Гражданская лирика - Статусы (Страница 6)

Статусы - Гражданская лирика

Налейте в фужеры

Налейте в фужеры
хмельного вина.
Мы больше не жертвы
подсудного дня.

Давайте подымем
наш дружеский тост.
За жизненный стимул,
за пройденный пост.

Давайте накроем
былую печаль
Торжественным слоем
веселых начал.

И счастье прорвется
сквозь мрак пелены.
И солнце вернется
в объятья весны.

Футбольная волна

Кипит футбольною волной людское море.
И ветер треплет транспаранты разных стран.
Кого-то радость теребит, кого-то горе,
но дух общения приятен, как дурман.

Футбол сближает города и континенты.
Идет смешение проблем и языков.
И вместо пушек громыхают комплименты,
и льются песни вместо скрежета оков.

Вы не поверите, но это так бывает,
кружатся голуби над нашей головой.
Земля от дружеских улыбок расцветает,
и небо радует нас мирной синевой.

Символ семьи, любви и верности

На ромашках мы гадали –
то ли любит, то ли нет.
И с надеждой ожидали
положительный ответ.

А теперь ромашка – символ
каждой праведной семьи,
что живет под небом синим
в духе веры и любви.

И исходит этот символ
от Февронии с Петром.
В нем божественная сила
и крещеный счастьем дом.

Новое рождение

Его еще никто не видел,
под женским сердцем он сопит.
Частенько маму теребит,
ему тесна его обитель.

А мама нежно говорит –
какой настырный торопышка.
Уймись скорей, моя малышка
хотя б до утренней зари.

И затихает до утра
едва оформленное тельце.
Ему тепло под женским сердцем.
Ой-ой, пришла его пора.

И раздается детский крик –
вещатель важного рожденья.
Сердечка частое биенье
о новой жизни говорит.

Осколки доброты


На пляже в выходные дни с детьми все отдыхали.
Как строить замки из песка, давно детишки знали.
Фантазии их не лишишь, соревновались даже.
И самый маленький малыш творил свой мир на пляже.

Запоминалась, как-то всем, на пляже том, старушка.
Одна бродила каждый день, знать, что-то было нужно.
Нагнувшись, подберёт с песка предмет и бросит в сумку.
«Бедна она, наверняка!» – была у взрослых думка.

Хоть не мешала никому, но отвлекались дети.
Что поднимала, не поймут, не запретишь глядеть им.
И любопытство брало верх, родителям не в радость.
Желали, чтобы дети все иному любовались.

Крик чаек, пение волны, детей беспечно счастье!
Пусть будут радости полны, а не картиной мрачной.

Уходит лето, как всегда, в последний раз на пляже.
Когда наступят холода, всё вспомнят не однажды.
И чаек крик, и пенье волн... Старушку вот забыли.
Старушка, что забытый сон, с ней эпизоды были.

Та, не делилась, хоть, ни с кем, чего искала, знала.
Разбитых стёкол на песке осколки собирала.
Что толку, скажете, от них, нужны ль осколки эти?
Но главное, чтобы на них не наступали дети!

Автор неизвестен

Поэт и пенсия

Поэт и пенсия – абсурдность сочетанья.
До дней последних рифму дарует поэт.
И в рифме той его минуты состраданья,
И на вопросы зарифмованный ответ.

Та рифма делает несчастного счастливым
И увлажняет благодарною слезой.
От рифмы недоросль становится пытливым,
И жизнь выводит в люди белой полосой.

Поэта рифма заставляет сердце биться
И вдохновляет на великие дела.
Кому-то хочется безбашенно влюбиться,
А кто-то видит в рифме нужные слова.

И поэтическая рифма не позволит
Сложить все это в пенсионный саквояж.
Да и поэт расстаться с рифмою неволен
Пока не кончен его жизненный вояж.

Невская твердыня

У Петропавловки я частый гость.
Люблю смотреть на невскую твердыню.
Она несет с достоинством поныне
Коварность дам и мужескую злость.

Я вижу в ней незримую печаль
И робкий след дворянского величья.
Еще я вижу летопись приличий,
Которых нет в наличии, а жаль.

Мне возле стен спокойно и легко
Под колокольный звон Петра и Павла.
В огне веков Россия не пропала,
Ей быть предтечей будущих веков.

Петербург - для души

Не скрывая печали,
В свете южного дня
Черноморские пляжи
Проводили меня.

Километры дороги
Унесло под откос.
Отдалось нетерпеньем
В перестуке колес.

Промелькнули и скрылись
Полигоны страды.
Полосу отчужденья
Облепили сады.

Городское дыханье
Опалило мне грудь,
И обиженной гостьей
Отодвинулась грусть.

Я помчался на Невский,
Обратился на “Вы”.
Остудил меня ветер,
Долетевший с Невы.

И запала в сознанье
Мысль, что ветер внушил:
Южный берег - для тела,
Петербург - для души.

Сколько стран я повидал

Сколько стран я повидал на своем веку.
Сколько солнца нахватал в призрачном раю.
Но под пенистый прибой я писал строку.
В ней Россию воспевал милую мою.

Слышал пальмовый закат мой сердечный стон.
Он к верхушкам улетал с мыслью о былом.
Под мерцанье южных звезд я мечтал о том,
чтобы снова увидать питерский свой дом.

От тропических красот я бежал чуть свет
в край, где ночи иногда не темней, чем день.
Возвращаясь в Петербург, я шагал к Неве
и покой свой находил в северной воде.

Клубок сомнения

Как трудно добрыми словами
взломать людскую глыбу зла,
так сложно биться с сатанами,
когда уверенность мала.

Клубок сомнения уводит
в пучину страшных перемен,
где гневный гений хороводит
и сеет зло добру взамен.

Где на руинах процветанья
родится взбалмошный ковыль.
Где добродетель станет тайной,
а бессердечность включат в быль.
Георгий Скрипкин 4 Сентября 2018

Две судьбы

Последний путь, озвученный речами,
и две судьбы покинули сей свет.
В одной стране величие звучало.
В другой – славянский сдержанный обет.

Кровавым духом пахла величавость,
кичился спесью собранный бомонд.
Как будто в зале таинство свершалось
через показ дышащих смертью мод.

А под шатром славянского обета
собрался весь не сломленный народ.
Прощались люди с символом Победы
и обещали – мерзость не пройдет.

На две судьбы планета опустела.
Их, может быть, заждались небеса.
Но где бомонд, душонка улетела,
а где обет - воспрянула душа.
Георгий Скрипкин 4 Сентября 2018

Символы Руси

Люди вы, мои родные,
символы Руси.
К вам тянулся я в унынье,
бог меня простит.
С вами верил в неприступность
наших рубежей.
С вами видел я преступность
клерков и вождей.

Вы в меня вселили веру
в русскую мечту
Без нужды кого-то свергнуть,
а кого-то вздуть.
Без намека на насилье,
без кивка на ложь.
В этом будущность России,
в этом ее мощь.

В том реальная свобода,
мир и благодать,
В прозе нашего народа
много славных дат.

И не меркнут эти даты
в памяти людской.
Все приветливей закаты,
и алей восход.
И уже мечты красивей,
и мандраж ушел.
Новый символ у России
с русскою душой.
Георгий Скрипкин 6 Сентября 2018

Золотой век

Век Золотой отважный, вольнодумный.
Слетает рифма с сабель и штыков.
И о комфорте некогда подумать
при виде тучи вражеских полков.

Одна война сменяется другою,
но не писать от этого нельзя.
Строчат поэмы смелою рукою,
скрепляя дух и нытикам дерзя.

Идут на смерть за милую Отчизну,
еще вчера в полемике с царем.
Клянутся бить врагов во имя жизни,
сверяя дружбу праведным огнем.

Звучит в сердцах набатом слово «подвиг».
Какой же толк в сражений без него.
Какой же смак без доблестной свободы.
Скорей в седло и шашки наголо.

И вместе с ними Музы выступали,
храня при них гусиное перо.
И в перерывах огненных баталий
писали ратный подвиг набело.

И несть числа поэту молодому,
что рифмовал под вражеским огнем.
Я салютую веку Золотому
и повествую с гордостью о нем.
Георгий Скрипкин 6 Сентября 2018

Памяти Владимира Раевского

Не счесть крамольных мыслей в голове.
Он русофобом слыл и русофилом.
Скакал с кирасой на лихом коне.
Его картечью досыта побило.

В тиши поместья долго не сидел
и рвался в бой за милую Россию.
Писал стихи под сенью ратных дел,
в которых рифма пела и дерзила.

Как воевал со страстью, так любил,
но горячей Отечество родное.
Хоть от него забвения испил
и кабалы пустого непокоя.

Поэт, рубака, ссыльный декабрист.
С открытым сердцем, с раненой душою.
Я добавляю в память чистый лист,
быть может, он поделится строкою.
Георгий Скрипкин 16 Сентября 2018

Не будь равнодушным

Не будь равнодушным,
молись на добро.
Носитель радушья -
твое ремесло.

Иди к обделенным
домашним теплом.
Не будь покоренным
заносчивым злом.

Печальные слезы
пытайся унять.
Любителя прозы
старайся понять.

Открытостью взгляда
детей одари.
А взрослых, кто рядом,
мечтой озари.

За это воздастся
нам богом сполна.
Бездушным остаться –
греховность одна.
Автор неизвестен
Георгий Скрипкин 20 Сентября 2018

Письмо на Запад

Что ж вы этак на нас ополчились
наши западные «друзья»?
Или в желтой нирване забыли
вехи прошлых столетий, а зря.

Про несчастную участь хазаров
и про шведский позорный набег.
Когда дружная русская ярость
на Чудской переправилась брег.

Про дымы Куликовского поля,
боевой Бородинский редут,
где солдаты сражались за волю
без сомнения, что их убьют.

Про лихое изгнание персов.
И Брусиловский смелый прорыв.
Разным тварям давали мы перцу,
возбуждая народный порыв.

И в итоге Великой Победы
был повержен воинственный враг -
распылитель фашистского бреда,
вдохновитель кровавых атак.

Так что вырвись из желтой нирваны
уважаемый западный член.
И запомни, за русские раны
ты получишь погибель взамен.
Георгий Скрипкин 27 Сентября 2018

Разговор двух старушек

В автобусе заслушался старушек,
чуть не проехал нужной остановки.
Одна клялась другой, что стало лучше,
а та, что недовольна обстановкой.
И то, что от забот ослабло зренье,
и ноги перестали гибко гнуться.
Что сослепу не видит озаренья
и в прошлое так хочется вернуться.
Другая ей с улыбкой отвечала –
я зрением не смею похвалиться,
но видами мой взгляд не опечален,
мне видятся внимательные лица.
И пусть меня не слушаются ноги,
при случае на палку обопрусь я.
Негоже нам сворачивать с дороги
и робко оставаться на распутье.
Две женщины, два взгляда на старенье,
на жизнь, которой чуточку осталось.
Даю я им свое благодаренье,
оно, быть может, скрасит чью-то старость.

Блажен, кто верует

Блажен, кто верует, а так ли счастлив он.
Его душа подвержена внушенью.
И без достатка права на сомнение
блаженный отрок в жизни обречен.

Уж больно много в мире развелось
простых шакалов в образе пророка.
Одни страшат геенною до срока,
других в нирване видеть довелось.

И накрывает смрадная волна
людские толпы якобы блаженных.
И видит зло свое отображенье
на их делах, которым грош цена.

Каток репрессий

Каток репрессий прокатился по Отчизне.
Им управляла безрассудная жестокость.
Слепая ненависть заказывала тризну
и вместе с трусостью была не одинока.

Расцвел рассадник для доносов и наветов,
приумножая жертв советского ГУЛАГа.
Грузинский Иосиф приговаривал к ответу
и ждал с ухмылкою кровавого аншлага.

И кровью метились расстрелянные стены.
И рвы корежились от моря убиенных.
И правда пряталась в острог или застенок.
И совесть правая каралась за измену.

Стремленье жить мешалось с массой инородной.
Печальный стон звучал от края и до края.
И остаются души в памяти народной.
Колокола по ним звонят, не умолкая.
...И детские вопросы бытия,
словесный блуд, неточные названья...
И крик, мольба: «Скажи мне, кто же — я?
Что есть душа?» —
И горечь узнаванья.
Страна моя, я разлюбил тебя.
Ты плоть моя, а я себе не нужен.
Но почему, не помня, не любя,
навек тобой, проклятая, контужен?
Вот нежным тленьем тронутая высь
накрыла расстоянье до Рязани.
И хоть умри, хоть просто удавись —
глядеть в неё
последними глазами.

Я невским воздухом дышал

У древних стен Петра и Павла
я невским воздухом дышал.
В уме историю листал,
какую время потрепало.

Работный люд мне бил поклоны,
Великий Петр рукой махал.
Напротив Зимний выступал,
дразня Ростральные колонны.

У биржевого постамента
сдавали грузы корабли.
Их караваны дальше шли,
к портам другого континента.

Был слышен звук колоколов,
оповещавших об обедне.
Манил собор церковным пеньем,
летала песнь поверх голов.

И эта песня не пропала,
ее я в память записал,
покуда воздухом дышал
у древних стен Петра и Павла.
Никогда не просивший у века ни славы, ни ласки,
заплативший по счёту за каждую шляпку гвоздей,
я ходил, не кобенясь, с огромным столетием в связке,
у огня его грелся и помнил сезонных вождей.
Но судьбою России я всё-так не озабочен:
ничего с ней не станет, с беспутной моею страной,
с поселковою кралей, что ждёт мужиков у обочин.
С наказаньем и горем... Да мне и не нужно иной.
Лишь про то моя мука, что я её глаз не увижу,
на её посиделках не выпью дурного вина,
не спляшу с перебора, кляня застарелую грыжу...
Я уйду и не буду, останется только она.
Ничего, на такую всегда доброхотов хватает.
Мне бы вспомнить из праха, из голи предсудного дня,
как родные веснушки опять на щеках её тают...
...И ни словом, ни делом никто не обидит меня.

НОГАМ - КУПЛЕТ, ТЕБЕ - ПРИВЕТ!

И 10-ть лет и 20-ть лет –
Рука - на карабине!
Ногам – припев, тебе – куплет,
А мы идём доныне...Ты не поёшь! Себе сам врёшь!
И не споют потомки...
И нот не будет... Невтерпёж?
Листок я этот скомкал!

И 10-ть лет и 20-ть лет –
Пусть унесут на крыльях!
Зачем тебе и мне Завет?
У птиц есть изобилье…
Они не пашут. Не снуют!
Границы нет – Просторы!
Увы – не наши. Им уют –
Свобода! Море! Горы…

Но пятилетками – маршрут…
Смывай волною город! –
Всех тех, кто пел! Живут и ждут!
Желает время….Скоро….
И 10-ть тонн и 200-ти тонн
Проклятой Атлантиды! –
Крути кино! Идут на дно –
Ребята, люди, тина…

Две «тыщи» лет две «тыщи» тонн –
В пучине океана…
И на челе отыщет он
Морщины жизни рано…
Он не споёт. Он промолчит.
Стоп-кран на все вагоны!
Замедлен ход… Луна - в ночи…
А звёзды? - на погонах…

ОТЦЫ, ГДЕ ВЫ?

Две руки обняли ласково...
Две руки. И сердца – два:
Малыша и материнское.
«Сохрани, сынок, слова!»

Две руки подняли в небеса –
«Поле видишь, где трава...
Мир дарю тебе! В нём – чудеса!»
Есть ростки – Земля жива...

Уйма рук – объята Родина…
10-ть... 20-ть... 30-ть лет.
Матерей слеза проронена –
«Сын Отчизне дал обет!»

Сила рук – обойма на плече...
Долг Стране – прицел-пальба!
Сотни - «Друг! Ты цел?
Бой! Мам!»... ЗАЧЕМ?!
Рок войны – одна судьба:

Счёту нет сердцам небьющимся!
Поле дышит мёртвым сном...
Не трава в нём и не плющ – роса
Омывает кровью дом.

Две медали... Залп... Отцы! Где ВЫ?!
Честь бойца – мундир блестит...
Две руки обняли «цинковый»:
Одно сердце... Сын не спит...

ЕСЛИ ХОЛОДНО МНЕ В РАСКАЛЁННОЙ ПЕЧИ...

День за днём мы меняем разноцветные маски.
Сколько их накопилось – страшно мне от того!
Но, подступит желанье, и в один день прекрасный
Снять их все в один миг, а под ними, вдруг – ничего…

Я давно порубал б все верёвки судьбы!
Да на нервах моих уж набиты мозоли.
Я смирился с собой, я смирился со всем.
Что со мной – всё моё, а со мной – моя доля…

Если холодно мне в раскалённой печи –
За убийство людей – обещают погоны!
Значит, я – сам не свой, и они – не свои…
Значит – нет вожака, значит – жертва в загоне.

Если Небо и Землю вдруг решили смешать!
Если тёплое Солнце вихрем Снега объято,
Отчего же сегодня мне бы не полетать…
Почему б не согреться чёрной Тучей Заката?

ОНИ ШУТИЛИ

Они шутили... Внуки!
Ах, будущее! – Сны...
В одном окопе... В руки
Людей одной страны...

А правнуки – воюют!
Нет рук!.. Нет глаз!.. А я –
За правду! – Мировую!
Война негласная...

Перевернулся прáдед
В гробу... И говорит:
«Иже еси... Не рады?..
Врагу – (пунктир) едрит!...

Твою налево-право!..»
Ну, чё ты , дед, не спишь?
Растёт уже дубрава
С костей твоих... «Хамишь?!.

Не я один – со мною
Сосед... Да вся округа!
Ты Новый Мир построил?!»
Нет, дед... Идём по кругу...

По замкнутому... «Вижу!..
И от того душа
Срывает с гроба крышу...
И дышим... Не спеша...

Всё крутимся... Устали...
Эх, нашу бы... Потóмок!»
Да, чур тебя!.. «Чёрт с вами!»
Война шутила... Кома...

НЕ ДАВАЙТЕ ИМ ГРАНАТУ!

– Дайте мне гранату в руки!
– Просто так?
– Да нет, от скуки))
– Вот кольцо...
– Тебе лимонку?
– Разница?
– Не вижу толка...
– Что взрываем?
– Или метим?
– Всё подряд!
– Ты не ответил...
– Вот и цель.
– Ага. Запал. И
– Всё? То Оборона?
– Валим...

– Дайте им гранаты в руки!
– Для чего?
– Чтоб знали внуки...
– Ты о чём?
– Тебя контузит?
– А тебя?
– Нет, что-то грузит

Не давайте им гранату!
И тратил –
Пусть цели – кляты!
Просто что-
То с маркировкой...
Не успели...
– Бросил?!
– Ловко...

Дайте им – свободу что ли?!
Фейерверк...
Тут - подневолен...
– Ты о чём?
– Риск стоит свеч?
– Ба! Ещё один!
– Всем лечь!..

Как горит! И ароматы...
В воздухе –
Отход гранаты...
Дождь! Озон...
Снимаем! Клип...
Зонт. Укрыл. А Он?
Ну, влип...

Разорвись на части небыль!
Даже быль!
Осколки – в небо!
Где герой?!
Какой страны?!
Что взрывал он?!
Просто... Сны...

– Дайте им!
– Кому? Забыты!
В неглиже...
Почти убиты...
В гараже
Из банок... Из...
– Родина! Те-
бе сюрприз...
сергей Минин 30 Ноября 2018

Прямо в ад

Гильотина чётко вмажет,
Громко щёлкнет тишина.
Это мышь пошла на кражу
И нелепо казнена.

Всё случилось как-то сразу,
Не прочитан приговор,
Без судебного указа
Даже вор – ещё не вор.

Не училась с прокурором,
Жизнь текла полушутя,
Там по дружбе очень скоро
Оправдал бы свой судья.

Там спасут за верность к чину,
Хоть своруешь миллиард,
А чужих за буженину
Прямо в ад.

Когда российские леса...

Когда российские леса
меня поманят птичьим пеньем,
я помолюсь на небеса
и растворюсь в лесной купели.

Я хвоей выложу стихи,
вдыхая в грудь сосновый воздух.
В них будет равенство стихий
под голубым небесным сводом.

В них будет каждый лепесток
стремиться к солнечному свету.
И нескончаемый восторг
в лесной тиши не канет в лету.

Святой Георгий

Великомученик и признанный герой,
семь дней пытаемый правителями Рима.
Отдавший жизнь свою за веру и покой.
И эта вера для людей неистребима.

Боготворит тебя российская земля
как символ стойкости и верного служенья.
Ты в озарении московского Кремля
и в храмах Родины в святом изображений.

Сияешь орденом за воинскую честь
ты на груди у победителей фашизма.
С великим именем побед не перечесть.
Служи и дальше ты стране во имя жизни.
Рассказать друзьям