Любимые статусы - Страница 1708

Где люди, так похожи на людей,
В вчерашний день стремятся без опаски,
Где в мир иллюзий и придуманных страстей
По случаю имеются все маски.

Где маски - это вынужденный шаг,
Где жизнь приукрасил бы красками,
За декарациями прячется душа,
А мы...в реальности мира, за масками.

Где куклы....так похожи на людей,
Чей образ тает в бликах полусвета,
И даже здесь...из множества идей
Кого нам принимать за чистую монету?!

© ШПИЯКИНА НАТАЛЬЯ ВИКТОРОВНА. 2017г.

Ты чего прячешься? Цены на бензин подняли, сказали на собаках ездить будут.

Красота страшная...аж смотреть не могу.

Ни одна душа не понесет чужого бремени.
Коран (6 : 164)

"Господь наш! Не наказывай нас, если мы позабыли или ошиблись".
Коран (2 Сура: Аль-Бакара | Корова, 286 Аят)

Ну напиши ты ей что-нибудь поздней ночью, пока она спит, чтоб на утро она была с улыбкой. Это не трудно.

Мне нужно идти. В движении чувства не так душат, как ночью, когда ворочаешься в постели, собирая одеяло в плотный комок, чтобы было кого обнимать во сне.

Вытирайте ноги, входя в мою душу

Вытирайте ноги, люди,
Прежде чем ворваться в мою душу.
Не об меня - мои слова, поступки,
Закройте двери навсегда,
Если человек больше не нужен.
Не изменяй, если ты любишь,
Не играй со счастьем чужим.
Захотел разнообразить личную жизнь -
- Тогда порви с прошлым отношения!
Запасной вариант, увы, не спасет.
Если корабль не выдерживает маленькую бурю,
И смысла нет плыть в открытое море.
И речь идет не о кораблях -
- О людях...

Я любил, а ты играла!
Я прощал , хотя ты не просила .
Я ждал тебя днем и ночью
Ценил тебя как изумруд вселеной , а потом я потерял тебя навсегда
Ценил, как будто ты была настолько хрупкой, что могла сломаться
Теперь не верю я в любовь "навеки ",
Не верю в счастье "навсегда''
Я тебя любил, надеялся на счастливое совместное будущее, но увы, всё безнадежно

Поход за мудростью

Устав от городского бытия,
Я плелся по проселочной дороге.
Дорога, словно мертвая петля,
Опутывала стынущие ноги.
На небе кучковались облака,
Мрачнея от величия и силы,
Взирая на дорогу свысока,
Как смотрят на приезжих старожилы.
С востока налетевший ветерок
Заигрывал с верхушками деревьев.
С надеждой я молился на восток,
Пока не дотащился до деревни.
Глядели изумленно семь домов
На пришлого оконными щелями
И вился лишь единственный дымок
Над домом с обновленными сенями
Я робко постучался и вошел,
И сморщился от старческого взгляда
Он сердце за мгновение прожег
Премудрым и целительным зарядом.
Живые, но уставшие глаза
Седого остывающего старца.
Очнулся я и сел под образа,
Обласканный шершавыми перстами.
За печкою хозяйничал сверчок,
У печки - лопоухая собака.
"Приветствую"- сказал мне старичок:
"Куда бредешь без цели, бедолага".
"Иду туда, куда глаза глядят,
А если честно, то ищу покоя" -
Ответил я, потупив робкий взгляд,
Нащупав крест немеющей рукою.
"Найти покой сегодня мудрено,
Да и покой ли будет утешеньем.
Ступай домой, влюбляйся, пей вино,
Забудь о том, что жизнь не совершенна.
Я распрощался с дедом и ушел,
Отбил поклон страдающей деревне.
В лесной глуши покоя не нашел,
Но взял немножко мудрости на время.
… показать весь текст …

Чувства

Как океан любовь моя
Её не выразить словами...
Есть только ты,
Есть только я...
И это нежность
Между нами

Тропинка, в травах пропадая,
пригрелась на земной груди...
Вначале бабушка седая
мне повстречалась на пути...
Я отступила разминуться,
она - прошла, замедлив шаг...
Мне до неё ещё тянуться,
ей до меня - уже никак!
Мы оглянулись, как по знаку,
согласно, словно два крыла...
Я - посмотреть, какою стану...
она - взглянуть, какой была...
Потом навстречу мне девчонка
бегом, коленки заголив...
За ней струился тонко – тонко
какой-то простенький мотив...
Наружу радость, как на блюдце,
печаль пока что в тайниках...
Ей до меня - ещё тянуться,
мне до неё - уже никак!
Она беспечно улыбнулась,
ничуть о жизни не скорбя...
А я ещё раз обернулась...
на позабытую себя..

πθмнυωь, κακ мы нαчαλυ θδщατьςя? α я βθτ πθмню, нε знαю зαчεм

Делай то, что ты действительно хочешь делать. Не играй в их игры. Когда они хотят, чтобы ты мчался направо, дуй на самой высокой скорости налево! Не делай то, чего хотят другие. Ищи свой собственный путь.

Преданные

Многие говорят- не предадут,
Но это же всего пи@@ёж.
Все преданные на колени упадут,
Нам будет тошно из-за лживых рож.

И лишь потом мы все поймём,
Что зря им доверяли,
Внутри мы в тупики зайдём
Где обвиним себя, что мы не проверяли.

И стоя на коленях, плача,
Не выходя из тупика,
Я кровью напишу задачу-
Не доверять, нигде и никогда.

Но для кого-то будет исключенье,
И исключением будет тот,
Кто был всегда простым печеньем,
Но для тебя он превратился в торт.

И ты ему потом доверишь сердце,
Ты не волнуйся всё пройдёт.
Но вот теперь проверь все дверцы
И если он достоин, то через все пройдёт!

Глухой музыкант

В мрачной темноте поёт пианино.
Любая оплошность здесь не простима.
Глухой музыкант сыграет свой лад,
И забудется навеки, что скоро закат.

Он слышит больше, чем способен ты.
Прошу, не торопись, немного подожди.
Увидь прекрасное в танце клавиш.
О чём хоть играет, ты понимаешь?

О последних сороках, остановится сердце.
Кричит ветерок: "Никому вы не верьте!".
Что мешает оставить душу в пианино?
Считать его слабым — слишком уж мнимо.

Да, он не услышит твои возраженья.
Не услышит последние жизни мгновения.
Он понимает, почему не дан ему слух.
Видно гораздо больше, злости лишний стук.

Смысл останется в бедных нотах.
Затеряется ритм в мятых блокнотах.
Звучит последняя его мелодия...
Мрака и пианино одинокая рапсодия.

В тиши услышишь ты пляс пианино,
Глухой музыкант на ладони у мира

Орфей.

по картине "Орфей" Жана Дельвиля .

Вот, входит он.
Молчит, не спорит, не смеётся.
Садится на кровать
И арфу достаёт, и песня льётся.

Я, жадная, лежу.
Дышу жасминным дымом.
За тенью час слежу,
За Каллиопы сыном.

И чудится, что ночь
Сплетает звуки.
Но миг уносит прочь,
И никнут руки.

Песня людского счастья.

Письма мне, люди, не шлите,
Раны мои не тревожьте.
Кто там играет на флейте:
Музы иль фавн прохожий?

Что раздаётся в песне,
В песне людского счастья?
Что одинокие вместе
Встретят свои несчастья!

Что есть на свете дружба
Крепче цепей и болей.
Что всяк кому-то нужен,
Нужен кому-то вскоре!...

Эта ли песня в сердце
Корни пустить сумеет?...
Фавн одинокий в поле
Всё доиграть не смеет.

Жара. Июль.

Июль.
Жара, стекающая с неба,
Ложится под ноги мои.

Стою.
И там, где вечер ещё не был,
Нагреты выступы земли.

Смеюсь.
И волосы, вплетаясь в ветер,
Летят, летят в чужую даль.

Сержусь.
И всё прекрасное на свете
Так смертно, что немного жаль.

Ночь падает во тьму
Не громких комнат.
Я слов не соберу.
Язык мой - молот.

Удар и тишина.
Всё глубже, тише...
Печаль моя легла
Луной на крыши.

Обида

Потерялось первое "прости"
От твоих веселых губ.
Мой беспечный, слышишь, не грусти
И не будь с другою груб.

Что расстались - виновата ль я?
Мне ответить, милый, не спеши.
Грустным голосом правдиво говоря,
Шепчутся на речке камыши.

Там потерянная грусть
Всё полощет счастье и печаль.
И мое подаренное "пусть!"
Пусть тебя согреет, мне не жаль.

Ты ко мне не приходи теперь:
Дверь открою уж не я...
Сторожить осталась дверь
Половина темная моя.

Казнь

Был день один.
Таких немного,
Что в памяти людского рода
Кровавой подписью чернил
Пророк забытый выводил.

Был час один.
Таких не будет,
Когда народ в безумстве судит,
И люди пьяною толпой
Глумят Святого пред собой.

Был род один
Людского зверя,
Когда, ослепши и не веря,
Кричали, брызгая слюной,
-„Варраву отпусти домой!”

Был суд один.
Судили Бога.
И Понтия белела тога,
Когда над шумною толпой
Он руки умывал водой.

Был крест один
На плечи брошен.
И тернью царской в брови скошен
Кружок колючего венца,
Предвестник скорого конца.

Был Он один.
Смотрело племя,
Людское страждущее семя,
Как, опустив свои глаза,
Святая Дева мимо шла.

Шла Боль одна...
Блестели гвозди.
И тел изогнутые грозди
С червонной прописью ресниц
Не видели летящих птиц.

Шла смерть одна.
Взбиралась в гору.
И было пасмурно в ту пору,
Когда с Голгофова лица
Прощал виновных Сын Отца.

Был Дух один.
Земля дрожала.
И только Матерь Божья знала,
Что нет у милости конца,
И что безбрежны небеса...

Настроенье

Четыре часа. Воскресенье.
На улице - птичье пенье.
Ну, здравствуй, моё настроенье,
Малиновое варенье!

На кухне светло, уютно
И пахнет ванилью смутно.
На чайнике поминутно
Сверкают пайетки будто.

И хочется разговоров
Без гари ненужных споров.
Ах, счастье! Тоски заборов
Не видно из-за цветов.

Русский дух

Чернота легла в окна тёмные.
Звёзды ложечкой размешай.
По углам стоят страхи страшные.
Ты узнаешь их? Не узнай!

А в душе моей, полукаменной,
Механизм стучит не злопамятный,
Не злопамятный, не поношенный,
Точно сделанный, золотой.

А за городом, на пустырище,
Зырит Зырище, слышит Слышище,
Русский дух живёт, еле дышащий,
Тыщу лет живёт, мой родной.

И доносится: Чудо просится,
Чтобы спела я, как могу,
Что ему теперь очень хочется
Среди нас пожить во кругу.

И несётся стих, надрывается,
Словом разных лет разливается,
Русь стоит, стоит - не колышется,
Синевой небес не надышится.

Посвящается В. Высоцкому.

Я не люблю, когда все пишут "к датам",
Когда они же плачут в унисон,
Когда вес жизни измеряют златом
И думают, что всё тюремное - шансон.

Я не люблю, и Бог не любит тоже,
Когда по касте судят и куют,
Когда порок впечатался на роже,
И на народ народные плюют.

Я не люблю, и это объяснимо,
Лжепатриотов, лжесвидетелей, "друзей",
Всех тех, кого Иуда в побратимы
Объединил в знак разделения идей.

Я не люблю бесцветных и безвкусных,
Когда бездарность наверху и на слуху.
Я не люблю завистливых и шустрых
И тех, кто нас склоняет ко греху.

Я не люблю, что "добрый значит глупый"
И не приемлю между русскими вражды.
Я не люблю, когда стыдят невинных
И переходят без стеснения на "ты".

Я не люблю, хоть бей меня, хоть вешай,
Что лишь в отчётности всё хорошо у нас.
Я не люблю, но в этом каждый грешен,
Когда как в притче: пальцем в глаз!

Я не люблю, когда вредят от скуки,
Когда от скуки говорят "люблю".
Я не люблю, когда не мыты руки
И их суют в мою Судьбу.

Убитый вечер

А в этот вечер хотела смерти…
Хотите — смейтесь, хотите — верьте…
Хотела грубо — напиться водки…
Устроить танцы… порвать колготки…
Плевать с моста, и лететь слюною…
Быть кем угодно — но не собою…

А этой ночью хотела падать…
Чтоб каждый думал: «Вот баба -падаль…»
(Чтоб каждый помнил — его — святая…)
…И материться, не замолкая…
Навыпуск вены — играть спектакль…
Дрожать от нервов, курить и плакать…

От этой жизни хотела смерти…
Хотите — смейтесь, хотите — верьте…
И в подворотне попасть к маньяку…
Чтоб на ремни кожу вместе с майкой…
Ввязаться в драку — подлезть под руку…
И без сознанья — на стол к хирургу…

Хотела мокнуть, стоять на встречной…
Чтоб с тормозами открылась вечность…
Раскинуть руки, залив разметку
Кровавым озером до рассвета…
Забыть о дочке, друзьях, любовях…
Стоять невидимой в изголовье…
Чтоб все чужие/свои у тела…

Так — равнодушия — не хотела…

Поэзия - сложная штука

Поэзия - сложная штука,
Не лезьте в неё, глухари.
В ней - магия слова и звука,
И светлые блики зари.

В ней - запахи нашей природы,
Движенье ветров и морей,
И ширь необъятной свободы,
И вечная грусть за людей.

В ней - самые страстные чувства,
И нежные отзвуки грёз,
Великая сила искусства
И горечь пролившихся слёз.

В ней - сила слепящего света
И мудрость бессонных ночей,
Тепло долгожданного лета
И холод седых февралей.

Но если в тебе есть всё это,
Тогда я скажу от души -
Будь искренним, честным поэтом,
Твори, не стесняйся, пиши!

Летят года

Летят года, как с дерева листочки,
Жизнь прижимая медленно к земле,
Все чаще ставя в фразах многоточья
И растворяя дни в унылой мгле.

Как много мы сказать не успеваем
Хороших слов для близких и родных
И в суете сует вдруг забываем
О чаяньях насущных и земных.

Как мало выпадает в мире счастья
Тому, кто по сердечной доброте
Помог живущим в злобе и напастях,
Не оставляя души в темноте.

Как коротка в миру у всех дорога
И как внезапно рвется жизни нить,
С рождения подаренная Богом...
Так коротка...но жизнь не изменить.

Но, как длинны минуты ожиданья
В разлуке и безвылазной тоске,
Чтоб одолев любые расстоянья,
Любимого погладить по щеке.

Ночами мысли складываю в строчки,
Снимая с глаз иллюзий пелену...
Летят года, как с дерева листочки,
Готовя нас к забвению и сну...

Учителя по Жизни были стрОги...

Учителя по Жизни были стрОги,
Местами - жесть, но честно - без обид.
Остались после них рубцы, ожоги,
(Кто не был бит, тот вряд ли победит!).

Прошла уроки, став Душой сильнее,
И не ропщу, когда хрустят крылА.
В ответ на зло - не сделаю больнее,
(Какой бы ни была его шкала).

Лишь улыбнусь и, гордо стиснув зубы,
Скажу: "Спасибо! А рассудит Бог!".
Чем глубже наносимые мне срубы,
Тем выше флаг и болевой порог.

© Copyright: Элена Солис, 2017
Свидетельство о публикации №117071006978

У вечного огня

Стою у вечного огня,
смотрю на камень обелиска.
На камне нет фамилий близких,
но надпись трогает меня.

Она уводит в те года,
где кровью полнились шинели,
где люди гибли от шрапнели
иль пропадали без следа.

Где наша русская земля
в огне корежилась от боли.
Где героизм великой воли
бросали в жертву, не деля.

И подступает к горлу ком,
и благодарность не сдержать мне.
Вот вам мое рукопожатье,
зовите впредь меня сынком.