Новые статусы про разное (Страница 96)

Чтобы к тридцати годам ничего не достичь – тоже талант надо иметь.

Сколько истины в жирной саже 2007

Сколько истины в жирной саже?
Сколько лжи в ключевой воде?
Отчего мой журавлик бумажный
не сидит тихо-мирно в гнезде?

Почему он в траве шарит змейкой,
не летает, имеючи дар?
Был тетрадный листочек в линейку,
в клетку - клетка, размером с ангар.

Голова копит сонмы и суммы.
Мир (реальной) (фантастики) мой:
(тупо) здесь каждый третий (разумный),
(страшно) (добрый) здесь каждый второй.

Рыцарь (больно) (здоров). Он упрямо
ставит цель - зеркала все разбить.
И (ужасно) (красивую) даму
(насмерть) он обречён (полюбить).

Время странное и уклад странный:
тут любого хватай мужика -
помнят пальцы все грани стакана,
ещё чётче - все грани штыка.

Дух мятежный назначенным часом
обескровит реальность, как жгут.
Наготове стволы, пахнут маслом,
спусковые крючки нервно ждут.

Щель узка. Часто непостоянство.
Мир закупорен, будто нарыв.
Для диагнозов море пространства,
для нарыва есть шанс на прорыв.

Наблюдаю в щель - не понимаю.
Вязок мир, как болотная гать.
Словно губы "вон там" раздвигаю
я ту щель, чтобы больше понять.

Свету я улыбаюсь, он скалится -
голливудской улыбочки блик;
погрозит бутафорскою палицей,
окончательно ставя в тупик.

Суть саму мне мой мир не расскажет,
не подскажет искать её где...
Сколько ж истины в жирной саже?
Сколько лжи в ключевой воде?

2007
… показать весь текст …

Если дело идет к постели, одеяла на двоих может не хватить.

В ночных переписках темный смысл.

Научно-технический прогресс - это гвоздь, подложенный под колесо истории.

Сколько истины в жирной саже 1997

Сколько истины в жирной саже?
Сколько лжи в ключевой воде?
Кто со всей ответственностью скажет -
я нормальный всё же, или где?

У меня справка есть, что здоров,
но как уйду в себя с головой,
ненавижу я всех докторов,
"ум" на "разум" в смертельный бой.

В том бою невозможна ничья,
лоб разбит, кровоточат коленки...
Доктор - я, пациент -тоже я;
психоаналитиков к стенке!

Разглядев все прелести марины,
проглочу очередной заскок;
для истерики до рвоты есть причины,
я ж лежу и изучаю потолок.

То штормит в душе, а то идиллия,
лбом могу удариться о стол.
Но я помню как моя фамилия,
год рождения и даже пол.

Там, где все таланты, там я бездарь,
где всем финиш, мне, конечно, старт.
Хорошо, что я пока не Цезарь,
слава Богу, что не Бонапарт.

1997

Привычка

Лишь солнце в море погрузилось,
и тишина, обняв посёлок,
объявила ночь,
моя хандра мгновенно скрылась
в неизвестном направлении,
удалилась прочь.
И до утра я бодр духом,
и кто-то шепчет мне на ухо
строчки для стихов.
Я весь в словах, как в паутине,
лист в предвкушении картины
дневных унылых снов.
И бамперу на стуле тесно.
Рука спешит. Мне интересно -
случится что вперёд:
иль ручкой почешу я мочку,
иль доконаю всё же строчку,
иль пепел упадёт?
Ночь с тишиною - две подруги
и даже больше, ну… наверно…
Им не грозит раскол.
Луне-хозяйке звёзды-слуги
в туман прислуживают скверно,
но это их прикол.
Вот ранний луч на время давит,
рассвет себя ждать не заставит,
унынье, здравствуй вновь.
Но я уже калачик тёртый,
в кровать свалюсь и буду мёртвый,
пускай остынет кровь.
День прелый, вялый, злые мухи...
Глубоким сном спасусь от скуки, -
проверено стократ.
Я точно знаю - ночь вернётся,
в окно звездою поскребётся,
и я ей буду рад.

Аферизм про менталитет

Весь в долгах, в кредитах, но ей-богу
десятым ты айфоном светишь в мир,
чтоб в грязь не вляпаться
и не сломать чтоб ногу,
подсветить чтоб в кушерях дорогу
в деревянный, мать его, сортир.

Будь собой, и лицо прорастет сквозь маску.

Если долго не получается, посоветуйся с тем, у кого получилось.

Аферизм про счастье

Мудрость - в голову, как сласти;
в рот поймал - соси, да жуй.
Ты - кузнец земного счастья.
Нет его? Иди накуй!

Человек

Ты стоишь на Земле, в небеса упираясь плечом,
Будто грозный титан, головою пробив облака,
Океаны, моря и вершины тебе нипочём,
И в величии гордом Вселенной коснулась рука.

Ты - властительный царь, и тебе подчинились ветра,
Зной бесплодных пустынь и течение бурное рек,
Дотянулся до звёзд и созвездий в далёких мирах
И сумел обуздать беспощадного Времени бег.

Ты всегда на коне, жизнь твоя - нескончаемый фронт,
Вновь и вновь с целым светом в сраженьи один на один.
Что тебе херувимы и бесы, низы и бомонд?!
Повелитель безумный, ты сам лишь себе господин.

Ты силён и могуществен, как древнегреческий бог,
Своего не упустишь, всегда предприимчив и смел,
Понастроил соборов, мечетей, церквей, синагог,
Лишь гордыню и страсти свои одолеть не сумел..

Чтобы не стать едой, надо не быть собой, - говорила несчастная курица.

Как посоветовал, так сам и поступай.

Быль и небыль

Быль и небыль. Ночь и день.
Ты ожила. Ты воскресла.
Прошмыгнула словно тень
По просторам мрачной бездны

И взлетела прямо в свет -
В эйфорию лунной неги.
Тьмы на сердце больше нет.
Лишь любви ожившей реки.

И под звуки звёздных струн
И под шум прибоя страсти
Ты как ласковый тайфун
Налетела в одночасье,

Но, увы, не на меня.
Счастье выпало другому.
Я тут лишний и слинять
Мне давно пора до дома.

Истина не в игре.

Голова держится не на шее, а на шаблонах.

Бьется бабочка в окно
Изнутри — наружу.
За окном дожди давно
Предвещают стужу.

Так чего ж она туда
Так упорно бьётся,
Если больше никогда
Солнца не напьётся?

Лучше без следа весной
Там растаять льдинкой,
Чем засохнуть расписной
Жалкой паутинкой…

Человек без книги в руках предрасположен к суете.

Аферизм про любовь

Зря рассудок фишку ставит,
предвкушая выигрыш;
в казино, где чувства правят,
априори шансов - шиш!

Я не знаю ни одного человека, который своей красотой удовлетворял потребности всех людей, но я знаю ту, Единственную Мою Любимую, которая красивее всех в мире !

Равновесие души делает из гения бездаря.

Прежде попугай повторяет за тобой, а потом ты начинаешь повторять за своим попугаем.

Одиночество выкрутит пробки

Одиночество выкрутит пробки,
но я помню где спрятаны свечи.
Ночь умело жмёт звёздные кнопки,
мне ж мерещится розовый вечер.

Как декабрь промозглый заноет,
сквозняком, про заснеженный рай,
я скучаю по адскому зною,
мне мерещится ласковый май.

Забухтит море хрипом Дагона,
стрелы Индры, как Божья соха,
угрожают мне годом Дракона,
мне ж мерещится год Петуха.

Ясный проблеск сна дико трепещется
в путах памяти, скис и поблек...
Милосердия эра мерещится
в безнадёжный мой каменный век.

Эти мысли, сыграв злую шутку,
от меня смысл упрятав в тайник,
"жгут станицы" четвёртые сутки,
каждый час в этих сутках - час пик.

Померещилось: крюк и удавка
одноцветны, как тени знамён,
как апрельская нежная травка
и кислотная плесень времён.

Суета всё.
Какая мне разница?!
Муравьиный я принцип отверг.
Мне стучится в дверь чёрная пятница,
а мерещится чистый четверг.

Я искусственно наглый, беспечный,
но внутри жирный комплекс засел, -
зла и страха, что жизнь скоротечна.
Мне мерещилось - буду жить вечно.
А в итоге - умру, как и все.

Нечто

На портрете блеф
да в карманах боль.
Босиком по снегу вдоль застывшей речки.
Хлеб вчера доев,
догрызая соль,
вяло держит путь призрачное Нечто.

Зло оно и постно
накрутило дуль,
в кукиш перст судьбы спрятав, как в засаде.
Ледяных и острых
не жалея пуль,
спрыгнуло на землю небо снегопадом.

Вдоха ком колюч,
в горло вмёрз кадык.
Белый шум в плену асфиксии пьяной.
Ищет к шифру ключ,
вывихнув язык,
корчит морды Нечто мерзкой обезьяной.

Брови снежные,
муть прозрачных век,
глубоко в глазницах спят зрачки-колючки;
пятки нежные
жарко топят снег,
всякие улыбки под носом на липучках.

Из невзгод наряды,
из непогод монисто.
Я - подозреваю - у неё не первый.
Где-то совсем рядом
слышу - очень близко
глухо дышит Нечто, действуя на нервы.

Год грядёт Тоски,
в созвездии Подлеца,
баллада заунывная зимою не допета.
Скованной реки
не видать конца.
Не видать конца списку концов света.

С улыбкою в слезах рожденная дитя,
От радости за жизнь издаст свой первый крик!
По жизни разная судьба,
Пусть Счастье будет Всем всегда !

Красота в том и есть, что слов не счесть, что краски не повторны, что мыслями свободны, деяния в добро творимы …
Что каждый своей Душой и Сердцем в ней - в Счастье !

Как часто сильная рука оказывается лапкой.

Людьми становятся только те обезьяны, которые слепо подражают образцам.

Женщина дана мужчине не для трений.