Статусы про блокадный Ленинград

Статусы для социальных сетей, короткие высказывания, мудрые цитаты великих людей, а также фразы и мысли от пользователей сайта про блокадный Ленинград.

Статусы на тему «Блокадный Ленинград»

Пользователь 16700
Пользователь 16700 25 Июня 2019

Голод

В разгаре было золотое лето.
В душе жила нарядная весна.
Звонок последний, танцы до рассвета...
И резко так, по радио - война...

Луч солнечный на мамином портрете,
любимые черты лица закрыл...
А во дворе смеясь, шумели дети,
Не отрываясь от своей игры.

Надула занавеска белый парус,
бросая тень на стены, потолок.
Казалось, что температурный градус
тепла расплавит ужас между строк...

Сатиновое платье с кружевами,
осталось в моей памяти пятном
цветным. И день рождение у мамы
должно быть завтра, мы же с ней в кино
пойти хотели, и напечь ватрушек.
Вся жизнь вдруг поделилась пополам.
Чирикали синицы у кормушки
и я сметая крохи со стола,
пошла во двор нарядный и зелёный,
чтоб их насыпать птахам и они
слетелись все с больших кудрявых клёнов.
Я наблюдая спряталась в тени.

За ужином отец сказал, что нужно
на фронт идти. Пуская под откос
тот вечер. Помню как нам было душно
от горьких наши и прощальных слёз.

Размыт был мир, квартира, наши лица.

Был недоеден ужин, горек чай...
Тогда не знала я, что будет сниться
мне этот ужин всю войну. Вставай!
Иди ищи, моя кричала память,
той булки не надкусанной - сухарь!
И я искала ужин наш часами,
по мусоркам, безумно как дикарь.

В прострелянных, пустых помойных баках,
в которых даже фантик не найти!
Что толку было в этих железяках...
Спасал людей, наверное - инстинкт.

От голода с ума сходили люди,
переродившись в бешеных зверей.
Сейчас, со стороны все стали судьи,
Ведь заповедь гласит же - не убей!

Но убивали, за кусочек хлеба...
За карточку последнюю в семье.
Не помня заповеди. Город склепом
наш становился, в нем гуляла смерть.

Я помню, все добро несли на рынок.
Меняли на еду - на миф скорей..
Мешок из под муки, из - за пылинок,
на трупик мыши или костный клей.

Животные исчезли из округи.
У трупов вырезали части ног!
Все видели еду уже друг в друге.
В том, кто упал и больше встать не смог...

Я помню, запах мяса из окошка...
С ногтями человеческими суп...
Соседи говорили, в супе кошка,
а за окном, валялся детский труп...

Без ног и без руки... Такой обрубок...
Мол, миной разорвало малыша...
Но, не было от взрыва рядом лунок.
И люди там ходили, не спеша...
Их взгляды ничего не выражали.
Ни страх, ни жалость... Каждый кто был там
боясь упасть на ледяном кружале,
шёл мимо за таким же по пятам.

Боясь замёрзнуть заживо в сугробах
зимой на скользкой узкой мостовой...
На ледяных разрушенных дорогах
когда ходили к речке за водой...

Я помню как склады с едой горели.
Катились слёзы по худым щекам
у тех людей, что землю, пепел ели...
Рассовывали землю по мешкам,
стаканами на рынке продавали.
В складах был сахар, там была еда..
Да разве кто-то думал о морали…
Ни совести, ни чести, ни стыда...

Какой был лютый холод, страшный голод!
Как выжил наш блокадный Ленинград
закованный во льдах, войной расколот,
дыханием источая трупный смрад,
не понимаю...
Позже нас спасала
дорога жизни. По кровавым льдам
любимой нашей Ладоги устало
машины шли, замёрзшая вода
держала на себе людские судьбы,
неся нам жизнь - еду. Детей сирот
везла от смерти. В ожиданье чуда
мы вслед смотрели. Только вот исход
всегда был разный. Рвали льды снаряды
и шли машины с детками на дно..
Ну как же мы безумно были рады
за тех кому пробраться суждено.

Я помню май. По радио - Победа!
Не верила тогда своим ушам...
Мне раненый солдат дал ломоть хлеба.
Я побежала к маме, пополам
хотела разделить, но не успела...
Она к весне была совсем больной.
Не дождалась. Лежала белой- белой,
как Ладога той страшною зимой...

Я маме хлеб в могилку положила,
Когда кричали радостно: - Ура!
Победа!
Я, от горя выла.
А позже были сёстры, доктора...
Я заболела после смерти мамы.
В больнице пролежала пол весны.
Записывали пульс и килограммы
- ах, 32 кг. вы так больны,
всё время говорил безногий доктор.
Назначил ложку жира мне в обед.
Мне было так тепло от той заботы,
от строгих слов, питательных диет.
Которые он сам нам всем придумал
записывая каждые сто грамм
прибавки веса. Иногда угрюмо
сидел закрыв глаза, по вечерам.

Я думала вернётся папа с фронта...
Ждала его я десять долгих лет.
Потом узнала, что отцова рота
была разбита немцем на заре,
под Богом позабытой деревушкой
в которой меньше дюжины домой.
Там жили только несколько старушек.
Погибли в сорок третьем, все, весной...

Вот так, одна из всей семьи осталась.
А замуж вышла только в двадцать пять.
Боялась привыкать, любить. Так жалок
был страх мой - всё родное потерять.

И хлеб для нас святыня! Было важно
мне всем в семье моей до одного
рассказывать как голод лют и страшен!
Что нет дороже хлеба ничего!

Блокада Ленинграда. Кот и попугай

Этот случай из жизни девочки описан в книге Гранина и Адамовича «Блокада»

Заснеженный блокадный Ленинград.
Бомбежек гром, и на земле застылой
Умершие на улицах лежат,
Никем не погребенные в могилы.

Вой ветра и разрушенных домов
Зияют устрашающе глазницы,
Мороз тридцатиградусный суров,
Буржуйка в старом доме чуть дымится.

Фанерой заколочено окно.
Коптит печурка, еле согревая,
В заледеневшей комнате темно.
Даю две крошки хлеба попугаю.

Немеют руки и больной живот
Уже который день нещадно сводит,
И примостился рядом тощий кот.
Молящие глаза с меня не сводит.

Так и сидим с питомцами втроём,
Замерзшие, и как же есть охота!
Мы нашу маму с нетерпением ждем.
Быть может принесет покушать что-то.

Бессильно закрываются глаза,
И сразу борщ горячий представляю,
Наш новогодний праздник год назад,
Пирог с капустой мамин вспоминаю.

Согреюсь хоть немножко кипятком
И, завернувшись в одеяло, лягу.
Накрою тёплым Мурзика платком,
Ему ведь тоже холодно, бедняге.

Стал на себя любимец непохож-
Живой скелет и в клочья шерсть свалялась.
Животных больше в доме не найдёшь.
Их в городе почти что не осталось.

Каким-то чудом Мурзик уцелел.
Стоит закрытой клетка с попугаем.
Как бы голодный кот его не съел.
Об этом всей семьёй переживаем.

Вчера подружка Лена умерла
И бабушка- соседка по площадке.
Скорей бы уж мамулечка пришла.
И в полусне я вижу шоколадку.

Нам говорит давно уже отец,
Что Мурзик может стать для нас спасением.
Он, очевидно, больше не жилец,
И съесть его придется, без сомнения.

Об этом даже думать не могу,
Такой кошмар себе не представляю.
Я горько плачу, слёзы щёки жгут.
Кота оставить папу умоляю.

Отец молчит и злится. С каждым днем
Я вижу, что терпение на исходе.
Он ходит мрачный. Нет лица на нём,
И от меня глаза теперь отводит.

***

Но всё однажды случай изменил.
Отец увидел, что стоит пустая,
Раскрыта клетка, где наш Кеша жил.
И на качелях нету попугая.

«Вот берегли сокровище своё,
А оно птичку бедную сожрало»
«Иди сюда! Они сидят вдвоём!»-
И я на стул на кухне показала.

В такое даже верится едва.
Друг к другу тесно, трепетно прижались
Два изможденных тихих существа.
Они, обнявшись, вместе согревались.

Незабываем этот эпизод.
Наш Кеша лёг усатому на шею,
И вокруг птицы осторожно кот
В клубок свернулся, попугая грея.

Отец заплакал… Что было потом?
Тянулись дни, что были сущим адом.
Мы выжили, и со своим котом
Мы праздновали снятие блокады.
Игорь Чемойдан 4 Августа 2021

Не зачеркнуть остатки прошлых лет...

(Чьи лица в памяти и на века.
Моя душевная для всех строка...)

Всем тема, так знакома, Ленинград.
Без слёз тут не напишешь.
Читатель !! Если меня услышишь??
Значит — не зря и нет других наград.

Проходит время, оно не вечно, а мгновенно, это ощущаю.
Не зачеркнуть остатки прошлых лет и эту боль.
Кто жил и кто родился в те года, тем посвящаю.
Я про блокаду, Ленинград,про прошлое, любовь...

Как всем нам позабыть все 900 тех дней кошмара.
Когда хотели задушить народ и подавить?
Бомбили.Голод и вражеских тех сил всё было мало, мало.
А люди продолжали всё бороться, главное — любить.

Фугас на крыше.Разгорается пожар.
А ниже этажом, там маленькие дети.
Один от голода уж умирает, у грудного жар.
Сейчас лишь мать за них и Бог в ответе.

Бежит на крышу, захватив песок, ведро.
Историк дедушка, с одной рукой её опередил.
У матери нет сил.В глазах туман, но ей не всё равно.
Спасти ребенка и народ, чтоб победил.

Никто ведь лишнего тогда не говорил.
Нужны лишь были силы, не до сна.
А дедушка ? Купировал любимой кошки хвост.
Разжег костер из стула "Ренессанс", и суп сварил.

И ели суп поочереди, вся правда тут видна.
Осталась золотая именная ложка лишь одна.
Никто в тот вечер и не умер, не потух.
Силён был дружбой и сплочённостью —
Наш Русский Православный Дух.

А на заводе, мальчик в семь каких-то лет.
Точил не первый свой для армии снаряд.
Он не учился больше в школе.Её нет.
Он кисточкой, не зная правил, лишь писал.

За папу, маму,две сестры,
ЗаВСЁ, ЗаСТАЛИНГРАД,ЗаЛЕНИНГРАД.
И тихо, отдохнуть на три часа
В холодный дом свой уходил
И только этому был счастлив,
И по-детски рад.

Всё написав, там не было и сил уже идти.
Качаясь двигался домой и мог собой гордиться.
Кусочек хлеба в 200 грамм сестрёнке принести.
Кусочком хлеба с мамой поделиться.

Другие были мародеры, они всегда, при всех властях.
Им безразлична суть любой идеи.
Всё наживались на чужом страданье, на труппах, на костях.
Обогатиться цель была и побыстрее.

Всегда такие были.Они есть.
Чему в своей я жизни и не рад.
Про них забудем.Отдадим лишь честь.
Поднимем тост, и вспомним Ленинград.

За тех героев, кто родился, жил в те времена.
За ордена, медали,храня в себе дедов все лица.
Пусть помнят люди навсегда.
Про Ленинград, про Питер,
Как культурную Столицу.

© Copyright: Игорь Чемойдан, 2018
Свидетельство о публикации №118020208004

Аллея Славы

Орошённая кровью земля,
пятки жжёт от негаснущей скорби.
Здесь рубеж обороны от зла.
Здесь восторженный возглас нескорый.

Девятьсот убелённых берёз
возвещают о муках блокады,
о цене замерзающих слёз,
о конце вероломной армады.

Здесь за каждым кустом героизм
и остатки простреленных касок.
Здесь не взял Ленинграда фашизм
ни огнём, ни смертельным фугасом.

Возвращаясь сюда, поклонись
обелискам с названием ПОДВИГ.
Здесь твоя защищённая жизнь.
Здесь России победные всходы.
Igor Belov 11 Февраля 2020

Блокадный стих

900 черных дней и ночей
Нависала над нами блокада.
900 этих дней и ночей
Мы сражались у стен Ленинграда.

Лютый холод и нечем топить,
Жуткий голод, а хлеба ни крошки.
Чтобы наше упорство сломить-
Каждодневные злые бомбёжки.

Но, работали наши заводы,
Наши дети учились читать.
В те блокадные страшные годы
Продолжали оркестры звучать.

900 черных дней и ночей
Мы работали, жили, сражались.
900 этих дней и ночей
Нашей воле враги поражались.

Никогда не теряли мы веры
И летело в эфир над врагами:
«Ленинград. Колыбель новой эры.
Город жив. Победа за нами!»

И стучала морзянка в ответ,
Согревавшими душу словами:
«Ленинградцы, огромный привет.
Продержитесь. Победа за нами!»

900 черных дней и ночей
Нависала над нами блокада.
Скольких павших за счастье людей
Ты укрыла, земля Ленинграда!

Стойко выдержал город-герой!
Мы расчистили сеть баррикад.
Как и прежде над тихой Невой,
Гордо реет родной ........ Петроград!
irina.rudzite 17 Мая 2021

Тенью незримой

Тенью незримой идут вслед за нами,
Не понимая,что их теперь нет.
Отдали жизнь и плывут облаками,
И с той поры живёт памятный свет.

Простыня ветхая... Саночки тянут,
В путь свой последний,детей проводив.
В колокол время кричит-Не обманут!
Город блокадный был так терпелив.

Улицей этой мелькает прохожий
Взгляд не голодный ...Светло на земле.
И на лицо чей-то дочки похожий,
Прячется прошлое здесь в полумгле.

Соприкоснулись нежданно эпохи,
Тень от домов улеглась наискось.
Словно подуло... Послышались вздохи,
Память прошла через сердце насквозь.

Длилась блокада Ленинграда с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944 года (блокадное кольцо было прорвано 18 января 1943 года)

История про кота и блокадный Ленинград

Моя бабушка всегда говорила, что тяжёлую блокаду и голод и я моя мама, а я её дочь, пережила только благодаря нашему коту Ваське. Если бы не этот рыжий хулиган, мы с дочерью умерли бы с голоду как многие другие.

Каждый день Васька уходил на охоту и притаскивал мышек или даже большую жирную крысу. Мышек бабушка потрошила и варила из них похлебку. А из крыски получался неплохой гуляш.

При этом кот сидел всегда рядом и ждал еду, а ночью все трое лежали под одним одеялом и он согревал их своим теплом.

Бомбежку он чувствовал намного раньше, чем объявляли воздушную тревогу, начинал крутиться и жалобно мяукать, бабушка успевала собрать вещи, воду, маму, кота и выбежать из дома. Когда бежали в убежище, его как члена семьи тащили с собой и смотрели, как бы его не унесли и не съели.

Голод был страшный. Васька был голодный как все и тощий. Всю зиму до весны бабушка собирала крошки для птиц, а с весны выходили с котом на охоту. Бабушка сыпала крошки и сидели с Васькой в засаде, его прыжок всегда был на удивление точным и быстрым. Васька голодал вместе с нами и сил у него было недостаточно, что бы удержать птицу. Он хватал птицу, а из кустов выбегала бабушка и помогала ему. Так что с весны до осени ели еще и птиц.

Когда сняли блокаду и появилось побольше еды, и даже потом после войны бабушка коту всегда отдавала самый лучший кусочек. Гладила его ласково, приговаривая – кормилец ты наш.

Умер Васька в 1949 году, бабушка его похоронила на кладбище, и, что бы, могилку не затоптали, поставила крестик и написала Василий Бугров. Потом рядом с котиком мама положила и бабушку, а потом там я похоронила и свою маму. Так и лежат все трое за одной оградкой, как когда-то в войну под одним одеялом.

Ленинград.

Ленинград это место, где люди
Умирали от голода все.
Этот день никогда не забудем,
Когда стих безоблачный смех.
Это было и больно, и страшно –
Видеть этих детишек больных.

Я не видела это, но знаю
Одну девочку правда из них.
Эту Танею звали девчушку.
Она ушла, и все потому,
Что ей не досталось хлеба ни крошки.
Она погибла одна наяву.

Я помню тот день в Ленинграде

Я помню тот день в Ленинграде
Кода жизнь ушла от людей.
Вот и бросили мальчики мячики
И пошли воевать за детей.
Они так боролись за Родину,
Они ждали победы своей!
Но пришли с той войны лишь
Немногие. Все те люди - герои мои.

Блокадники Ленинграда.

Блокадники вы, Ленинграда!
Что вам пришлось пережить!?!
Мне слез своих прятать не надо,
Ваш подвиг я буду хранить!
Три страшных мучительных года
Вы жили как будто в аду.
Вокруг нас любовь и забота.
Всю боль передать не могу!

Как сложно представить мне это,
В то время ведь я не жила,
Бомбёжку, детей не одетых.
Вот это и есть - жизнь без сна?!

Обстрелы и детские крики
От голода лютой зимой.
И мамы, в мороз этот дикий,
На реку идут за водой.

А детки их рядом плетутся,
От холода пальцы болят.
Вдруг к маме своей как прижмутся,
Укрой от войны ей твердят!

А есть даже те, что не плачут,
Ведь жизнь их - война отняла,
А как поступить им иначе?
Ведь я б даже так не смогла!

У них не друзей нет, не близких,
Их больше уже не вернуть.
Но знали, Победа уж близко!
Твердили еще бы чуть-чуть...

Ещё бы чуть-чуть продержаться.
И Гитлер собака пойдёт!
И вот с этих злых оккупацией,
Прошел уж не месяц, не год.

И те, кто живет с нами ныне,
Из тех ленинградских детей
Рассказы блокады хранили,
Всегда будут помнить о ней!

Сегодня мы вам поклонимся,
И скажем: Спасибо, за все!
Пусть радость к вам в дверь стучится..,
И будет по жизни легко!
Рассказать друзьям