Лучшие стихи - Страница 848

Подоконник плачет...

Подоконник плачет по цветам
В предрассветном розовом тумане.
Невозможно быть и "здесь" и "там",
А ещё труднее - "быть на грани".

Где никчёмных будней суета,
Я горю желанием украдкой
Для него зимою в холода
Расцвести душистою фиалкой.

Декабристом праведным пылать
Иль махрово-бархатной глоксинией -
Разноцветные колокола -
Верный шанс спастись мне унынья.

Но порвались стыки, как по шву.
Чувства - лёд. Они хрупки и ломки.
Лёд и тая, будет на плаву,
А душа, по-прежнему, потёмки!

В голос мой, елея не долив,
В образе простого очевидца,
Шлет намёк душа мне: "Не сфальшивь!
Я опять готова возродиться!"

Уведеть - умереть...

Манило роскошью фойе отеля,
А улица - шансоном "Dominos".
Заигрывал он дерзко и умело.
В бокале быстро таяло вино.

Болтливый лодырь. Ветреный повеса -
Возможно ль цели разгадать его?...
Не вызвал никакого интереса
Коктейль под этикеткою "Враньё".

Растаяла нелепая надежда -
Сошли на нет лукавые слова.
А я, пустыми мыслями натешась,
Зашлась от операции "Провал".

Paris. Champs еlysees позолота.
Два отраженья в глянцевом стекле.
"Увидеть-умереть!" - придумал кто-то.
Не время быть наивной в тридцать лет.

Как тяжело когда один.
Как не привычно это чувство,
Когда сидишь совсем один,
И представляешь как всё сложно.

Когда я был совсем один,
Я думал лишь о смысле жизни,
Не мог я ничего найти,
Ведь было это невозможно.

Я был один на этом свете,
Никто не принял тут меня,
Но я стремился жизнь улучшить,
Добиться я хотел себя.

Мне не хватило этой жизнь,
На то что бы её понять,
Как этот мир сейчас устроен,
Ведь тут не приняли меня.

Символ совершенства орхидеи …

Символ совершенства орхидеи,
Нежные и восхитительные феи,
Украшение домов, оранжереи,
Цветоводов любимые трофеи,
Эмблема счастья и плодородия,
Мотива истинности чувств мелодия,
Намёк богатства, любви и красоты,
Призыв изысканности, доброты,
Знак утончённости и мудрости,
Суровой природы необузданности,
Величавости и простонародности-
Орхидея дикая в благородности…

Слезы идут, убегая в надежде,
Сказать ничего они не хотят,
Но самое главное что все эти люди,
Больше увидеть меня не хотят.

Я был для них как игрушка,
Считали они, что меня не найдут,
Но вроде бы были те люди в надежде,
Которым дорог хоть я тут вдруг.

Меня не найдут, и вы не ищите,
Ушёл я от вас, далеко далеко,
Быть может вернусь я на эту планету,
Но это всего лишь быть может мечтой.

Один лишь только выход на земле

Чти доброго, а злого - не жалей,
Но дай ему любви своей частицу.
Единственный лишь выход на земле:
Любовью братской поровну делиться!

И в нас напополам добра и зла.
Но, вот любовь, что сам Господь посеял,
Огнём - в одних. Потухшая зола,
В ком уж она давно перегорела.

Господь за нас всё сам предусмотрел -
Ко злу добро подмешивая тонко!
И злой не верит: люди есть добрей.
Не чтит и добрый взгляда исподлобья.

Мы терпим тех, что словно в горле кость,
И к тем, кто хуже редьки - привыкаем.
Завидуем кому-то. Копим злость.
Совсем как, Авель-Каин - убиваем.

Друг друга кровопийцами едим
И жалим в самое больное место.
Из "кожи лезем" тех вознаградив,
Кого желаем не обидеть лестью.

Порой, не знаем сами, что творим!
Иное бытие нам не подвластно:
Днём Фарисей, а ночью - Серафим...
И всё равно жизнь, Господи, прекрасна!

Вы между строк...

Вы между строк тоскуете о нас -
Что может быть существеннее драмы?
Ни страсти, ни тем более - Багамы
Не повод дать оценку без прикрас..

Мне нет нужды Вас всуе осуждать!
Себя Вы подозреньем наградили.
Бокалы каберне и чахохбили,
Семейного не выстудят гнезда.

Роняя звуков монотонный всхлип,
Его сошью из выцветших лоскутьев.
Как брошенный булыжник на распутье,
Я знаю, мир не будет сиротлив.

Замру фигурой блеклой в стороне
От ласковых огней ночного дома.
Не Вы причина этого надлома -
Я с Вами виновата наравне...

Я чушь несла....

Я чушь несла о прошлогоднем снеге,
Стараясь так понравиться ему?
Из всех моих затейливых стратегий
Не принял теоретик ни одну.

Он грезил королевой, а не пешкой
И, думкой богатея он без меня,
Кормил наивное создание надеждой -
Свалиться с благородного коня...

Отрадно, что дуэт не состоялся:
Был верен иноходец лишь себе!
Он столько лет жену довыбирался,
Что прозевал "зависимый" рубеж.

Вчера ладья ты, нынче - королева.
В истории роман "Играй, гормон!"
Остался шум игрушки пустотелой:
"Коняшко в золотой узде - не конь!"

Между нами пропасть...

Между нами - пропасть.
Я слаба. Ты вынослив.
Между нами - бездна.
Ты - робот. Я - бездарь.
Я - ничто. Ты - изделие
и - мотор. Я - безделье.
Ты - маяк. Я - темень
и - сорняк. Ты - семя.
Я - тормоз. Ты - спешка
и твёрдость. Я - пешка.
Ты - лицо. Я - личико.
Ты - пламя. Я - спичка.
Я - подсвечник. Ты - свеча
Я исподволь, ты - с плеча
и, не зная износа.
Я - сума. Ты - посох.
Я - пропажа. Ты - находка.
Я - вёсла. Ты - лодка.
Я - щука. Ты - Емеля.
Злюсь день. Ты - неделю
Ты - сыр. Я - сова и ворона
Ты - жаворОнок.
Я - покой. Ты - веселье
и водка. Я - похмелье
и - тишь. Ты - буча.
Я - солнце. Ты - туча.
Я - воздух. Ты - вода.
Я всегда. Ты - иногда.
Ты - ходишь. Я - летаю.
Ты любишь. Я - позволяю.
Я - базис. Ты - надстройка,
солдатик оловянный стойкий.
Ты - правый. Я - левый.
Адам - ты. Я - Ева.

Звезданутость

Журналист берёт интервью у очередной знаменитости: -
- «Расскажите пожалуйста что-нибудь о себе!»
- «Я умный, добрый, сильный, красивый, великолепно пою и замечательно рисую, сочиняю гениальную музыку и прекрасные стихи»
- «Это хорошо. А есть ли у Вас какие-нибудь недостатки?»
- «Есть один. Я ужасно скромный»
(старый анекдот)

Я здоров и энергичен,
Гибок, ловок, полон сил,
Креативен, динамичен
И, конечно, очень мил.

Ироничен я и весел.
С ясной, умной головой.
Бесконечно интересен
И сияю красотой.

Организм мой очень молод.
Разум опытен и мудр.
Мудрость - самый лучший повод
Быть счастливым прямо тут.

Я спокоен, безмятежен,
Добродушен, духом чист,
Романтичен, ласков, нежен
И талантлив, как артист.

Как поэт, я гениален.
Как философ, я велик.
Безусловно идеален.
Совершенства я достиг.

Твоего достаточно взгляда

Твоего достаточно взгляда,
не прошёл чтобы день
в пустоте.
Будто солнцу ему я рада,
будто первой на небе
звезде.

Мне для счастья всего и надо -
начинать день улыбкой
твоей!
Как авансу, всегда ей рада -
нет подарка для сердца
милей!

Мне для счастья немного надо -
и об этом прошу
не впервой:
Чтоб осенняя жизни прохлада
не студила нам чувства,
порой.

Мне для счастья всего и надо -
буду только молить я
о том,
чтобы горечи все и утраты
обходили подальше
наш дом.

Мне для счастья много не надо:
пусть царит в моём доме
любовь!
Чем богата я, тем и рада,
а с любовью - и жизнь -
волшебство!

Мне для счастья немного надо:
что имею - считаю
за честь!
Получила б ещё, как награду,
чтобы всё оставалось,
как есть.

Люблю и не таЮ...

Люблю и не таЮ - себе цветы дарить.
Не в праздники. Не на восьмое марта.
Не разбалована и не привыкла ныть:
К чему букетики с травинками эспарто?

В Испанию не хочется, в Париж - и даром!
Ни бриллианты не прельщают, ни Багамы.
Не нужен и Хоттабыч с рыбкой золотой.
И даже - самолёт высокоскоростной.
Нет лучше дома моего в родной тиши:
Я выбираю - путешествие души.

Конечно, можно денег накопить,
Не напрягаясь во саду и огороде!
Но всё же, лучше в будни сладко жить,
Чем экономя, дань платить какой-то моде!

Не жизнь, а радость!...

Не жизнь - а радость и сплошное счастье! Такой "улёт", наверное, в раю!
Не только я, а все к нему причастны - к не омрачённому ничем житью.
Ленивый лишь валяется в постели и до обеда чёрный кофе пьёт,
Не видит неба мягкой акварели и облаков "потрясный" хоровод.

А солнце! Про него рассказ особый! Без перерыва даже на обед
И, преломляясь как в калейдоскопе, оно дарует ультрафиолет!
К нему всё тянется и дозревает - ах, если б только влаги поскорей!
А лето, день за днём перебирая, освободилось от заоблачных идей.

"По-старому" - июля середина. Трудяга-ветер дует в паруса,
Разносит занавесок пелерины и приглушает птичьи голоса.
Цикад сонмище по ночам стрекочет, речитативом вторя до зари.
Попробую заснуть ещё разочек под аккомпанемент их попурри.

Художник Mary Dipnall

В новых кроссовках

Вышагиваю ночью
я по чужому городу.
Пахучие и сочные
ем громко бутерброды.
Асфальт целуя, кроссы
испачкаются, жалко -
ведь новые.
А босый
ни кротким, ни хабалкам
я задарма не нужен...
Чуть пьян. Чуть-чуть простужен.
Слегка помят, подержан.
Чуть что, не очень сдержан.
Высокомерен в меру.
В миру в мир в Мире верую.
Занудный, злой и склочный.
Но, чёрт возьми, не конченный!
Талантливый до ручки!
До женских ног охочий...

Шмыгаю носом,
мечтаю о лете...
Не надо с вопросом
о сигарете.
Не курю я. Не курю!
И тому уж год другой.
Я по-русски говорю?
Лучше заспеши домой!
Топай мимо, пьяный брат,
Обосную и боксёру,
как я снова жизни рад
до упору. До усёру!
Оборотов мне не сбавишь,
вряд ли слижешь настроение.
Пьёшь и не подозреваешь -
утром бац и день рождения!..

Любите, братья-сестры, Мир,
не стыдно и не сложно.
Любите крыши, чтоб без дыр,
а пол - чтоб противоположный!

Груз - за борт!
Ориентир - лайт!
Беды по плечу.
Я - Джулия Ламберт.
Жизнь равно инсайт.
Я её хочу!
Я сам себе те персонажи,
что поздравят с деньрожденьем,
я сам по уши измажу
мордочку свою вареньем.
Не за горами день и час,
когда компресс, алоэ, мазь...
Но не теперь, но не сейчас.
Goodbye, my love! Целую. Князь.
_ _ _
… показать весь текст …

А небо слышало тот стон

А небо слышало тот стон.
До боли взглядом в Землю впилось.
И трепетал весь небосклон,
Ведь нечто страшное случилось.

Гора Голгофа. Три креста.
Разбойники, а между ними,
Сама Любовь и доброта,
Отвергнутая здесь своими.

Так между небом и землёй
Христос висел весь окровавлен.
Он Агнцем стал за грех людской.
За нас Он был Отцом оставлен.

Текла горячая слеза.
Неслась молитва ввысь святую.
Молчали томно небеса
И не дозваться даль родную.

На землю опустилась тьма.
Как страшно люд разгневал небо...
И жутко стало всем весьма,
И шли и спотыкались слепо.

Природа, в траур погружась,
Следила, как с последним вдохом
"Свершилось!" - весть вдруг пронеслась.
Свобода всем земли эпохам.

День любви, семьи и верности

Так мало в наши дни тепла,
Настоящей любви и верности.
Почему-то в душах людей какая-то мгла,
Много зависти и скверности.
Почему-то в душах людей мороз,
И не топится и не плавится.
Видно, мало в их жизни роз,
Чтобы просто жить и радоваться.
В день любви, семьи и верности
Всем на свете хочу пожелать
Жить в ЛЮБВИ и без поддельности
И друг друга сполна уважать.
Пусть ромашка как некое солнце
Освещает ваш жизненный путь.
Луч его пусть вонзает в оконце
Свою силу, чтоб не уснуть.
Дорожите своей половинкой
Если чувства есть и интерес.
И делитесь своею улыбкой,
Чтобы не испытывать стресс.
Поднимайтесь над уровнем моря,
Принимайте друг друга тепло.
Чтобы каждый сказать мог гордо и стоя:
"Мне так с моим любимым/любимой повезло!"

Жить убогими подаяниями...

— Ты пьян.
— А ты — скотина.

Жить убогими подаяньями
Полоумного мужа пьяницы.
И считать это достоянием,
Остальное все - неурядицей...
Так несчастью найти оправдание!

Разделяю стремление к счастью.
Право!...Это обычное дело!
Но, когда иллюзией скрасив,
Принимаешь терзанья за радость -
Нет на свете печальней удела.

Жизнь и её азы...

Держаться от греха подальше,
Но не выпускать из виду.
И находить отныне в фальше:
Причину, следствие, обиду.
Идти по лезвию навстречу,
Лишь лезвие держа в кармане.
И все сомнительные речи
Крыть собственными сплошь словами.
Товарищу всё доверяя,
Умалчивать о самом важном,
Предательство переживая,
Ненужное терять не страшно.
В глаза со страхом повидавшись,
Только своим глазам и веришь.
От подстраховки отказавшись,
Уже бронежилетку меришь.
Судьбу испытывать подчас –
В ответ всегда ждать злую шутку.
Навек прощаться каждый раз,
Когда уходишь на минутку.

Привязана некстати

Подъём. Зубная щётка.
На завтрак бутерброд.
Неспешная походка
И никаких забот.
Но это - в перспективе.
Желать - не значит быть!
Пока что, беспрерывно
Я в качестве рабы.

Привязана некстати -
Верёвка коротка,
Но в позе "на шпагате"
Зеваю свысока:
Одетая "по моде",
О прошлом не скорбя,
Я курицей в полёте
Отведаю себя!

Не грех, что глуповато -
Растерянность во вред.
Разбег. Двойное сальто.
Комичный пируэт.
Неловкая слониха
С раскатанной губой
Узнав, почём фунт лиха,
Смекнула: "Не слабо!"

И в этих бы моментах
Да с ходу бы гран-при
И гром аплодисментов,
И одобрений крик.
Но сказочная лёгкость
Превыше их пьянит.
Устала трезвость охать
И пресекать "ни-ни!"

Облачный день…

Облачный день и в небе бал-маскарад,
Виртуоз ветер крутит хит-парад,
Прогоном порой до слёз доведённые,
Теряют участники капли прольённые,
Поклонники солнца белые облака,
Приплыли на праздник издалека,
Бегущие с ночи на свет и в день,
За горизонтом покинули тень,
Обласканы солнцем, поцелованы ветром,
Оставив в прошлом все плохие приметы,
Мотыльками словно спешат на свет,
Прекрасней которого в мире нет…

Не проблема

Стихи никак не связаны с духовной теплотой.

Тусклый месяц, чуть прозрачный,
В синеве небес бледнел.
И серпом печальный мрачный
Он завистливо смотрел.

Как поодаль, разгоняя
Облачка своим лучом,
Солнце шар пылал играя,
Словно был простым мячом.

Золотые струйки света
Он на землю щедро лил.
И своё тепло в улыбке
Людям радостно дарил.

И конечно, солнцу рады
Были очень млад и стар.
Алчно горные громады
Поглощали лучей дар.

И тоскою утомлённый,
Месяц голос услыхал:
"Раньше, друг мой огорчённый,
Ты ж светил, не уставал.

Пусть твой свет не самый яркий,
Бледно-жёлтый и простой.
Он чуть теплый, а не жаркий,
Но так важен в час ночной.

Разливается приятно
По тропинке он лесной.
Шелковисто, мягко, гладко
Стелится в тиши глухой.

Ведь всему своё и время:
Солнцу - день, луне же - ночь.
Это вовсе не проблема.
Ну а зависть - гони прочь."

Нет разницы

Нет разницы - быть грешной иль святою:
Гощу тут в роли домочадца...
Не вырваться из бытия живою -
Ведь будущее может не начаться.

Но теплится надежда погостить тут.
Известно мне, "почём фунт лиха".
И я дождусь, пока все соки выжмут:
Так яростен, юдоли вихрь!

Он кадром из семейного архива.
Я с ним - упором крепким в стремя.
Пера не отнимая от курсива,
Он всё расставит по местам, как время.

Дистанция и скорость - не помеха!
Сомнения исчезли навсегда.
Осталась память, прожитОго эхо -
Приданое, с которым, хоть куда.

От цели ни на шаг не отступая,
Я там, где тополей густая крона
И, где перед глазами, засыпая,
Казанской Божьей Матери икона.

Такой, как я...

Такой как я не сыщешь ты,
Хоть обойдёшь полсвета.
А знаешь, все твои мечты
Глупы и без просвета.

Ты бил посуду сгоряча,
И я совсем не промах!
Известна всем Баба Яга,
Мой предок! Я - потомок!

Не надо сравнивать меня
Ни с "этими", ни с "теми".
Всё! Ухожу я от тебя,
И больше мы не в теме!

С биноклем в руках

С биноклем в руках. Без очков.
Приветливый. Воду не мутишь.
За делом всегда. И - молчком:
Легендами сытым не будешь.

Не все повара, где ножи.
И сад не везде, где садовник.
Ты - просто обычный мужик.
Простой и немногословный.

В жару, как озона глоток.
В мороз - камелёк-радиатор.
Не каждый день праздник и торт -
Тельняшкою ты полосатой!

Не бьёшь по глазам красотой.
Улыбчивый и не манерный.
Не лучше-не хуже. Другой.
И может кому-то соперник.

Держу за тебя кулачок
Ни в чём остальном не лукавлю:
Тогда и в тумане лучом
Пробиться труда не составит.

Остаться иль забыть?

Остаться иль забыть?
Двух мнений быть не может.
Уйти, чтобы не быть
Заложницей окошек.

Впечатаюсь в стекло,
Ладони остужая.
Светящимся табло,
Довольствуясь, скучая.

Красиво как уйти,
Молчанья не нарушив:
Есть абонент в сети.
Есть рот, глаза и уши.

Старается апрель
Развеять первоцветом:
Устала быть твоей
Разменною монетой.

Стук дверцы от такси:
"Не стоит волноваться!"
Боюсь не хватит сил,
Чтоб быть, а не казаться.

Надменно...

Надменно и, не удостоив взгляда,
Возлюбленный твой мимо проскользнёт.
И вновь он полон для тебя загадок
И недоступен, словно самолёт.

Ты любишь, милый "цену набивает".
Ты просто жить не можешь без него,
А он в упор тебя не замечает,
Хоть между вами несколько шагов.

Мученье через край переполняет:
Его случайный взгляд - уже экстрим.
Куда же может вывести прямая,
Когда не будет он вовек твоим.

Нам от рождения дана свобода,
Но не дано всё сразу и сейчас.
И кто-то, зная, что в огне нет брода,
Предвосхитил беду и в этот раз...

Тишиной осенней

Тишиной осенней
мир земной объят,
Оттого надменней
с головы до пят
Поступь у сезона,
что всего "мертвей":
Он почти у трона,
тот сезон дождей!

Тополь пожелтевший.
Полумрак. Туман.
Двор осиротевший.
Столб, как истукан.
Конусом белёсым
свет от фонаря.
Ржавых листьев россыпь -
метка октября.

Не успеет утро
цвет придать холсту
Исполином-спрутом
вечер тут как тут.
К сырости все будем
приговорены
И на перепутье
сникнет полстраны.

Но уйдёт безверье.
Звезды заблестят.
Месяц в дальнем сквере
бросит стылый взгляд.
Отблеском свинцовым
заискрится свет,
И Вивальди снова
зазвучит сонет...

Художник Алекс Черри

Я не делюсь на клетки, как амёба...

На клетки не делюсь я, как амёба -
Чтоб мёд - на языке, а в сердце - лёд...
О, как же хочется любви до гроба!
Не той, что время у тебя крадёт...

Не плыть мне без неё по морю жизни!
И, как без солнца - без любви не жить.
Навеки, навсегда, до самой тризны
Хочу, чтоб не рвалась той связи нить.

Довериться любви рискнуть готова -
Серьёзно чтобы всё! Не "как-нибудь".
А если рухнет оберег-подкова,
Любовь подскажет самый верный путь.

Пытаюсь снова удлинить страданья:
"Быть может он устал держать штурвал"
И не по мне - платить такой же данью:
Не стоит шквалом отвечать на шквал.

Крушение! Надежда лишь на Бога!
Неужто всё?...пришёл любви конец?..
Но нет у нас с тобой пути иного:
Не зря однажды шли мы под венец!

Я слепо верую: моя душа больная,
Смягчится и не превратится в лёд.
Ни на какие ссоры невзирая,
Последнею Надежда пусть умрёт!

Не введёт нас ничто в заблуждение...

Не введёт нас ничто в заблуждение.
Однородны они. Тождественны.
То, что "мира происхождение"
И на голову приключения -
в суете - пьедестал чести!

О картине Гюстава Курбе
"Происхождение мира", 1866 г.

Себя я вижу

Прошло немногим больше, чем полвека,
А я всё помню. Всё до мелочей:
Лишь не хватало нА голову снега!
Асфальт нагретый. Шёпот тополей.

Тебя я вижу в простеньком наряде,
Спорыш ковром укрыл наш палисад.
Не жаль того, что молодость утратив,
Сложилось всё и так. И всё не так.

В свои неискушённых девятнадцать
Об этом ли загадывала ты?
Но счастья нет без слова "напрягаться"
И жизни нет без - "затянуть винты".

Дугою брови удивлённо вскинув,
Простой душой нисколько не кривя
Вдруг, замерев упругою пружиной,
Ты выше закатала рукава.

А было всё: охотник, и добыча,
И море света, и кромешный мрак,
Который стал со временем токсичен.
Но так бывает, что врачует яд...

В надежде робкой длились дни и ночи.
Зачем бояться завтрашнего дня?
Ведь кто-то свыше был уполномочен,
Беречь, спасать и пуще охранять.

Искусно направлял он: "Дорогая,
Просвет ориентром впереди!"
Глазами ты ответишь: "Не одна я!"
Не ведая, как ОН вознаградит...