Лучшие стихи - Пейзажная лирика (Страница 14)

Бежит река...

Бежит река, чуть берегов касаясь,
В лугах, лесами тайн неведом путь.
Быстрее где, вдруг тише, наслаждаясь,
Своей рождая жизнью чью-нибудь.

Густым туманом травы орошая,
На зорях, выпав капелькой росы -
Что изумруд, сапфирами сверкают,
В лучах восхода сказочной красы!

С рассветом вновь всё словно оживает,
Уходит ночь, покинув тишину.
Птиц пенье дивной музыкой ласкает,
Прохладным утром свежести вдохнув.

Ничем красы природной не измерить...
Цена за жемчуг в сЕтях паутин !??
Увидев раз лишь это, хочешь верить -
Ключи к шедеврам, с тайной всех картин!

Волшебный мир чудес переполняет,
Застыв зеркальной гладью по реке -
Она парит ! - Мираж ! Едва светает,
Туман уходит, в небыль, налегке.

Рябины кисть и снегири целованы зарей

Под вечер клён на костыле
морозами пугал,
на чистой белой простыне
уляжется пурга.

И пять берёзовых свечей
осветят грани крыш,
вчерашний день до мелочей
сегодня повторишь.

Повиснет веток бахрома
за складками гардин,
большая долгая зима
страшна, когда один.

А время, что ни говори,
то миг, то век - порой...
рябины кисть и снегири
целованы зарей.

Россыпью искрящихся бриллиантов

Россыпью искрящихся бриллиантов,
Звёздный шлейф украсил небосвод.
Горизонт, из серебристых кантов,
Окромлял зеркальную гладь вод.

Лишь луна, печально отражаясь
В водах тех, в безмолвии плыла.
Отблеском серебряным купаясь,
Их коснуться бликами могла.

Редко доносился издалече -
Звук в ночной и зыбкой тишине.
Мирно спал, накинув флёр на плечи,
Край родной - в глубоком крепком сне.

Мой любимый Урал

Суровый ты старик, седой Урал.
Но я люблю те гордые вершины.
Я выросла среди могучих скал.
Мне дОроги холмы твои, долины.

Мне дОроги и ивы над рекой,
Полощущие вечно свои пряди.
И лес , всегда таинственный густой,
И утопающее солнце на закате.

Несломленная русская
земля,
Изрезанная водами речными,
Люблю твои просторные поля,
С берёзками белёсыми родными.

И цепи гор седых , что пролегли
Хребтом резным
и к северу, и к югу.
Их видно далеко аж и́здали,
Тем славится Урал на всю округу.

Но для меня Урал - родимый край.
Холодный, неподвластный,
хоть и милый.
Пусть для души, он далеко не рай.
Но самый все ж прекрасный и любимый.

Я уйду ночью в дали степные

Я уйду ночью в дали степные,
Так манящие звёздным крылом.
Только небо и звуки чуднЫе.
Мне расскажут о важном, родном.

Степь повеет горячим дыханьем.
В этой шири утонет мой взор.
Я всмотрюсь в эту даль с замираньем.
Для души здесь бескрайний простор.

Замерцают на небе мне звёзды,
Будто свечки в ночной тишине.
Перепёл за тропой придорожной,
Прокричит вдруг о чём-то во сне.

Наплывут ароматы степные,
Череда, ферула, девясил...
И, ласкающе, ветры земные,
Укратят мой негаснущий пыл.

Я уйду в эту ночь от страданья,
И от грусти постылой в груди.
Я приду к тебе степь на свиданье.
Ты родная меня только жди.

Чтоб мне травы о вечном шептали,
Комары одолели и пусть.
Только степь и ковыльные дали,
Успокоят душевную грусть!

Мотылёк на лилии

Хрупкая идиллия,
Нежность от Творца-
Мотылёк на лилии
Восхитил сердца.

В трепетном поклоне,
Он в лучах зари
Всем её бутонам
Ласку подарил.

Холодно кивали
Скромные цветы,
Мотылька пленяли
Тайной чистоты.

И, даря на диво,
Нежный фимиам,
Унесли красиво
Прямо к небесам.

И он окрылённый,
Вдруг оцепенел,
Чарами пленённый,
Он от счастья млел.

Замирала в тине,
Рядом с тростником
Лилия- Богиня
Девственным цветком.

Был великолепен
Белоснежный стан
И,как ангел светел,
Мотылька дурман.


© Copyright: Созинова Луиза, 2025
Свидетельство о публикации №125081703610

ИГРАЕТ НЕБО НЕЖНОЙ СИНЕВОЙ

Сегодня допишем строчки из стихотворения поэта Андрея Дементьева:

Когда восходит солнце и над морем…
И волны бьют, отсчитывая время…
Ловлю себя на мысли, что как будто…


Когда восходит солнце и над морем
Играет небо нежной синевой,
То всё вокруг под этим небосводом
Сияет нереальной красотой.

И волны бьют, отсчитывая время
А мне ненужно никуда спешить,
И в этот миг, охота быть забытой всеми
Да и сама хочу про всех забыть.

Ловлю себя на мысли, что как будто
Нет ни усталости, ни жизненных забот,
Душа моя взмывает в небо птицей
И вместе с морем в унисон поёт.

На паутинный нотный стан
Роса ложится нотой,
Прозрачный утренний туман
Дрожит над позолотой.

И ветер, лёгкий дирижёр,
Чуть тронет струны эти,
И зазвучит хрустальный хор
В изящном,нежном свете.

Звучит симфония росы,
Прозрачна и хрустальна,
Мгновенье вечной красоты,
Что дышит изначально.

Мелодия без слов, проста,
Чиста, как вздох природы
И в каждой капельке с листа—
Сияющие коды.

Брильянты в тысячу карат
На нитях серебристых,
Им вторит сонный листопад
Аккордом бархатистым.

Смычком невидимым рассвет
Ведёт по струнам влажным
И льётся перламутра свет
Мотивом самым важным.

© Copyright: Созинова Луиза, 2025
Свидетельство о публикации №125102901287

осенний вечер

взрыв царственного вдохновенья
живет и дышит как вулкан во мне.
ясны, понятны песнопенья,
что оживают в призрачном огне!..

знакомый голос русской речи
во мне безудержно звучит;
горами благодарно встречен,
вновь вдохновению открыт!

ломается опавшая листва
под торопливыми шагами...
но, пробивается сквозь тьму, едва, -
кленовых, ярких листьев пламень!

Даль укрылась серебром...

Даль укрылась серебром,
Стелется позёмка,
Волки воют за селом,
Треплет грач грачёнка.
Прячет взор угрюмый лес
По сугробам белым,
Пёс укрылся под навес
С хлебушком горелым.
Пахнет в домике свечой,
Веет тихой грустью,
Спит за печкой домовой,
Скрип да скрип те брусья.

Небо с прослойками

Небо с прослойками цвета базальта
Прочно зависло над самой водой.
Лужа на луже вместо асфальта,
Берег пустынный, лёгкий прибой.
Чайки пейзаж дополняют, качаясь,
Изредка криком прервав тишину,
И корабли, в сизой дымке скрываясь,
Манят призывно в морскую страну.

Садится солнце в студёный морозец

Садится солнце в студёный морозец,
и вечер сползает на просторный луг.
Идёшь под горку на старый колодец,
и месяц горбится в заострённый круг.

В деревне топятся русские печки,
и дым стремится в бирюзовую даль.
За лесом прячутся звёздные свечки,
и снег мерцает как дорогой хрусталь.

Туман свернётся в молочное кольцо,
и бросит серебро на макушки лип.
Ногой ступлю на замёрзшее крыльцо,
и сразу слышится половицы скрип.

Несётся с неба морозная сладость,
и искрится бисер в янтарном платье.
Ласкает сердце печальная радость,
и память волнует простое счастье.

Художник

Свершая чудеса,
Отринув прозу прочь,
Художник рисовал
Безоблачную ночь.

Картину на сюжет
Лесов, полей и вод.
Там темнота и свет,
И неба звездный свод.

В туманной стороне
Там притаился гром -
Среди ночных теней
За меловым холмом.

Художник, как факир
Прошел сквозь жернова,
Изображая мир,
Что полон волшебства.

В зарницах горизонт,
Мерцает чей-то след…
И явь была как сон,
А сон похож на бред.

Заулыбалась грусть,
Светилась темнота –
Загадочную суть
Вложил он в глубь холста.

И в этот час над ним,
В глазах скрывая блеск,
Бесстрастный Херувим
"Раскрыл врата Небес."

Мой сентябрь

Мир за окном теряет очертанья,
Остаток дня съедает полумрак...
Перебирая пальцами желанья,
Боясь спугнуть, сжимаю их в кулак...

Хочу я с сентябрём пройтись по скверу,
Он у подъезда топчется, зовет...
В который раз в любовь его поверю,
Он фантазёр, но точно не соврет...

Мой кавалер лукаво улыбаясь,
Мне зонтик протянул, поправил шарф...
Разливы луж изящно огибая,
К руке припал, как истинный гусар...

Уютный вечер с капелькой интриги,
Необъяснимым трепетом в душе...
Оставленные осенью улики -
Следы помады рыжей на листве...

Осенняя грусть

Я вхожу в листопад,
Надо мной полыхает калина.
Что-то тянет назад,
Словно там я кого-то забыла.

А ведь нет никого:
Ни тебя, ни меня, только в целом -
Ветер дышит легко,
Обнимает моё, чуть продрогшее тело.

Я назад не ступлю
За вчерашней твоею подмогой.
Здесь - тебя я люблю
И пойду вдаль счастливой дорогой.

Там и вспышки зари
Не отдам я той грусти унылой.
И назад не зови-
Здесь любовь я опять пригубила.

Пусть нелегок мой путь,
И жара впереди или стужа...
Но хочу я вернуть
Взгляд, который мне нужен.

Но возможную нить
Вдруг осенняя грусть обрывает.
И хочу пригубить,
Я нектар чудо - месяца мая!

Я гляжу на тропинку заросшую

Я гляжу на тропинку заросшую,
Что идёт вдоль заброшенных хат,
Вспоминаю я жизнь свою прошлую,
Из кисета достав самосад.

Подстелив полушубок свой старенький
Возле выросших с домом берёз,
Я присяду на старой завалинке,
Вспоминая наш добрый колхоз.

Помню пашню, поля золотистые,
Комбайнёров приветливый крик,
И их лица от смеха лучистые,
Как живой, не иссякший родник.

Помню фермы, коровье мычание,
И доярок мне машущих вслед,
И колхозные наши собрания,
Что так часто сзывал сельсовет.

И как двести дворов разгуляются
В день Святого пророка Ильи,
Как сельчане друг к другу потянуться
С поздравленьем в престольные дни.

Помню наши луга, что за речкою,
Помню яблонь развесистых сад,
И с какой добротою беспечною
В нём играла ватага ребят.

Эх, скручу я ещё самокруточку,
И пущу незатейливый дым,
Тяжело мне в такую минуточку, -
Я в деревне остался один!

На погосте кресты покосилися,
Хоть пытаюсь я их поправлять,
Здесь лежат старики и кто спилися,
Не успев из деревни сбежать.

Заросли нынче пашни гречишные,
В стороне деревенька моя,
И твердят сверху власти столичные,
Что такая земля не нужна.

Я смотрю на просторы родимые,
Хоть не так уж остры и глаза,
На границы полей, небо синее,
И щеку увлажняет слеза.

Стоят фермы, хлева позаброшены,
Не идут по полям трактора,
И не встретишь в деревне прохожего,
Опустела родная земля.

Докурю и пройдусь я по улице,
Мне в калитку ни в чью не свернуть,
Только сердце болит и волнуется,
Где ж ты прежний колхоз «Светлый путь»?
… показать весь текст …

В объятьях осени

Я от пряного запаха листьев хмелею,
И не прячу лицо от холодных ветров,
Рассказать бы об осени, но не сумею
Подобрать таких нежных и красочных слов.

Заблудился художник, наверное, где - то,
И рассыпал все краски свои по земле,
Разукрасил планету палитрою света,
Словно чудо творя на витражном стекле.

Заиграли огнём на аллеях осины,
Заалели кровавые гроздья рябин,
И в туманах седых утонули низины,
А в окошке луна-как большой апельсин.

Я открытой душой снова осень встречаю,
И с дождями её и ветрами дружу,
И укутавшись светлою нежной печалью,
Вдохновлённому сердцу надежды прошу.

Лист кленовый, кружась, мягко сел на запястье,
Уголками резными - похож на звезду...
Обещает сентябрь мне доверчиво счастье,
И в объятья его я без страха иду.

Я не могу найти цветов расцветшей сливы

Я не могу найти цветов расцветшей сливы,
Что другу показать хотела я:
Здесь выпал снег -
И я узнать не в силах,
Где сливы тут, где снега белизна?

Когда осенний дождь стучит в стекло
И каплями стекая письма пишет,
А ветер все размажет и в окно
Ломиться будет, завывая: «Слышишь?»…

Когда деревья гнутся от тоски
Ветвей, что сбросили свои наряды…
Когда фонарные огни тусклы
И в пелене ночей словно награды…

Когда безумно хочется тепла,
Которое в словах любимых строчек,
И тихая мелодия слышна
В потоках неуместно длинных точек….

Когда так четко чувствуешь, любя
И страшно стать совсем ненужной…очень….
Не уж то мы придумали себя
И слишком все банально – просто осень?....

Капризная особа

Погода выглядит капризною особой.
Ее капризы очень трудно предсказать.
То вдруг расщедрится на солнечную сдобу,
то постной бурей нас стремится наказать.

Она швыряет в нас заряженные стрелы,
стучится громом в наши сонные дома.
Порой сподобится на ветреные трели,
а то зальет не от великого ума.

В своем активе прячет снежные заносы
и ужасающие происки жары.
И никогда не отвечает на вопросы,
не согласует с нами правила игры.

В ожидании зимы

Я так хочу, чтоб к нам пришла зима,
Чтоб падал снег, и таял на ресницах,
Мороза, солнца, горок изо льда,
Детей на санках, их смешные лица;
Узоры неизвестного творца
На стеклах и витринах магазинов,
И звонкий голос тети-продавца:
«Пожалуйста,купите мандаринов!»

Я жду зимы, немного волшебства,
Чтоб Новый год, и елка пахла хвоей,
И запах ладана на праздник Рождества,
И город в посеребренном уборе;
«Латте» в кофейне, сидя у окна,
Пирог из яблок с пудрой и корицей…
Еще чуть-чуть, и к нам придет зима,
Ну, а пока мне это только снится.

Бахчисарайский фонтан

Воспетый Пушкиным фонтан
хранит дарованные розы.
Но нет сегодня чистых слез,
рождающих печаль.
И нет поэзии в душе,
а только штрих душевной прозы.
И нужных слов не подыскать,
чтоб заново начать.
Не плачет больше сельсебиль
над прахом жертвенной Диляры
И не поит Бахчисарай
божественной водой.
И только в пушкинских глазах
читаю набожные чары.
Они даруют мне покой
и манят за собой.

Чудный антураж

Горные вершины
держат облака,
Солнце в небе синем
греет свысока.
Ласковое море,
нежная волна.
Я с крутого мола
прыгаю до дна.
Шустрые бакланы,
словно от огня,
Следом за волнами
мчатся от меня.
Я плыву за ними,
не спуская глаз.
Но пропали в сини
птицы в тот же час.
Но осталось море
и приморский пляж.
Дивное раздолье,
чудный антураж.

Грязь Тамани

Тамань с созвездием вулканов,
упасть не стыдно в грязь лицом.
Не стыдно грязным истуканом
пройтись к Азову бодрячком.
Смеются взрослые, как дети,
смывая грязь с взбодренных тел.
Частичкой выбросов планеты
и я окрасится успел.
Какая легкость ощущений,
какая бодрость на года.
С Таманью грязное общенье
я не забуду никогда.

В деревню

Проселочной дороги завиток
и неба лучезарный окоем.
Сиреневое лежбище цветов
украсило притихший водоем.
Я еду мимо плачущих ракит
в обитель деревенского тепла.
Там речка мелководная журчит
про чисто деревенские дела.
Там избы скучковались на холме
и пялятся на солнечный закат.
И Шарик снова выскочит ко мне,
а я его обязан приласкать.
Там воздух восхитительно пахуч,
и сказочны дремучие леса.
Там вечер по-весеннему певуч
с акцентами на птичьи голоса.
Там чувственно.., а впрочем, поворот,
и вот она деревня предо мной.
И Шарик суетится у ворот,
и в воздухе повеяло весной.

Золотое кольцо

По Златому кольцу древнерусскому
я проехал приветливым летом.
По шоссе и дорожками узкими
настоящее кануло в лету.
Подхватила путина истории,
понесла мое бренное тело.
Вид церквей и ухоженных двориков
озарил, и мне петь захотелось.
Я дышал колокольными звонами,
отдавался старинным ремеслам.
И смотрел с восстановленной звонницы
на искрящие святостью мощи.
Я дивился красой златоглавою,
гладил чуткой рукой белый камень.
Восхищался российскою славою
и вещал благодарность строками.
Укрепилась в сознаньи разбуженном
мысль о том, что Россия святая
породнилась с отчаянным суженым,
о котором другие мечтают

Рассвет на Кавказе

Кавказа снежные вершины
пускают зайчики в меня.
Такая чудная картина –
предвестник солнечного дня.

Багряно-огненным рассветом
пылает местный горизонт.
И новый день бежит за светом,
играя с небом в унисон.

Волнует тонкими лучами
светило землю и дома.
Ласкает тех, кто опечален,
и гонит горестей туман.

Открыв величие Кавказа,
дает надежду на успех.
И с нежных уст слетают фразы,
и не смолкает детский смех.

В ожидании тепла

Весенний дождь тиранит снег,
стекает медленно с сосулек.
Ручьи стремятся в свой разбег,
смывая зимний холод с улиц.

И, вместе с талою водой,
уносит пену хмурых мыслей.
Несет цветенье за собой
весна на теплом коромысле.

Живое пение скворцов
ласкает заспанные парки.
Они отходят ото снов,
с надеждой ждут денечков жарких.

Жара, конечно же, придет,
вот только тучи удалятся.
На небо солнышко взойдет
и будет людям улыбаться.

Эльбрус

Эльбрус – таинственный вершитель,
двуглавый праведник седой.
Не я твой бравый покоритель.
Не я твой преданный герой.

Ты ясным утром выступаешь
из недр ночного бытия
и в одночасье пропадаешь
в объятьях нежной дымки дня.

Ловлю прекрасные мгновенья,
любуясь древностью вершин.
Стучится рифмы возрожденье
в мою обыденную жизнь.

И учащенно сердце бьется
при виде снежной белизны.
Его частичка остается
на склонах горной крутизны.

Город у моря.

Все улицы узки,
Ведомы к морю.
И тени - жирные мазки,
С жарою споря,
Ложатся под ноги мои...
Я отдыхаю,
Вдыхаю ветер, соль, тебя,
Ленивый город.
И чудится: ничто не зря,
И мир наш - молод.