Лучшие статусы - Гражданская лирика (Страница 5)

Чем Одессе помешал Высоцкий?

В Одессе намерены снести 19 памятников, включая Пушкину, Горькому и Высоцкому.
Об этом сообщает украинский портал "Страна".

______________

Корячится в агонии режим -
Решения выносит по-уродски...
В чём провинился памятник, скажи?
И чем Одессе помешал Высоцкий?

"Просроченный", (как в мышеловке сыр)
Не стоил никогда ЕГО мизинца! Высоцкий - миллионов душ кумир
В провинциях далёких и столицах.

Хочу представить, ЧТО бы он сказал...
Быть может:
" ... скулы от досады сводит"? *
Где возмущенья несогласных шквал?
Кто отстоит от нЕлюдей Володю?

Прими, Одесса, искренне упрёк
По поводу безумной гамадрильи -
Поэт когда-то правильно изрёк:
"И, улыбаясь, мне ломали крылья"*

И, если ПАМЯТЬ смелят жернова,
Снесут Володе памятник рептильи,
То сбудутся Семёныча слова:
"И я немел от боли и бессилья"*...

_________________
* - строчки из стихов Владимира Семёновича Высоцкого.

Быстрая карма

"­Не стоит прогибаться под изменчивый мир,
Пусть лучше он прогнётся под нас"
А. Макаревич

Звезды массово покидают Израиль — Пугачева, Галкин и Макаревич, Шац и Белый переезжают в США,
Галкин отменяет концерты в Израиле.

_________________

Борясь с несправедливостью
И заклеймив невеж,
Исполнены решимости,
Удрали за рубеж

Андрюша, Макс и бабушка
Чехвостили страну,
Что против тех, кто рядышком
Затеяла войну.

Но, по ухмылке времени,
Под убежантов вой,
И там война затеяна
С соседнею страной...

Под вопли нетвойняшные
В Америку бегут.
(Уже немножко страшно мне -
Не вспыхнет ли и тут?)

Кривится "мир изменчивый":
- Где Родина для вас?
Аль врёте беззастенчиво
Уже в который раз?

Как жаль, не прогибается
Под вас капризный мир.!
Гастроли отменяются,
Весь в МЕМчиках эфир.

Слеза "патриотичная"
Скатилась по щеке ...
Кликуши патетичные
Бегут, рука в руке.

Как быстр удар кармический,
Как бумеранг жесток!
Настрой патриотический
Иссяк в короткий срок.

Таков удел предателей,
Есть вечный паритет-
Вернётся обязательно
Кармический ответ.

Здравый смысл, где же ты?

Нитью алых флажков мир обвешан небрежно.
Волчья жадность с усмешкой - тьмой кромешной в умах.
Человек, из оков, к жизни сладкой, успешно
Загнан стал! Неизбежна ль? Волчья участь и прах.

Горечь боли людской стелет души полынью,
Не пленит мир природа и не в радость рассвет.
Так какой же ценой, если Землю покинем?!
Целью жизни - доходы - главной мысли сюжет.

Синий цвет словно брань, однополые браки,
"Зиг" фашистов с крестами, всё изящнее ложь.
Меркнет ценностей свет - гарь и дым, тает факел,
Все "За мир!", но с боями - "Как же доллар хорош!?"

Где дыханье любви? Здравый смысл, бродишь где ты?
Мир охвачен безумием и всё громче Беда.
Здравый смысл, где же ты? Ведь не станет Планеты!
Страшно это осмыслить - Мир идёт в никуда...

Европа деградирует вовсю.

Как мало надо, чтобы мир угас,
Всего один дурак, если найдётся,
Вполне достаточно, скажу Вам без прикрас,
И вся цивилизация взорвётся.

А вот на Западе как раз такие есть,
Господь их в детстве обделил мозгами,
Падение их нравов на лицо,
Такое, как под винными парами.

Ручонки чешутся, войною нам грозят,
Макрон примерил шапку Бонапарта,
Видно забыл, как мы вошли в Париж,
Пешком дошли, без всякого плацкарта!

Мы разгромили армию его,
Сам Бонапарт сбежал тогда трусливо,
Макрон всё это хочет повторить?
Французов бросить в новое горнило?

Европа деградирует вовсю,
Власть захватили полные дебилы,
Они не прочь вступить с нами войну,
И довести народ свой до могилы.

Страх потеряли напрочь от войны,
Спастись хотят при ядерных ударах,
С ума сойти от глупости такой,
Ведь это не приснится и в кошмарах.

Живут себе, не думая о том,
Что перед ними уж возникла плаха,
Как будто все бессмертны стали вдруг,
Или прививки сделали от страха?

Как трудно с дураками стало жить,
Что им в башку взбредёт сегодня, завтра?
Хотя Россию никогда им не сломить,
Даже в порывах глупого азарта.
… показать весь текст …

Провокация на оголённых нервах

"Стих" страну Иудой предаёт
Не закатной, а словесной пылью -
Поэтесса в мир посланье шлёт,
Накрепко пропитанное гнилью.

Братские могилы ворошит...
День Победы ей - как чёрту ладан.
Чёрными мазками от души
По России чертит лживым взглядом.

Даже не в песок - в поклёпа пыль
Голову запрячет сТРаУСИХА,
Компонуя тухлых слов утиль,
Где бессвязных фраз неразбериха.

Либердосских штампов лепит чушь
В хитроумь словесных околесиц.
Заползая вглубь наивных душ
Псевдопричитанием "прынцессы"

Ордена за СВО не трожь -
Не тебе судить страны героев!
Глупостью состряпанная ложь,
Лицемерно о погибших воет,
У иконы молится в беде,
В чувствах переигрывая слишком-
Ассоциативный беспредел
Кутает в монашичью
манишку.

"На конвейер", значит, говоришь?
ХИтро закрутила по сюжету...
А потом - пришипишься, как мышь,
Закрывая в сотый раз анкету.

Как много дряни рядом с нами.

Как много дряни рядом с нами
Живёт, скрывая мерзкий нрав,
И свою подлую душонку,
Устои жизни все поправ.

Вживаясь в ритм страны Великой,
Скрывая подлость за душой,
Глядя в глаза, бесстыдно лгали,
Умело пользуясь собой.

Одни - со сцен, с телеэкранов,
Другие - рядышком в быту,
Одних в овациях купали,
Других - не знали мы, к стыду.

А мы им верили, любили,
Пока война не началась,
Одни - свалили за границу,
Другие - замерли тотчас.

Одни - предав людей, Отчизну,
Из-за бугра помои льют
На всё, что было и что будет,
За доллар душу продают.

Другие - мерзкие, как крысы,
Готовы Родину предать,
И ждут удобного момента,
Чтоб что-то где-то подорвать.

Террор - излюбленное дело
Для всех заморских воротил,
Они всегда найдут ту крысу,
Чтоб их задумку совершил.

Для них ни что в жизни не свято,
За три копейки продадут,
Они надеются при этом,
Что никогда их не найдут.

Но их всегда найдут, находят,
И наш «гуманный» в мире суд,
Всё применив, что только можно,
Им лишь «пожизненно» дадут.

Ну почему мы так жалеем
Всю эту сволочь каждый раз,
Кормить в тюрьме всю жизнь готовы,
И не боимся метастаз.

Террор боится только казни,
Прилюдной казни роковой,
Чтобы возмездие достало
Пулей у стенки огневой.

Чего мы ждём, народ лютует,
Возмездия требуя для них,
Чтоб метастазы не плодились,
И мыслей не было таких.

Пока не будет смертной казни
Для этой сволочи у нас,
Народ страдать и дальше будет
От этих скрытых метастаз.

… показать весь текст …

Наш мир сегодня полон лжи.

Наш мир сегодня полон лжи,
Куда не сунься, ложь и только,
Она в политике, в миру,
И даже в нас, пускай не столько.

Ложь стала главным атрибутом
У многих западных правил,
И до сих пор всю эту свору
Во лжи никто не уличил.

Она в газетах, на экранах,
В школьных учебниках, в садах,
Как плесень всюду процветает,
Ввергая правду в мусор, в прах.

Она оплачена деньгами,
Живёт вольготно, как в раю,
И никому не уступает
Нигде позицию свою.

Она вершит дела в Конгрессе,
У Президента на столе,
Бомбит, взрывает, насаждает,
Сойдёт за правду на войне.

Народ оглуплен и унижен,
Сожрёт, что хочешь, только дай,
И даже ад - за рюмку водки
Сойдёт за мнимый сладкий рай.

Ложь, как хорошая актриса,
Меняет платье на ходу,
И станет правдой, если надо,
Кому-то может на беду.

А если кто-то распознает
Всю лживость этой правды-лжи,
Того забьют скорей камнями,
И объяснят - болезнь души!

Всю историческую правду
Переписали под себя,
Как будто не было Рейхстага,
И Нюрнберга никогда.

А СССР - не победитель,
А соучастник той войны,
В которой гибли наши деды,
Отчизны славные сыны.

Повсюду ложь, куда не сунься,
От правды нету и следа,
Всё для того, чтоб юный Запад
Не знал всей правды никогда!

Ведь дураками легче править,
Они не знают, что их ждёт,
И никому не интересно
К чему всё это приведёт.
… показать весь текст …

Вот этот маленький предмет.

Вот этот маленький предмет
Сейчас у каждого в кармане,
Он всюду с нами день и ночь,
И даже в сладостной нирване.

Не расстаёмся никогда -
В метро, в автобусе, в трамвае,
Куда бы, с кем бы не пошли,
Нигде его не забываем.

Он как наркотик, как вино
Пьянит и строит наши души,
И даже хвалимся мы им,
Считая наш - он самый лучшей.

Он замещает нам кино,
Прямые, добрые общенья,
Чтение книг, игры с детьми,
Даже земные наслажденья.

В нём всё, что хочешь, ты найдёшь,
Любую нужную персону,
Игры для взрослых и детей,
И даже секс по телефону.

Он привязал к себе детей,
Всё заменил им - игры, фильмы,
Все увлечения и спорт,
И здесь родители бессильны.

Даже прогулки, что всегда
И всеми раньше поощрялись
Как часть досуга и игры,
Теперь в забвении остались.

Мы все заложники его,
Этого милого смартфона,
Что нашу жизнь переменил
Без ведьм, лекарств и рациона.

Забыто всё, чем мы всегда
Ещё недавно так гордились -
Друзьями, встречами, кино,
Ходили в церковь и крестились.

Одно не ясно мне пока,
Скажу серьёзно, без напряга,
Зачем Господь послал его
Нам на беду или во благо?
… показать весь текст …

Как жаль, что всё всегда уходит.

Как жаль, что всё всегда уходит,
С кем раньше жил, кого любил,
Кто иногда с киноэкранов
В квартиры, в души к нам входил.

И был всегда желанным гостем,
Когда сидели за столом,
Лежали в собственной кровати,
Иль занимались ремеслом.

Мы всё о них, конечно, знали,
Кто с кем развёлся, с кем живёт,
Какие страсти в их семействах,
А кто когда ребёнка ждёт.

Их как родных всё время ждали,
И наслаждаясь их игрой,
Другие роли вспоминали,
И обсуждали меж собой.

Их голос сразу отличали
Из многих в фильмах голосов,
И к телевизорам спешили,
Бросая всё без лишних слов.

Мы знали реплики и роли,
Сиянье их знакомых глаз,
И пересматривали фильмы
С участьем их помногу раз.

И вдруг в один прекрасный день,
Увидев их в знакомых фильмах,
Мы понимаем - в прошлом всё,
И только память не бессильна.

Артисты высшего предела,
Сегодня нет уже таких,
Мы все их знали и любили
Красивых, стройных, молодых.

Сколько можно нам таиться.

Сколько можно нам таиться,
Интеллект свой проявлять,
Не влезать, не торопится,
Голос свой не повышать?

Проявлять интеллигентность
В своре бешеных собак,
Прививать им чувство такта,
И не действовать никак.

Ты, Великая Россия,
Закалённая в боях,
Принимаешь хамство, злобу
Как в нацистских лагерях.

И стесняешься при этом
Рявкнуть, стукнуть кулаком,
Показать им своё место
Грозным, пыльным сапогом.

Ведь для этого, Россия,
У тебя сегодня есть
И Сарматы и Герани,
Да всего не перечесть.

Но они тебе не верят,
Прецедента нет давно,
Позабыли, как их били,
Превращая их в дерьмо.

Неужели не напомнишь,
Будешь их увещевать,
Что Россия жаждет мира,
И не хочет воевать.

Осуждения боишься
Их заморских главарей?
Плюнь на это, действуй смело,
Если надо бить, так бей!

По другому не заставишь
Нас, Россию, уважать!
На любые их угрозы
Надо смело отвечать.

Удобно, выгодно, доходно.

Под дудку Трампа кротким шагом
Европа движется к войне,
Безоговорочно, упрямо,
Хоть мало долларов в казне.

Забыв историю и предков,
Что получили по зубам,
Взыграли старые обиды
По старым собственным гробам.

Про Нильса сказку не читали,
Идут, не ведая конца,
А там ведь крысы погибают
По воле Нильса и творца.

Нашла Америка в Европе,
Не затрудняя головы,
Тех, кто хохлам ракеты купит
Для укрощения Москвы.

Удобно, выгодно, доходно,
Трамп одурачил дураков,
Он поручил Европе драться,
Но без него, и был таков.

В Россию как бы он не лезет,
Хотя ракеты все его,
Пускай Европа отвечает,
А он добьётся своего.

А как же НАТО, как же помощь,
И как же пятая статья?
Трампу плевать на всё на это,
Статья - притон для дурачья.

Зачем Америке, скажите,
Идти с Россией воевать,
Не лучше ль просто затаится,
И заварушку переждать.

А вот Европа пусть воюет,
Её Америке не жаль,
К тому ж не станет конкурента,
Пройдёт притворная печаль.

Какой был Андерсен провидец,
Всё предсказал через года -
Была бы дудочка да крысы,
И ловкий хитрый тамада.

Не будите русского медведя!

Не будите русского медведя,
Это только с виду тихий он,
А на деле зол, свиреп и страшен,
Когда очень сильно раздражён.
 
Он свои угодья охраняет,
Никого не пустит на порог,
Кости мигом всем переломает,
Только б был для этого предлог.
 
И не тычьте палками в берлогу,
Руку вместе с палкой оторвёт,
Ноги унести никто не сможет,
Если от досады заревёт.

Сколько раз до вас уже пытались
С русским мишкой драку затевать,
Только всех на подступах к берлоге
Он порвал, заставив истлевать.

Что ж вам дома мирно не сидится,
Мало что ли вам своей земли,
Или смерти ищите бесславной
На земле, где правят москали.

Не будите русского медведя
На земле, хранимой небесами,
Вам не скрыть всех ваших ухищрений,
Сам Господь всегда следит за вами.

Он не терпит зла, вранья и хамства,
Помогает праведникам Божьим,
И России чистой, непорочной
Ради жизни он всегда поможет.

Видно в школах вас не этому учили,
Иль историю совсем не изучали,
Ведь Россия гнала вас и била,
Ну, а вам как видно только врали.

Не будите русского медведя,
Не простит он этого напора,
Разорвёт на части, разбросает,
Чтобы больше не было террора.

Не простит он вашей лживой сути,
Меж собой о мире рассуждая,
Вы свой нос везде всегда суёте,
Свою сущность тщательно скрывая.

Терпелива Русь наша святая,
Сколько наносили ей вреда,
Мы вас завоёвывать не станем,
Просто уничтожим навсегда.
… показать весь текст …

А что сказать...

А что сказать, когда слова – статья?!
Когда на кухнях шёпотом – нельзя.
Когда есть стены – есть полно ушей.
Когда на фронт гребут и алкашей.

Когда детей вывозят, чтоб спасти.
Когда с ума здесь запросто сойти
От ненависти и тупых идей.
Когда на одного – патруль властей.

Когда за руки, ноги – и на смерть.
Когда ты должен гордо умереть
За миллионы, что ворует власть,
А власть должна тиранить, врать и красть!

Когда сливаться должен ты с толпой,
Чтоб не распяли за донос тупой.
И чтобы не причислили к врагам
Все те, кому твой ум не по зубам...

А что сказать, когда слова, как плеть.
И лучше промолчать, чем отсидеть...
Но стоит ли искать врагов из вне,
Когда друг с другом здесь, как на войне?

Когда грызут за мову и язык,
За то, что сын твой жив и жив мужик.
Когда соседка сдаст соседа в бус...
Кто убивать не хочет – сразу трус.

Но трус – кто покоряется царю,
Прикрывшись фразой "Родину люблю".
И кто из-за границы третий год
К войне толкает собственный народ.

А что сказать, когда от слов война.
Мне не победа, жизнь людей важна.
И мне плевать на ваши ярлыки.
Пусть будет мир. Живите мужики!
… показать весь текст …

Всё по-прежнему

­­­­­Всё, по-прежнему, в этом мире:
Дважды два - неизменно четыре.
Реки вспять не текут, (как хотели!)
И зимой не жара, а метели.
Тем же способом люди плодятся,
И "оттуда" же дети родятся.
Как и раньше гнездятся птицы,
Благоденствием чтоб насладиться.
Вновь голодный - всеми забытый,
С жиру бесится пьяный и сытый,
Зная, всё мимолётно и тленно,
Отродясь, не упав на колени,.
Беспорядок и в чувствах без мысли
Для чего человек сюда прислан.
Не готов и конкретный ответ:
"Сколько душ снарядить на ТОТ свет?"
Разве может быть ЭТОТ не мил
Свет, где столько холмов и могил?!
Как смириться с тем, Бога гневя:
"ЛЮДИ! Хватит людей убивать?"

Справедливость есть, наконец,
Покровитель наш и Отец?
На небесном причудливом фоне
У тебя же - мы как на ладони!...

Марат и Марта

Штурмовику Марату Ганиеву,
награжденному орденом Мужества.

- Малой, пригнись. Давай за мной.
Держись левее за спиной.
Да не крути, ты, головой по сторонам.
Нам сто шагов еще вперед.
Назад нельзя. Положим взвод.
Ложись! Живой? Похоже, снайпер бьет по нам.

…Над Марьинкой рассвет коптит.
Штурмуем ад средь тел и плит.
Здесь жизни нет. Здесь только смерть добычу рвет.
- Малой, живой? Да не молчи!
Что? Двести? Нет. Дыши… Дыши…
…Но смерть уже на сотни множит счет.

В сквозных атаках минный шквал
Бьет по кварталам наповал.
Здесь мирных нет. И уцелевших нет домов.
Здесь реет беспилотный рой.
За часом час редеет строй.
И девять жизней у пехоты и штурмов.

- Марат, очнись. Не встанет он. -
Старшой орет сквозь гул и стон.
- Смотрите в небо! «Птички» двигают на нас.
И я рванул средь битых хат
В какой-то дворик наугад,
Пока летел к земле с небес фугас.

С размаха вышиб дверь плечом.
Прошел сквозь сени напролом.
Рвануло сзади… Я обнял дощатый пол.
Лежу. И вроде не дышу.
И за Малого боль глушу.
А за окном фонтан огня со всех сторон.

Землей скрежещет по стеклу.
Вдруг слышу: возятся в углу...
Смотрю: деваха четырех неполных лет.
На первой линии огня...
Сидит и смотрит на меня.
Как будто бойни и войны в помине нет.

В лохмотьях платьице. Одна.
В тряпье играет у окна.
Качает куклу в грязном, порванном кашне.
А кудри золотом горят
Глаз голубых простецкий взгляд
Прошил насквозь и сердце выжег мне.

Откуда?.. Здесь… на передке…
Но разнесло невдалеке
Уже горевший и объехавший сарай.
Я к ней. Прикрыл. Она молчит.
Лишь улыбается. Сопит.
Как будто где-то двери пропустил я в рай.

Проверил дом я. Никого.
…Окно снарядом сорвало…
Что будешь делать… Вытряс на пол вещмешок.
Поднял девчонку. Посадил.
В карман краюху положил.
Одел на плечи свой нехитрый коробок.

Бегом из дома. А земля
Вскипает пеной у плетня.
Сумбур. И хаос. Потерял я связь и взвод.
Ползу под шквальным, навесным,
Под перекрестным, затяжным.
Куда – не знаю, только главное – вперед.

А сам все слушаю: кряхтит?
Нет. Тихо чмокает. Пыхтит.
Я пру по лужам, колеями от брони.
Стрижет со склонов пулемет.
В воронках дыбом дерн встает.
А меня греет чья-то вера со спины.

Два километра позади.
Уснула там уже, поди.
Подергал лямку, не решаясь встать с колен.
Но слышу смех. И вся война
Как будто сжалась до зерна
И распылилась средь ветров в труху и тлен.

Ребенок смерть не признает.
Росток… Толкает жизнь вперед.
Ладошки хлопают по шлему и плечам.
- Проголодалась? Вот, возьми.
Я хлебный мякиш надломил.
И с новой силой рву по топям и тылам.

Под вечер вырвался к своим.
Сквозь гром, пожарищ едкий дым.
Почти без сил стянул копченый вещмешок.
Комвзвода глянул:
- Ну, дела…
Кого судьба к нам привела…
Зовут-то как?
- Она не скажет ничего.

- Ну, значит, мы рассудим так:
Ты - крестный брат теперь, Марат.
И день рожденья можешь смело отмечать.
Ребенка – в тыл. Ему, герой,
Не место на передовой.
По документам нашим Мартой будут звать.

…Так мы расстались с ней тогда.
Война для каждого своя…
Но детский смех мне снился часто по ночам.
И я решил: домой приду,
Ее, родимую, найду.
Удочерю. Пусть счастье будет нам.

Но… не успел. Стоял июнь,
Чадил в лавинах стрел и пуль.
Фашисты мяли оборону по степям.
И вот, в боях отходим мы.
Кричу:
- Прикрою, пацаны!
А сам слабел и в черноземы вытекал.

Я встал на линии огня…
Но смерть окликнула меня.
Прошила очередь. Сразила наповал.
И Марты белокурый лик
Тогда к груди моей приник.
Я прошептал:
- Прости, что опоздал…

Надежда Данюшина, 26 января, 2026
… показать весь текст …

Готовы до смерти бороться

Готовы дО смерти бороться
За правду, Родину и мир.
Но трудно быть первопроходцем
В стране, где взят ориентир,
Совсем на ценности иные,
Где балом правит Сатана,
Где, как покойники живые,
Где нас уж нет! Есть только "Дай!"

Потому что я - русская

Когда затихнут разрывы и белые платья
наденут поля,
Когда вспорхнут журавли над сырыми
равнинами курскими,
Я буду долго у каждой воронки, у каждой
траншеи стоять,
Чтоб не забыть никогда. Потому что жива.
Потому что я - русская.

Когда зарубцуются шрамы уставших
ладоней земли,
Срастутся прочно изломы травой над
кровавыми сгустками,
Я буду жадно глотать каждый вдох
неземной тишины.
И пить ее. И не верить. Стеречь.
Потому что я – русская.

Когда посчитаны будут размолотых
жизней полки,
И материнские стоны сойдут над
пшеничными спусками,
Детей своих призову сосчитать все
земные кресты
И поклониться пред ними
за каждый рассвет.
Потому что я – русская.

А если солнце в тревожный, набатный
осыплется звон
И средь березовых рощ распылится
завесами тусклыми,
Я место павших займу. Соберу за собой
легион.
И буду насмерть стоять. До конца.
До побед.
Потому что я – русская.

Надежда Данюшина, 26 апреля, 2025

Только б знать, что успеем вернуться с войны

Село солнце.
Накинул октябрь капюшон.
Тронул вечер портьеру, плеснув мне в окно тишины.
Я сниму навсегда твой затертый армейский жетон,
Когда ты возвратишься к родному порогу с войны.

Мне все лёд без тебя.
Обжигающий. Хрупкий. Сухой.
Никому не измерить разлук и бессонниц цены.
В беспокойное сердце уже не вернется покой,
Даже если живым ты сумеешь вернуться с войны.

Ночь латает
Белёсый октябрьский туман
В мириады созвездий, виновных во всем без вины.
Слышишь шелест оттуда? Как будто шумит океан.
Это я заклинаю: вернись поскорее с войны.

Каждый день
Выдвигаюсь на новый рубеж.
Даже если под утро дорог не осталось земных.
Я дойду. Не жалея кольчуг и одежд.
Я смогу. Только б знать, что успеем вернуться с войны.

Надежда Данюшина, 20 октября, 2025

Такой январь

Такой январь.
Мело в кромешной мгле.
И выла, выла вьюга на земле.
И белым пухом осыпались в иней сны.
И стыло все, в двух жизнях от весны.

Такой размен.
На сотни тысяч счет.
Ведет война свой затяжной отсчет.
И заметает души и следы
Прогорклым привкусом навеянной беды.

Такой задел сейчас.
Такой простой расклад.
Четвертый год штыки в боях хрустят.
И в серых зонах в грудах мерзлых глыб
Январский трон размолот и убит.

Такой мороз…
Крупой усыпан лог
За блокпостами вымерзших дорог.
И ждет весь мир забытой тишины.
Увяз январь. В двух вдохах от весны.

Надежда Данюшина, 20 января, 2026

А рядом совсем...

В сугробах неоновых город качают ветра.
Гирляндами яркими елочный вышит наряд.
А где-то, беснуясь, бушует, грохочет война,
И русские хаты в полях приграничных горят.

Шампанского горы. Бекон, карбонат и икра.
И щелкают карты. Сластит мандариновый флёр…
А рядом совсем жатву душ запустила война,
И плавится в топке белесый российский простор.

И движется очередь… к кассам и смертным печам.
И ценник растет. И не слышно давно тишины:
Одни - тащат елки сквозь снежный занос, на плечах,
Другие – носилки из адовых скопищ земных.

В витринах и наледях искры бенгальских огней.
«Большую Медведицу» застит салютный каскад…
Но видит она, как под саваном льда и дождей
Солдаты в траншеях, сраженные насмерть, не спят.

Молчат. В суете им роптать не с руки,
Застывшим навек в волоконных тенетах степных.
И слышится им, как сквозь выжженный кашель пурги
Заводят куранты.., готовят к штурмам штурмовых.

Лежат. Без могил, без крестов, позывных и имен
Средь грохота «Градов» и воя декабрьских вьюг.
Их сотни и тысячи – полк, именной батальон,
В предпраздничной спешке не снявший защитных кольчуг.

Надежда Данюшина, 27 декабря, 2025
… показать весь текст …

Дай вернуться живым...

Спускается ночь.
Дышит в стылые окна зима,
Сквозь белое сито просеяв подзвездную пыль.
Свеча на столе. Рождество. А за дверью… война
Рвет черные космы над хаосом выжженных миль.

Ступает январь,
Расставляя свои блокпосты,
Вдоль павших часовен и храмовых врат на холмах.
И кутает, кутает снежной фланелью кресты
На мерзлых погостах, снесенных огнем куполах.

Так хочется звонкой,
Забытой давно тишины…
Но снова в сирены вгрызается дроновый рой.
А службы идут… И идут затяжные бои.
Хрустят бело-черные крылья над самой землей.

В окопной трухе
Небо в спешке считает своих.
Затянут сочельник в назойливый, въедливый дым.
И плачут сердца у икон и стволов боевых.
И в каждой молитве одно:
- Дай вернуться живым…

Надежда Данюшина, 6 января, 2025

И вспомните всех

Когда голубой тишиной напитает
закаты земля,
И в травах серебряных март прорастет
по весне,
Вы вспомните всех, кто остался
навечно в полях
И дымом, и пеплом развеян
на страшной войне.

Всех тех, кто в окопах стал мерзлой
январской стерней.
В броне – черной сажей. И в небе
осел в облаках.
Всех тех, кто на море пал бездной
глухой, глубиной,
И землю свою на натруженных вынес
руках.

Вы вспомните их, не пришедших
из огненных лет,
Не вставших к станкам, не обнявших
до срока детей.
Они принимали смертельный тогда
рикошет
И путали планы еще миллионам
смертей.

Прислушайтесь… к зову, скорбящей
от ран тишины,
Вдыхая в лучах золотистый молочный
туман.
И вспомните всех, не успевших
вернуться с войны,
Упавших от пуль, малой каплей
в большой океан.

Надежда Данюшина, 16 декабря, 2025

Херсонес

Потоптаный кровавыми веками,
Излизанный прожорливым огнем.
История, впитавшаяся в камень,
Глубины с неиспробованным дном.
И все это руины Херсонеса
В объятьях севастопольских основ.
Творение далекого прогресса,
Пришедшее из каменных веков.
И колокол, отлитый из орудий,
Отбитых у турецких моряков.
Поклоны бьют восторженные люди,
А я звонить без устали готов.
Дышать готов Владимирским собором
И верить во крещение Руси.
Мужайся возрождающийся город,
Знамение твое на небеси.

Валентину Распутину посвящается

Народной прозы кедр сибирский,
Заступник матушки-земли.
Трудов российская прописка,
Душевной боли светлый лик.
Хранитель русского уклада,
Печальник речек и озер.
В его словах бодрящий ладан
И скорби сотканный узор.
Его душа срослась с глубинкой
И ей болела до конца.
А сердце скромно, по старинке
Светило гением творца.
…Ушел от нас носитель правды,
Но не угас его костер.
Сибирский кедр достоин славы
И слез от речек и озер.

Крик души

Вам ненасытным златопитающим,
Вечно жующим пороки и страсти
Я завещаю иное пристанище
Вместо покоя духовного рая.
Вас бы загнать в лоно жизни праведной,
Где погибают по вашей указке.
Но не хотите на поле брани вы,
Вам уготованы брони отмазки.
Ну почему бог не видит странности.
Гибнут не те, кто заказывал бойню.
Кто заказал, тот плывет от радости,
И богатеет на пакостных войнах.
Люди, не будьте пушечным топливом,
Вы же не доноры вечно жующих.
Им не дано даже малой толики
Крови и слез для людей живущих

Мама

Мама!
В этом слове жизни воплощенье,
Таинство священного начала.
Так мы величаем милых женщин,
Для которых дети — это счастье.
Мама!
Это слово первым произносит
Маленькое чудное созданье.
То, что кроме радости приносит
Сладкие мгновения мечтаний.
Мама!
Это слово с криком вылетает
В миг, когда терзают испытанья,
И когда усыпано цветами
Ложе исполняемых желаний.
Мама!
Это слово шепчется последним
Смертью окропленными губами.
Это слово дарят по наследству,
Веря в нескончаемую память.

Моя сторонка

Стоит изба у тихой речки,
Туман стремится в холодок.
Ворчит береза в жерле печки,
Огонь резвится молодой.
У печки бабка суетится,
Бурлит картошка в чугунке.
Блудливый кот в ногах вертится,
Сверчок пригрелся на шестке.
Лохматый пес лежит под лавкой,
А в мыслях сахарная кость.
На стенке млеет балалайка,
Давно не брал заезжий гость.
В углу старинная иконка,
Лампадки древней тусклый свет.
Жива, жива моя сторонка,
Коль в избу просится рассвет.

Моя судьба

Я судьбу свою листаю
И бессмысленно делю
На все то, что стало тайной
И все то, что я люблю.
Мне в судьбе хватило былей,
Были сказки иногда.
Иногда меня любили,
Я ж любил людей всегда.
Тешил душу альтруизмом,
Пил хвалебную бурду.
И использовал мелизмы,
Украшая ерунду.
А под гнетом конъюктуры,
Было дело, отступал,
Но зеленые купюры
Я за совесть не менял.

В мыслях о былом

Календарь на стенке новый,
песни в мыслях о былом.
В блеске жизненной основы
снова тянет в отчий дом.

В нем не пышные застолья
с пестротой заморских блюд.
В уголочке скромный столик,
а вокруг знакомый люд.

Под селедочку «Столичной»
в самый раз нам пригубить.
С елкой праздник необычный
без желания грубить.

И родня заводит песню
про донского казака.
Не беда, что домик тесен,
выходи на трепака.

И певучее застолье
переходит в дробный пляс.
И душевное раздолье
так и светится из глаз.

Мне сегодня...

Мне сегодня привиделись дали
над которыми песни летали,
и росли под счастливой звездой
ну, совсем не плакучие ивы.
Они были по-женски красивы
и, конечно, с завидной судьбой.
А еще мне привиделись горы,
на которых теснились соборы,
и спускались с вершины крутой
просветленные господом люди.
И блистали на солнце хоругви
позолотой России святой.