Любимые статусы - Страница 2559

Ты, оставив надежду в подарок

Ты, оставив надежду в подарок,
Словно чакрой окольцевал.
А она - упаковкою-тарой,
К размышленью материал.

По тебе безумно соскучилась -
Ты - не дуешь особо в ус...
А зачем без весла уключина?
Без тебя я живу-не живу!

Озадачена. Утрам и вечером,
Вижу в каждом твой силуэт.
Но тебе предъявить нечего,
Представляя наш тет-а-тет.

Ожиданье - отрезок времени,
Тормоз вечный. Сухой балласт
С застаревшим налётом плесени
В надоевших блеклых тонах.

Что-то, вроде, приманки-ловушки.
Шаг, похожий на мазохизм.
Не роман, а лихие частушки:
Ты всерьёз на мне "не завис".


Художник Clare Elsaesser

Девочка

Как в чудесном сне,
Обнимаю твой я стан.
Неужели это всё наяву.

Ты не привиделась мне,
Ты на душу бальзам,
Я уж не думал, что доживу.

А продолжение – рассвет,
Мы с тобой вдвоём,
И счастье неподдельное.

Не будет дым сигарет,
Просто дальше живём,
Это всё сумасшедшее.

Не скажешь, мне прощай,
Я не скажу пока,
Нам эти слова не нужны.

Мы попали в рай,
Хоть смерть ещё далека,
Мы в любовь погружены.

Девочка – где же раньше ты была,
Девочка – скажешь, я тебя ждала.
Поцелую, обниму и всё,
Вот и кончилось моё кино.

Зима - красавица сурова и строга:
Гудят хрустально - ледяные провода,
С небес высоких белые снега, снега,
Метели сильные, сугробы, холода…

Учительница математики дала задание: разделить четыре картофелину на пять учеников. Решение задачи Вовочки: разрезать каждую картофелину на 10 частей и раздать каждому по 8 долек Марья Ивановна не приняла, а приняла предложение Армена: бросить жребий и удалить из игры пятого—лишнего ученика.

Теща, ГАИ-шник и стоматолог—дальние родственники в анекдотическом аспекте.

Читайте книги—обогощайте свои знания, расширяйте мировоззрение. Ходите по чаще в рестораны, а не в закусочную, в театр—вместо дискотек и в музеи—вместо зоопарков, чтобы выглядеть интеллектуальным и воспитанным. А когда пройдете мимо кладбища, сразу поймете, что читай-не читай книг, обедай хоть в ресторане хоть в закусочной, был ли в музее или в театре—в конечном итоге все люди собираются в одном месте.

Астроном
Астроном смотрит телескопом на звездное небо—ищет новую звезду. На пороге появляется жена:
—Заканчивай шарит космос? Оторвись от телескопа, может твоя звезда где-то рядом с тобой?!
—Все-таки, журавлиха на небе более заманчива.

Товарный вид давно слегка потрёпан
И по вискам струится плавно серебро.
Годами сам заботливо заштопан,
Но не зашторено на молодость окно.

Легенда о Данко

В лесу рано утром кукует кукушка,
И я прозябаю с корзиной в руке,
Стою на прогалине - будто в ловушке,
Грядущего с прошлым тугом узелке.

Заплакана утром лесная полянка
По древней традиции мира сего,
А я вспоминаю легенду о Данко,
О добром и пламенном сердце его.

Как света хотелось страдающим людям,
В печалях и скорбях лесной темноты!
И Данко сказал без всяких прелюдий:
"Я выведу вас из нужды и беды!"

...Стою под березой, спиной прислоняясь,
Глаза закрываю - как будто во тьме,
И вижу, как люди, за Данко бросаясь,
Бегут, словно тени по серой стене.

Угрюмо и страшно топорщились ели,
А люди бежали, не зная куда.
И Данко - больной ли, здоровый - до цели
Их вёл, сам не зная, дойдёт ли туда.

Но кто-то взбесился и крикнул с досады:
"Ведёшь по болотам, а выхода нет!"
И Данко сказал: "Сомневаться не надо,
Хотели вы света, и будет вам свет!"

И сделал тогда жест почти театральный,
Сломал себе рёбра и сердце извлёк,
И вырвался луч, красный, артериальный,
Который никто потушить бы не смог.

И сердце в ладони, живое, как птица,
Держав извлечённым из клетки грудной,
Сказал он, смотря в ослеплённые лица,
Бледнея, сказал: "Поспешите за мной!"

Так после терактов, и после пожара
Бегут одичавшей, безумной толпой.
И вывел их Данко - ему было жалко
Людей, и решил поступиться собой.

...Глаза открываю, стою в ослепленье
От света, как после хожденья во тьме.
Так тысячелетья - людей возвращенье
К свободе и счастью от жизни в тюрьме...

И хочется тоже любить и смеяться,
Как Данко смеялся и падал в траву,
Упал, чтобы больше уже не подняться -
Он умер, зато остальные живут.

...Я вижу: поляна искрится слезами,
Но высушит солнце и это пройдёт.
Заложено в сердце у нас праотцами:
"Кто хочет - добьётся, кто ищет - найдёт".
(Ольга Волкова)
… показать весь текст …

Дождь за стеклом

Четвертый час. Но не четыре. -
Как лицемерна эта ложь!
Уже июнь в прямом эфире
И не кончающийся дождь.

Сердечный ритм не потревожит
Дробь барабанная в окне,
Но смерти вечность не поможет
Своим вином забыться мне.

Мир за стеклом - кривозеркалье,
Где изменяются черты,
Стал дом - святилищем сакральным,
Куда попасть не сможешь ты.

Не потому, что груб и грешен,
А просто так; из-за дождя
Мой лик, что с комнатою смешан,
Ты не заметишь, проходя.

Ты не знаметишь, проплывая,
Как рыба, посреди воды,
Что я, тебя не забывая,
Сама сажала здесь сады,

Ты не заметишь, пробегая
В реке дождя на самом дне,
Что я уже совсем другая,
Но сердце прежнее во мне.

Мои черты водою смыты,
Водою светлой, дождевой,
А ты такой же - незажитой
На сердце раной ножевой.

Хоть нелюбимый и ненужный,
А всё ж, когда с небес вода,
Из глаз выкатывать жемчужны
Вросло в привычку за года.
(Ольга Волкова)

Фото

Я не пойму, чего со мною,
Когда на фото погляжу,
Обида старая волною
Сбивает с ног, с ума схожу.

А это - бытовое фото,
И снято было не при мне,
Висит в контакте для чего-то,
На память о каком-то дне.

Твоя улыбка некрасива,
Ты постарел и полысел,
А ведь ты нравился мне сильно,
На годы в сердце мне засел.

Себе бы сроду не поверил,
Что будешь мне в глаза смотреть
За километры, стены, двери,
Года разлук - теперь и впредь.

Мне тяжело и неохота
Быть рядом, говорить с тобой;
Но не отводишь ты на фото
Свой взгляд небесно-голубой!
(Ольга Волкова)

Словно чётки дни перебирая

Словно чётки, дни перебирая,
Жду я утешенья своего
За вратами истинного рая, -
За вратами сердца твоего.

Приюти голубкою небесной,
Чёрный ворон, на груди золе,
Я тебе свои немые песни
Принесу на шёлковом крыле.

Чёрный ворон с чёрною судьбою,
Оттени мою ты белизну;
Может и увидим мы с тобою
Счастья неизбежную весну.

Без тебя земель обетованных
Мне пусты небесные сады,
А с тобой - и среди льдов стеклянных
Мне цветут заветные цветы.
(Ольга Волкова)

Девочка у окна

Серый дождь, не сладив с тишиною,
Чай по блюдцам листьев разливает,
И с берёз над улицей родною
Позолоту ложную смывает.

У тебя глаза - аквамарины,
Но сейчас они, как тучи, серы;
Куклой за витриною старинной
Ты грустишь, за стёкла взгляд свой вперив.

Первый раз тебе не надо в школу,
Только вот от этого не легче,
И стоит букетик листьев желтых,
Словно не подаренный при встрече.

Ты посмейся, девочка, посмейся,
Будь как прежде - озорной, наивной,
Только улетает птицей сердце
В те места, что за дождём не видно.

Может быть, протянется былое
Красною непрерванною нитью;
Школьная любовь с твоей судьбою
Так сплетутся - не разъединить их.

В лепете дождя слова ты ищешь,
Чтоб они морзянкой отстучали,
И оделись фонари и крыши
В серые плащи твоей печали.

Ты не бойся, девочка, не бойся,
Ничего с тобою не случится,
Это осень, это только осень
Красною листвой в окно стучится.

Звёзды окон гаснут и мигают
В нечто вечереющем и мокром,
И дождинки стёкол достигают,
С края туч сорвавшись ненароком.
(Ольга Волкова)

Ночь – верная подруга.
В неведенье хранит.
Из замкнутого круга
Выводит и манит

Туда, где гороскопы
Сбываются, и лес
Зеленым телескопом
Касается небес…

А на рассвете нежно
Целует прядь ресниц,
Чтоб пеной белоснежной
Я вновь скатилась вниз…

Воспарившие

Кавалер галантный нежными руками
Душу мою обнял в зимнем серебре;
Птицами парили мы под облаками,
Радость неземную ощутив в себе.

Золотые искры звёзды нам бросали,
Молнии, как ленты, обвивали нас,
Ангелов небесных пелась голосами
В тучах Песня Песней миллионы раз.

Огради, любимый, от обид и горя,
Обними навеки и не отпускай,
Чтобы я Икаром не упала в море,
Если мне подрежет крылышки тоска.

Сбереги, любимый, ласкою объятий,
От былых волнений ты меня спаси,
И в бреду горячем злых моих проклятий
Нежным поцелуем губы ороси...
(Ольга Волкова)

Высшее

Мне верится, что есть над нами высшее,
Что не подвластно тленному концу,
И ни одной нет просьбы неуслышанной,
Направленной небесному отцу.

Я преклоню колени с благодарностью,
Зажгу свечу и тихо помолюсь,
И озарит свеча своею яркостью
Тайник души, куда смотреть боюсь.

И темнота грехов и заблуждения
Пред пламенем отступит тяжело;
И я примкну к иконе за спасением,
Родительское ощутив тепло.Мне верится, что есть над нами высшее,
Что не подвластно тленному концу,
И ни одной нет просьбы неуслышанной,
Направленной небесному отцу.

Я преклоню колени с благодарностью,
Зажгу свечу и тихо помолюсь,
И озарит свеча своею яркостью
Тайник души, куда смотреть боюсь.

И темнота грехов и заблуждения
Пред пламенем отступит тяжело;
И я примкну к иконе за спасением,
Родительское ощутив тепло.
(Ольга Волкова)

Луна

Написано под впечатлением арии "Луна" Гренгуара из мюзикла "Нотр Дам де Пари"

Погаснет зал, и поплывёт над сценой
Болезненно-ущербная луна,
На тусклый блеск её, люминисцентный,
Поэт душой откликнется сполна.

Он вышел побродить, ему не спится,
А улицы Парижа так тихи:
Никто не помешает вдохновиться
И написать прекрасные стихи.

В душе Поэта вечное смятенье,
Он думает о жизни, о любви,
И как бесстрастно той Луны свеченье
Что с неба наблюдает за людьми.

Она глуха, слепа и равнодушна
К отчаявшимся взорам и слезам,
А всё же к ней летят стихи и души, -
Как мотыльки на пламя, - к небесам.

Как с этим обособленным светилом
Роднятся одинокие сердца;
Луна в окне у каждого гостила
Подобием любимого лица,

Ведь точно так же; холодна, спокойна,
Не разделяет роковую страсть
Царица тьмы, обретшая исконно
Над миром сонным признанную власть.

...Перо скользит, скрипящее сердито,
Что для письма негоден тусклый свет,
И вот Луна скрывается из вида,
И недоволен молодой Поэт.

Он понял вдруг ещё предназначение
Полночного светила - это свет:
Для бедняка как благо освещенье,
Особенно, когда бедняк - поэт.
(Ольга Волкова)
… показать весь текст …

Ледоход

Развеян расставаньем грубо
Миф о влюблённости весны;
Тебе мои черты не любы,
Твои мне больше не важны.

Разлом, по сердцу проводимый,
Сравним с весенним ходом льдин;
Сначала - бывшие единым,
Но всяк единый разделим.

Закончится при потепленье
Душевный авитаминоз;
Я в нездоровом упоенье
Смотрю на бесполезный мост,

Как ледоход в реке полощет
Льдин уплывающих бельё;
Всё переменчиво, всё проще,
Всё не смертельно, ё-моё...
(Ольга Волкова)

Весенняя депрессия

Лёд тронулся. Я тронулась умом.
Чернеет снег. Сама с тоски дурнею.
Зима ушла. Я, кажется, за нею
Уйду сама, оставив скучный дом.

Я окунусь одна, как сирота,
В тоску дворов, московский холод улиц,
В те адреса, где с счастьем разминулись,
Где одолела сердце суета.

Теперь всё изменилось, стало быть,
А, может быть, по-прежнему осталось.
Я ощущаю томную усталость,
Желание всё вспомнить и забыть.

Не рады мне усталые дворы,
Те, что былых имён не вспоминают;
Снега забвенья память заметают
До той бесснежной, до другой поры.
(Ольга Волкова)

Пожар в Нотр-Даме

Вчера в прямом эфире показали
Про Нотр-Дам на острове Ситэ,
Как страшно языки огня лизали
И дерево, и камень в темноте.

Шпиль рухнул напрочь, развалилась крыша,
Часы сгорели, - всюду едкий дым.
Толпа туристов смотрит и не дышит,
Горит собор - и время вместе с ним.

В страстной неделе страшное знаменье
Церковная усматривает власть.
И знают все: в какое-то мгновенье
Собора остов может весь упасть.

Гюго хранил его от разрушенья,
Он перестроен был немало раз;
Но лишь сейчас - нет никому прощенья
За то, что сей шедевр Париж не спас.

Всё деньги зажимали, полагаясь,
На свой "peut-etre", по-русски - на "авось".
Теперь кричат: "Спасли хотя бы малость,
Всё сделаем, чтоб больше не пришлось

Ему гореть!" А больше и не надо,
Утраченное не вернуть назад.
И целый мир не отрывает взгляда
От репортажа под названьем "ад".
(Ольга Волкова)

Вечер

Вянет вечер серебряно-розовый,
С самой первой взошедшей звездой,
И туман - голубое молозиво -
Застывает над пёстрой водой.

В это время в сердечном томлении
Голосят в тишине соловьи
Свою песню о вечном сплетении
И беды, и судьбы, и любви.

Так понятна их песня сердечная,
А они и не знают о том,
И дорога небесная млечная
Над речным пролегает мостом.

Как корова, луна остророгая
Поднялась над бесшумной рекой,
Над мостом, над песчаной дорогою
Молоком разливая покой.
(Ольга Волкова)

Про август

Вот и август медлит уходить,
Яблочный, ореховый, медовый,
Тихой грусти призрачная нить
Паутиной свесилась садовой.

Светлый август с росами, дождём,
Как он щедр созревшими плодами!
И душа в смятении своём
Отдана ему, как подаянье.

Звезды так заманчиво круглы,
Крупные, как яблоки на ветке,
Ночи ароматные и теплы,
Дни без солнца, ветреные, редки.

Август уступает скромный пост
Сентябрю, но тот и не торопит.
Он стоит, неприглашённый гость,
Деловит и даже мизантропен.
(Ольга Волкова)

Всё ждала, ждала

Я ждала, ждала, да душу
Просквозила на ветру,
Всё боялась занедужу,
Всё я думала умру.

Только солнышко пригрело,
Подарило мне огня,
Только мама пожалела,
Приголубила меня.

И душа моя живая
Отогрелась средь тепла;
Я же так переживала, -
Невменяемой была!

Глупо плакать взрослой доче, -
Что за детская беда?
"Грустно, мама, грустно очень,
Грустно мне, как никогда!"
(Ольга Волкова)

Весенний разлив

Вечно каждой весной затопленье,
Выше берега лезет река;
Словно маленьких рощ плененье -
Вперемешку с травой облака.

И не видно их, росших низко,
Ни кустарников, ни цветов,
Вроде мучеников Севастийских
По колени берёзы вновь

Из реки поднимаются голо,
Неуютно в ней, ледяной.
Только свист, только птичий гомон
Над водою царит весной.
(Ольга Волкова)

Ночь и день

Ночь и день, День и ночь
Поспешают на смену друг к другу.
В череде бесконечной прочь
Неустанно мчаться по кругу.

Только времени колесо
Бог когда-нибудь, да остановит.
И исчезнет Земли лицо.
Бог ей суд, Божий суд готовит.

И спадут все кристаллы звёзд.
Да и небо свернется в свиток.
Виноградная спелая гроздь
Превратится в кровавый напиток.

Потечет кровью ягод она,
Ведь в точиле истоптана гнева.
И испьют эту ярость вина,
Все кто станет у Пастыря слева.

Кто поклонится зверю и кто
Начертание здесь его примет.
И тогда не спасет уж ничто.
И навеки душа та погибнет...

Ведь сгорят и Земля, и дела.
И когда- нибудь это да будет.
Это все не пустые слова.
Бог мир грешный однажды осудит.

Но ведь есть время все изменить...
День и ночь. Ночь и день - для нас значат,
Что желает Бог все простить,
Если путь у креста вновь начат.

................................................................................
"И истлеет всё небесное воинство; и небеса свернутся, как свиток книжный; и всё воинство их падёт, как спадает лист с виноградной лозы, и как увядший лист — со смоковницы."
Исаия 34:4.

"вначале словом Божиим небеса и земля составлены из воды и водою: потому тогдашний мир погиб, быв потоплен водою. А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков…

Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят."
2 Пет. 3:10.

"И поверг Ангел серп свой на землю, и обрезал виноград на земле, и бросил в великое точило гнева Божия.
И истоптаны ягоды в точиле за городом, и потекла кровь из точила даже до узд конских, на тысячу шестьсот стадий."
Откр. 14.19-20.
… показать весь текст …

Женщина принимает любовь ушами, а все, то, что не касается любви нутром чувствует.

Большинство людей одновременно и счастливы, и несчастны тем, что не осознают свою смертность. Счатливы потому, что живут сегодняшним днем—беззаботно, радостно и легко— тем самым продолжая род человечества; несчастны тем, что не думая о своей смерти не могут «планировать» свою судьбу, в неспособности избежать ошибок совершают грехи. Если бы все люди осознали свою смертность, то они разделились бы на три категории: добродетелей, злодеев и равнодушных.

Из афоризмов об отцовстве. У каждого отца должны быть: диван; тайное место для заначек; отвертка, плоскогубцы, молоток и заштопанные носки. А ремень унаследованный от предков должен висеть на стене в позолоченной раме, как напоминание: «кто в доме хозяин».

Шагая по жизненному пути не оглядывайтесь—прямо ли или правильно ли идете, а следите какой след вы оставляете грядущему поколению.

На чужом горе счастья не построишь. Зло как и добро имеет свойство возвращаться бумерангом. Доказательство: человеческая история.