черную летели.

Но он не мог смотреть на это все,
И сердце его билось учащенно,
Когда в его пронзительных глазах
Кого-то убивали изощренно.

Свое он состояние пустил
В опасное спасение немногих,
За тысячу и триста - своих сил
Не пожалел, свернул с плохой дороги.

На страх и риск, пред нежити толпою
Он их спасал, ведь сердце не из стали.
Пред упырями жадными, не скрою,
Монетами что души измеряли.

И ничего взамен не получив,
Когда настало время, между прочим,
Он славы не искал, и не просил,
Он скрылся под покровом ночи.

Но будет имя жить его в сердцах
Уже десятков тысяч, и поныне,
В знак благодарности ему несут когда
И не цветы, но камни на могилу.
… показать весь текст …

ПОСВЯЩЕНИЕ ОСКАРУ ШИНДЛЕРУ

Разбирая старые альбомы,
Нахожу живые имена.
Слышу из былого только стоны,
Из былого, где была война.

Был талантлив Оскар, музыкален,
И душа его была чиста.
Оказался он, как Бог всесилен,
Мысль и гениальна и проста.

Этот список всех людей спасенных,
Его именем назвали неспроста.
Убедить он смог врагов прожженных,
Что от мертвых только маета.

Всех кого оставил для работы,
Живы многие по ныне, благодать.
И кричать я буду до икоты:
«Это не должны мы забывать!»

Яшка

Учебно-егерский пункт в Мытищах,
В еловой роще, не виден глазу.
И все же долго его не ищут.
Едва лишь спросишь - покажут сразу.

Еще бы! Ведь там не тихие пташки,
Тут место веселое, даже слишком.
Здесь травят собак на косматого мишку
И на лису - глазастого Яшку.

Их кормят и держат отнюдь не зря,
На них тренируют охотничьих псов,
Они, как здесь острят егеря,-
"Учебные шкуры" для их зубов!

Ночь для Яшки всего дороже:
В сарае тихо, покой и жизнь...
Он может вздремнуть, подкрепиться может,
Он знает, что ночью не потревожат,
А солнце встанет - тогда держись!

Егерь лапищей Яшку сгребет
И вынесет на заре из сарая,
Туда, где толпа возбужденно ждет
И рвутся собаки, визжа и лая.

Брошенный в нору, Яшка сжимается.
Слыша, как рядом, у двух ракит,
Лайки, рыча, на медведя кидаются,
А он, сопя, от них отбивается
И только цепью своей гремит.

И все же, все же ему, косолапому,
Полегче. Ведь - силища... Отмахнется...
Яшка в глину уперся лапами
И весь подобрался: сейчас начнется.

И впрямь: уж галдят, окружая нору,
Мужчины и дамы в плащах и шляпах,
Дети при мамах, дети при папах,
А с ними, лисий учуя запах,
Фоксы и таксы - рычащей сворой.

Лихие "охотники" и "охотницы",
Ружья-то в руках не державшие даже,
О песьем дипломе сейчас заботятся,
Орут и азартно зонтами машут.

Интеллигентные вроде люди!
Ну где же облик ваш человечий?
- Поставят "четверку",- слышатся речи,
Если пес лису покалечит.
- А если задушит, "пятерка" будет!

Двадцать собак и хозяев двадцать
Рвутся в азарте и дышат тяжко.
И все они, все они - двадцать и двадцать -
На одного небольшого Яшку!

Собаки? Собаки не виноваты!
Здесь люди... А впрочем, какие люди?!
И Яшка стоит, как стоят солдаты,
Он знает: пощады не жди. Не будет!

Одна за другой вползают собаки,
Одна за другой, одна за другой...
И Яшка катается с ними в драке,
Израненный, вновь встречает атаки
И бьется отчаянно, как герой!

А сверху, через стеклянную крышу,-
Десятки пылающих лиц и глаз,
Как в Древнем Риме, страстями дышат:
- Грызи, Меркурий! Смелее! Фас!

Ну, кажется, все... Доконали вроде!..
И тут звенящий мальчиший крик:
- Не смейте! Хватит! Назад, уроды!-
И хохот: - Видать, сробел ученик!

Егерь Яшкину шею потрогал,
Смыл кровь...- Вроде дышит еще - молодец!
Предшественник твой протянул немного.
Ты дольше послужишь. Живуч, стервец!

День помутневший в овраг сползает.
Небо зажглось светляками ночными,
Они надо всеми равно сияют,
Над добрыми душами и над злыми...

Лишь, может, чуть ласковей смотрят туда,
Где в старом сарае, при егерском доме,
Маленький Яшка спит на соломе,
Весь в шрамах от носа и до хвоста.

Ночь для Яшки всего дороже:
Он может двигаться, есть, дремать,
Он знает, что ночью не потревожат,
А утро придет, не прийти не может,
Но лучше про утро не вспоминать!

Все будет снова - и лай и топот,
И деться некуда - стой! Дерись!
Пока однажды под свист и гогот
Не оборвется Яшкина жизнь.

Сейчас он дремлет, глуша тоску...
Он - зверь. А звери не просят пощады...
Я знаю: браниться нельзя, не надо,
Но тут, хоть режьте меня, не могу!

И тем, кто забыл гуманность людей,
Кричу я, исполненный острой горечи:
- Довольно калечить души детей!
Не смейте мучить животных, сволочи!
… показать весь текст …

Медведь

Беспощадный выстрел был и меткий.
Мать осела, зарычав негромко,
Боль, веревки, скрип телеги, клетка...
Все как страшный сон для медвежонка...

Город суетливый, непонятный,
Зоопарк - зеленая тюрьма,
Публика снует туда-обратно,
За оградой высятся дома...

Солнца блеск, смеющиеся губы,
Возгласы, катанье на лошадке,
Сбросить бы свою медвежью шубу
И бежать в тайгу во все лопатки!

Вспомнил мать и сладкий мед пчелы,
И заныло сердце медвежонка,
Носом, словно мокрая клеенка,
Он, сопя, обнюхивал углы.

Если в клетку из тайги попасть,
Как тесна и как противна клетка!
Медвежонок грыз стальную сетку
И до крови расцарапал пасть.

Боль, обида - все смешалось в сердце.
Он, рыча, корябал доски пола,
Бил с размаху лапой в стены, дверцу
Под нестройный гул толпы веселой.

Кто-то произнес: - Глядите в оба!
Надо стать подальше, полукругом.
Невелик еще, а сколько злобы!
Ишь, какая лютая зверюга!

Силищи да ярости в нем сколько,
Попадись-ка в лапы - разорвет! -
А "зверюге" надо было только
С плачем ткнуться матери в живот.

Любимая женщина, любовь – это когда, ничего не страшно и ничего не стыдно. Когда, ты и она едины во всём. Когда, никаких сомнений нет. Когда, тебя не подведут и не предадут. Когда, тебе верят и веришь ты. Когда, нет другой для тебя и нет другого - для неё. Когда, она заранее знает и любит то , что любишь и хочешь ты. И ты, заранее знаешь и любишь, то, что хочет и любит она. Когда, ты, как слепой, не замечаешь её недостатки и она смотрит на тебя, как на "восьмое чудо света", хотя ты точно знаешь, что она глубоко ошибается...
Когда, у неё всё, до чего тебе хотелось бы и, теперь, можно дотронуться - кажется верхом совершенства, исключительным и только тебе доступным, на века, - только тебе!, и ни кому больше!... Когда, ты ею горд, когда, ты как Квазимодо, безрассудно, отчаянно и ненавязчиво, неистово и нежно, а, может быть, и безответно, любишь свою Эсмеральду. Когда, ты знаешь и уверен, что только ты, и никто больше, не может понять её и защитить. Защитить от всего, и от всех существующих, и не существующих бед. Когда, покой её сна, гораздо важнее, чем последствия извержен ия Везувия. Когда, хочется, затаив дыхание, нырнуть в её глаза, как в омут, не боясь там остаться навсегда. Когда...
...Когда, ты, не только готов на всё, что бы её защитить и уберечь. но и готов её отпустить, если она тебя об этом попросит...
… показать весь текст …

- Скажи, зачем?..

...В висках как молотом стучало,
Когда я к двери подходил:
- Прости, начнем с тобой сначала...
Но, этой просьбы было мало,
Ты от досады зарыдала,
Я дверь не слышно отворил...

- Скажи, зачем?.. Но, ты молчала,
(Я уходил.., ты замолчала,)
В окно смотрела в забытьи...
Я не хотел начать с начала,
Хотя душа моя кричала,
Я хлопнул дверью позади...

Той женщине, которая ушла...

Та женщина, что от меня ушла..,
Не будет вспоминать мои объятья...
Ей все равно, она мне не лгала,
И я не буду сыпать в след проклятья.
Теперь мы на страницах, в соцсетях,
В её «друзьях» не встретимся случайно.
Что ж я грущу о том ночами тайно:
«За все в чем был и не был виноват»?...

Теперь не надо мне её просить,
Чтоб поняла меня и попусту не злила.
И виртуально нам уж не «дружить»,
Все позади: кукушка песню спела.
...Но, я открою дверь, не помня зла,
С улыбкой на лице и с верой в сердце.
И простелю, как коврик, - полотенце
Той женщине, которая ушла...

Если друзья не заходят в гости,
быть может они уже на погосте?

История учит нас истине, природа - порокам.

Истина освещает, но греют именно деньги.

Истина может разгуливать и голой, но ложь всегда нуждается в одеянии.

Вера в невозможное не приносит счастья.

В наше время у еврея есть лишь один выбор: либо станет сионистом, либо перестать быть евреем.

Вошло вино — вышла тайна.